ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Наруш. своб. предпр-ства!

– Почему же ОАВП не займется европейскими авиакомпаниями?

– Спросите у них. Но, откровенно говоря, я думаю, что они уже пытались это сделать и их послали ко всем чертям. Каждый самолет – штучное изделие и оснащается по выбору заказчика. Авиакомпания выбирает двигатели, электрооборудование, интерьер салона. Клиент имеет право выбирать.

Дженнифер бездумно водила ручкой по бумаге. Она вслушивалась в голос собеседницы, пытаясь уловить ее эмоции. Синглтон говорила чуть утомленно, будто школьный преподаватель в конце учебного дня. В ее словах не чувствовалось ни напряжения, ни колебаний, ни скрытого подтекста.

«Проклятие, – подумала Дженнифер. – Тут нечего ловить».

* * *

Все же она предприняла последнюю попытку – позвонила в Национальную комиссию по транспортной безопасности в Вашингтоне. Ее соединили с сотрудником отдела по связям с общественностью по фамилии Кеннер.

– Я хотела бы узнать, почему ОАВП задерживает сертификацию N-22.

– Видите ли, это не наш профиль, – с удивлением в голосе отозвался Кеннер. – Вероятно, вам лучше обратиться в ФАВП.

– Может быть, вы сообщите мне что-нибудь в неофициальном порядке?

– Процедура выдачи сертификатов ФАВП весьма строга и долгое время служила образцом для аналогичных зарубежных органов. Насколько я помню, до сих пор агентства всего мира считали требования ФАВП исчерпывающими. Но ОАВП нарушила традицию, и, мне думается, по совершенно очевидной причине. Все дело в политике, мисс Мэлоун. ОАВП хочет, чтобы американские производители закупали европейские двигатели, иначе им угрожают отзывом сертификата. Ну и, разумеется, «Аэробус» хочет перехватить контракт, который вот-вот будет подписан между «Нортоном» и Китаем.

– Иными словами, ОАВП намеренно создает N-22 дурную репутацию.

– Во всяком случае, пытается посеять сомнения в его надежности.

– Законные сомнения?

– Насколько я знаю, нет. N-22 – отличный самолет. Проверенная машина. «Аэробус» утверждает, что они выпускают новую модель; «Нортон» отвечает на это, что их машина прошла испытания временем. Китайцы, вероятно, предпочтут испытанную модель. К тому же N-22 несколько дешевле.

– Но он надежен?

– Вполне.

НКТБ утвержд.: N-22 – надеж. смлт.

Дженнифер поблагодарила Кеннера и повесила трубку. Откинувшись на спинку кресла, она вздохнула. Версия лопнула, словно мыльный пузырь.

Пустышка.

Что тут еще скажешь?

– Вот дерьмо, – сказала она.

* * *

Дженнифер нажала клавишу интеркома.

– Дебора, – заговорила она. – Вся эта история с самолетом…

– А, так ты тоже смотришь? – пронзительно воскликнула Дебора.

– Смотрю? Что?

– «Си-Эн-Эн». Это потрясающе!

Дженнифер схватила пульт дистанционного управления.

«Эль-Торито» 12:05

Ресторан «Эль-Торито» предлагал посетителям недурную снедь по весьма умеренным ценам и пятьдесят два сорта пива; это было излюбленное заведение инженеров «Нортона». Сотрудники ГРП собрались за столом в центре главного зала, справа от стойки бара. Официантка записала заказы и уже собиралась уйти, когда Кенни Бэрн произнес:

– Я слышал, у Эдгартона неприятности.

– Как и у всех нас, – заметил Доэрти, потянувшись к блюду с чипсами.

– Мардер терпеть его не может.

– Что из того? – подал голос Рон Смит. – Мардер ненавидит всех подряд.

– Да, но не в этом дело, – продолжал Кенни. – Ходят упорные слухи, будто бы Мардер не собирается…

– О господи! Вы только взгляните! – Дуг Доэрти ткнул пальцем в сторону бара.

Все повернулись к телевизору, подвешенному над стойкой. Звук был выключен, однако ошибки быть не могло: на экране появилось изображение салона N-22, словно снятого видеокамерой в трясущихся руках. Пассажиры буквально летали в воздухе, натыкаясь на багажные полки и стены, переваливаясь поверх спинок кресел.

– Какой кошмар! – воскликнул Кенни.

Они вскочили из-за стола и ринулись к бару с криком:

– Звук! Включите звук!

