ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ну конечно, и как я сразу не догадался; еще один голодающий. Может, мне сразу голову посыпать солью и перцем? А этого не хочешь? – возмутился Санька и ткнул в противную морду колечком.

И тут произошло совершенно не то, что ожидалось. Вместо того чтобы в панике удрать, тварь разъяренно зашипела и кинулась на богатыря. Тот едва успел увернуться. Тварь снова бросилась на него. Сообразив, что героизм в данном случае неуместен, паренек швырнул в раскрытую пасть котомку и припустил, только пятки засверкали. Благо до выхода из горы было совсем недалеко. Он выскочил на свет и кувырком покатился вниз по склону, со страхом ожидая, что его сейчас сцапают. Но позади только раздался страшный рев. Санька оглянулся и увидел, что тварь поспешно убралась обратно в нору. Похоже, она боялась солнечного света.

Новые друзья

Санька медленно приходил в себя. Оказывается, с этим колечком возможны любые неожиданности: то от него шарахаются, как от чумы, а то недолго и самому головы лишиться. Впредь нужно быть поосторожнее.

Он встал и осмотрелся. Прямо перед ним расстилалась березовая роща. Высокие стройные деревья белоснежным хороводом окружали его со всех сторон, и казалось, что он все еще находится в своем родном лесу.

«Интересно, а прошел ли я сквозь Волшебные горы? – задумался паренек. – И где, интересно, сейчас Баюн? Жив ли?»

Но сидя на месте, ответа на вопросы не получишь, и он начал спускаться вниз. Вскоре перед ним появилась вымощенная булыжником дорога.

– Все-таки, похоже, я в тридевятом царстве: там, где мы со Змеем приземлились, даже звериные тропы не попадались. А у Берендея я вообще таких ухоженных дорог не встречал. Гномы говорили, что они торгуют с местными жителями. Значит, недалеко должно находиться какое-нибудь селение, и можно будет расспросить, не появлялась ли в этих местах незнакомая царевна.

Замечательная, ровная, без ям и ухабов дорога, по обеим сторонам которой росли аккуратные, одинаковой высоты деревья, весело бежала вперед. Среди листвы порхали и беззаботно распевали птицы.

– Красота! Здесь, наверное, даже дикие звери при встрече раскланиваются и говорят «Здравствуйте», «Извините», «Будьте так любезны», – с умилением глядел по сторонам Санька. – Не то, что наши дебри с препятствиями.

Дорога круто заворачивала, и здесь, за поворотом, он испытал сильнейшее потрясение, лоб в лоб столкнувшись с двухголовым Змеем.

Змей, увидев богатыря, пришел в замешательство, отпрянул назад и уселся себе на хвост. Обе головы, перед этим мирно беседовавшие, разом замолчали, выпучив от изумления глаза. Умная голова попыталась что-то сказать, но лишь сумела промычать нечто невразумительное.

Санька похолодел от страха и остановился как вкопанный, лихорадочно соображая, что делать. Однако, поняв, что бежать бессмысленно, решил дорого продать свою жизнь. Он выхватил меч и выставил его перед собой. Сверкнуло серебро.

Глупая голова, решив опалить богатыря огнем, разинула пасть, глубоко вдохнула и только тут заметила колечко. Вытянув шею, она поняла, что не ошиблась, в панике захлопала глазами и, поперхнувшись своим собственным дымом, раскашлялась.

Втянув в плечи обе свои головы, Змей стал медленно пятиться, затем подскочил и, несмотря на свои крупные размеры, очень резво помчался по дороге обратно с жутким топотом, от которого задрожала вокруг земля.

Санька, обрадованный и растерянный, остался один. Вытирая вспотевший лоб, он пытался понять, в чем дело; ведь в первую их встречу двухголовый его совершенно не боялся. И тут он вспомнил, что в прошлый раз у него не было с собой Оберега.

«Вот тебе и мирная идиллия, – подумал он. – Расслабляться никак нельзя. Сначала мне попадается живой и здоровый Хряк, теперь Змей, кто следующий? Надо бы узнать, откуда здесь эта двухголовая скотина взялась? Может, он тоже причастен к похищению Василисы?»

Теперь Санька шел, настороженно поглядывая по сторонам, готовый ко всяким неожиданностям.

Вдали послышался звон копыт, и вскоре из-за поворота появился рыцарь на белом коне, одетый в серебристые латы и такого же цвета шлем с развевающимися тремя белоснежными перьями. Длинный меч и большой прямоугольный щит с серебряным орнаментом и гербом, изображающим алую розу с шипами на коротком стебле, дополняли эту картину. В руке он держал короткое, перевитое белой лентой копье с пушистой белой кисточкой на конце.

Зрелище было настолько замечательное, что Санька забыл об осторожности и восхищенно рассматривал приближающегося всадника.

Рыцарь, не доехав до него нескольких шагов, остановил коня и грозно прорычал:

– Ты, плебей, прочь с дороги!

Забрало у шлема было опущено, и разглядеть, что это за человек, было невозможно, но Саньку покоробил сам вопрос. Он сложил руки на груди и лениво зевнул:

– С каких пор снеговики с метелками летом под ногами путаются?

От такого вопроса всадник на мгновение замер, а затем, что-то резко прокричав, опустил копье и ринулся в атаку.

Хотя богатырь и был начеку, он едва не попался. Сумев резким рывком увернуться от коня, он не успел отбить копье, которое, хотя и скользнуло мимо, все-таки зацепило плащ. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы Санька полетел в кусты. Пока он медленно поднимался, потирая помятые бока, рыцарь развернулся, соскочил с коня и бросился к нему, размахивая обнаженным мечом.

Санька понял, что дело может кончиться для него печально. Свое оружие он потерял при падении и поэтому принялся скакать зигзагами, прячась за деревьями и стараясь не попасть под удар.

– Несчастный трус! – кричал рыцарь, словно заправский дровосек, круша деревья и кусты.

– Давай, давай, работай. На зиму дрова нужны, железяка ржавая, – огрызался Санька, продолжая увертываться. Улучив момент, он пригнул молодую березку, а затем отпустил ее. Деревце резко распрямилось и хлестко ударило противника прямо по голове. Тот остолбенел. Санька воспользовался моментом, подскочил к рыцарю и резким ударом подбил его ноги. И пока тот падал, с лету добавил ногой по шлему. «Бум», – ответил шлем, и оглушенный рыцарь растянулся на траве.

Санька привалил его к дереву и, откинув подальше меч, поднял забрало. Увидев, что бедняга без сознания, огорченно покачал головой, стянул с пострадавшего шлем и легко пошлепал его по щекам.

Рыцарь глубоко вздохнул и открыл глаза. Это был бледный темноволосый юноша. Под левым глазом расплывался большой синяк – результат последнего удара. Увидев своего обидчика, он дернулся и попытался нащупать свое оружие.

– Привет, – улыбнулся богатырь.

– Привет, – отозвался рыцарь.

– Ты что, сдурел, на незнакомых людей кидаешься? – полюбопытствовал Санька.

Яркий румянец обиды залил лицо юноши. Он неуклюже поднялся, скрестил руки на груди и, глядя прямо в глаза своему обидчику, произнес:

– Я рыцарь.

– Вижу, – согласился с этим заявлением Санька.

– Ты, наверно, не понял. Я странствующий рыцарь.

– Хрен редьки не слаще.

– Ты что, никогда о таких, как я, не слышал? – удивился юноша.

Саньке стало неудобно. Вообще-то он что-то читал о каких-то средневековых чудаках, но что конкретно, почти не помнил.

– Они девушкам серенады поют, – уклончиво ответил он.

– Сам ты серенада, – возмутился незнакомец. – Да, в душе я поэт, но дело всей нашей жизни – борьба со Злом. Я даже клятву такую дал и до тех пор, пока моя рука может держать меч, ее не нарушу. И доспехи свои я тебе не отдам.

– Чего? А на кой они мне?

– Как это? По правилам, если ты победил меня в честном поединке, все мое оружие и латы переходят тебе. Но честного боя не было.

– Угу, не спорю. Можешь оставить железки себе. Не хватало мне еще эту тяжесть таскать. И хватит об этом. Ты вот говоришь, со Злом борешься. Тогда объясни, с какой цепи сорвался; лично я тебя в первый раз вижу и ничего плохого тебе не делал.

54
{"b":"15305","o":1}