Телевизор продолжал транслировать ужасные кадры.

К тому времени, когда Кейси подбежала к бару, видеозапись кончилась. На экране возник худощавый мужчина с усами, в тщательно скроенном голубом костюме, напоминавшем униформу. Кейси признала в нем Бредли Кинга, адвоката, который специализировался на воздушных катастрофах.

– Видать, дело нешуточное, коли за него взялся сам Король Высот, – заметил Кенни.

«Полагаю, кадры говорят сами за себя, – вещал тем временем Бредли Кинг. – Эту запись предоставил мой клиент, мистер Сонг, и она дает нам весьма отчетливую картину ужасных испытаний, выпавших на долю пассажиров этого злополучного рейса. Самолет свалился в неуправляемое пике, и лишь сто пятьдесят метров отделяли его от неминуемого крушения в водах Тихого океана!»

– Чего? – осведомился Кенни. – Куда свалился самолет?

«Насколько вам известно, я сам пилот, – продолжал Кинг, – и могу с полной уверенностью заявить, что это происшествие явилось результатом широко известных просчетов в конструкции аэробуса N-22. Компания „Нортон Эйркрафт“ выявила эти недостатки уже несколько лет назад, но не сделала ничего, чтобы исправить их. Пилоты, авиакомпании и сотрудники ФАВП в один голос поминают N-22 дурным словом. Я лично знаком с пилотами, которые отказываются летать на нем ввиду его ненадежности».

– Особенно те, которые состоят у тебя на довольствии, – вставил Бэрн.

«И тем не менее компания „Нортон Эйркрафт“ не предприняла ничего существенного в ответ на эти жалобы. Это попросту не укладывается в голове – производитель знает о дефектах своей продукции и даже не пытается их устранить! Преступная небрежность должна была рано или поздно привести к трагедии, подобной нынешней. Три человека погибли, два пассажира парализованы, и в тот самый миг, когда я веду этот репортаж, второй пилот находится в состоянии комы. В общем и целом пришлось госпитализировать пятьдесят семь пассажиров. Это позор для всей гражданской авиации!»

– Подонок, – сказал Кенни. – Ведь знает же, что это не правда.

Вновь пошли кадры «Си-Эн-Эн», на сей раз в режиме замедленного воспроизведения. Пассажиры взлетали в воздух, очертания их тел то расплывались, то четко проглядывали вновь. От этого зрелища Кейси прошиб пот. У нее закружилась голова, в груди возникла тяжесть. Казалось, в зале ресторана наступила темнота, окружающие предметы приняли зеленоватый оттенок. Кейси рухнула на ближайший табурет, тяжело дыша.

На экране появился бородатый мужчина профессорской внешности. Он стоял неподалеку от одной из посадочных полос лос-анджелесского аэропорта, за его спиной приземлялись самолеты. Кейси не слышала, что он говорит – звук заглушали вопли инженеров:

– Подлец!

– Урод!

– Мерзавец!

– Лживая сволочь!

– Заткнитесь, парни! – прикрикнула Кейси. Бородача звали Фредерик Баркер, когда-то он работал в ФАВП, но потом уволился. В последние годы Баркер несколько раз свидетельствовал в суде против «Нортон Эйркрафт». Инженеры ненавидели его всей душой.

«На мой взгляд, эта проблема не допускает двоякого толкования», – послышался голос Баркера. Какая еще проблема, подумала Кейси, и в ту же секунду на экране возникла телестудия «Си-Эн-Эн» в Атланте. За спиной женщины, ведущей репортаж, виднелась заставка с фотографией N-22. Под снимком были начертаны огромные красные буквы: «НЕНАДЕЖЕН?»

– Подумать только, – сказал Кенни Бэрн. – Сначала Король Высот, потом его прихлебатель Баркер. Неужели никто не знает, что он работает на Кинга?

На экране появилось взорванное здание где-то на Ближнем Востоке. Кейси отвернулась, поднялась с табурета и глубоко вздохнула.

– Что-то мне пива захотелось, – сказал Кенни Бэрн. Он направился к столу, остальные потянулись следом, бормоча проклятия в адрес Фреда Баркера.

Кейси взяла сумочку, вынула сотовый телефон и позвонила в контору.

– Норма, – сказала она, – позвони в «Си-Эн-Эн» и раздобудь копию пленки об N-22, которую они только что показывали.

38
{"b":"15315","o":1}