ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– У вас что, насморк?

– Почему?

– Вы не чувствуете, как он воняет?

Шейн озадаченно дернул себя за ус.

– Честно говоря, дома он спал на улице, так что я особо не принюхивался…

Вивиана со стоном бросилась в гостиную. Расшатанные нервы требовали сигаретки и бокала чего-нибудь освежающего. Видимо, именно так и попадают в анонимные алкоголики!

Через десять минут Вивиана Олшот почувствовала себя значительно лучше. Шейн Кримсон глядел на нее с трепетом.

– Итак, сверим часы. Уроки начинаются прямо сейчас. Первым делом надо проехаться по магазинам. В ЭТОМ ходить нельзя.

– В этом ходит полмира.

– Пусть ходят. Вы миллионер, Шейн. Вы должны войти в элиту общества. В свет. В сильные мира сего. А сильные мира сего не носят протертые джинсы и ковбойские сапоги.

– Но я видел по телику…

– Вполне возможно, какой-нибудь эксцентрик типа Элтона Джона может себе это позволить, но, во-первых, он певец, а во-вторых, его ковбойские сапоги стоят несколько тысяч и сделаны из кожи новорожденного крокодильчика…

– Вивиана!

– Что?

– Неужели… так важно, во что человек одет?

Вивиана внезапно устала и в отчаянии махнула рукой.

– Первое впечатление создается именно при помощи одежды. Первое впечатление очень важно, в бизнесе, например. Вы же не станете заводить близкую дружбу со всеми деловыми партнерами, стало быть, не каждому из них доведется узнать, какой вы тонкий, ранимый и интеллектуальный тип. Ну, а по внешнему виду они составят себе определенное мнение…

– Каждый дурак может хорошо одеться.

– Если он дурак, то одеждой все и ограничится. Слушайте, я ваша учительница! Извольте подчиняться.

– Да… мой генерал!

– Значит, так: первым делом нацепите псу ошейник и намордник, надеюсь, они у вас есть. Потом посадите его на заднее сиденье, а сами садитесь на переднее. Вот ключи от машины. Я спущусь через минуту.

Шейн и Джейд покинули квартиру, а Вивиана ринулась в туалет. Почему-то при Шейне она это сделать стеснялась. Как они собираются жить под одной крышей…

***

Шейн, не моргнув глазом, перенес то, что она опять переменила наряд, и почти не смотрел на ее голые коленки во время пути. Старина Джейд затаился на заднем сиденье, предчувствуя недоброе.

Вскоре машина затормозила перед громадным зданием, состоящим из стекла и никеля. Вивиана выдернула Шейна из машины – и начался двухчасовой кошмар. Для Шейна время растянулось и превратилось в бесконечность. Он переходил из одной примерочной в другую; сногсшибательно красивые девицы и надменные молодые люди с озабоченным видом вертели и крутили Шейна в разные стороны, задавали идиотские, на его взгляд, вопросы, шептались с Вивианой, покачивали головами, многозначительно ухмылялись…

Потом был отдел парфюмерии, и там у Шейна заболела голова, а Вивиана все пробовала и пробовала на нем самые разные ароматы. Шейн покорно кивал и робко поглядывал на выход, но его учительница была неумолима. Кроме того, она была еще и абсолютно бессовестной. Шейн Кримсон залился бурой краской в отделе нижнего белья, когда Вивиана придирчиво рассматривала коллекцию мужских боксеров и при этом громко обсуждала с продавщицей, КАК И ПОЧЕМУ мужчинам вредно носить обтягивающие плавки.

Наконец они покинули торговый центр, и вскоре Шейн выходил из машины уже в совершенно другом районе города. Здесь улицы были тихими и зелеными, дома – старинными и не высокими, стекла и никеля было не видать, так что…

Рано он расслабился!

На пороге симпатичного викторианского дома раскинул руки в приветственном жесте настоящий монстр.

У монстра были подкрашены синим глаза, лихо загнуты ресницы, подмазаны пухлые губки. Редкие волосики были тщательно уложены на голове, казавшейся от этого непропорционально маленькой. Тело было каким-то длинным, расширяющимся к бедрам. Ноги – вот уж пакость! – затянуты в блестящие лосины с золотыми лампасами, совсем снизу сияли армейские сапоги. На монстре развевалась и полыхала всеми оттенками радуги свободная рубаха, а в вырезе виднелась безволосая грудь, украшенная несколькими золотыми цепочками с кулонами.

Вывеска над ним гласила: «ЖОЗЕФ. КУЛЬТ ТЕЛА».

Шейн попятился. Джейд зарычал. Вивиана Олшот смело обнялась с монстром и расцеловала его в обе щеки.

Бедные, бедные миллионеры!

3

Жозеф Сантуццо оказался форменной прелестью. То есть, будь он женщиной, его бы только так и звали. Шейн вцепился в подлокотники кресла и старательно отводил взгляд от худых ляжек, затянутых в ослепительные лосины, пытаясь одновременно удержаться от хохота. Он все никак не мог поверить, что сорокалетний мужик – а Жозефу было никак не меньше сорока! – может на полном серьезе разговаривать и вести себя… вот так, как разговаривал и вел себя Жозеф,

– Ви, душечка, ты совершенно запустила ноготки. Посмотри на мои. Знаешь, что это? «Орли»! Волшебное средство. Я перепробовал все, включая природные рецепты, – ничего не помогало. Приходилось спать в перчатках, честное слово. Ты сегодня на весь курс? Эпиляцию будем делать?

– Жози, сегодня твой клиент не я. Вот он.

Жозеф окинул Шейна таким откровенным взглядом, что у того поджилки затряслись. В темных подкрашенных глазах было все, что Шейн знал о пороке, хотя знал он и не очень много.

– Блеск! Ви, деточка, предупреждать надо. Я почти теряю сознание. Это же надо! Какое тело! Какая фактура!

– Из этой фактуры надо сделать высший разряд. Не первый, Жози, заметь: высший!

Они говорили так, словно Шейн из дерева или глухонемой.

– Это наш… Босс, одним словом. Жози, ничего личного, так что перестань так плотоядно на него смотреть. Это мистер Шейн Кримсон, очень… состоятельный человек. Он с юга. Привык жить на лоне природы, поэтому несколько отстал от веяний нового времени. Жози, твоя задача – отполировать и отлакировать все, что подлежит хоть малейшему усовершенствованию. Да, и особая просьба. Личная. Убери эти усы! Я вернусь в восемь, до скорого.

– Пока, негодница. Ой, а что с тем…

– Все то же самое. И не жалейте дезодорантов.

К ужасу Шейна, после этих загадочных слов Вивиана Олшот исчезла, оставив его наедине с размалеванным монстром. Шейн осторожно поглядел на Жозефа. Тот неожиданно подмигнул ему и сказал совершенно нормальным, мужским голосом, не жеманясь и не кокетничая:

– Ну что, ковбой, вперед? Все эти маленькие дурочки хотят видеть нас чистенькими и розовенькими, пахнущими духами от Кардена и носящими белье от Гуччи. Ви одна из умненьких, но даже она не понимает простой вещи: через год, от силы полтора все они заводят себе любовников – самцов с могучими шеями, тренеров по армрестлингу или конюхов, потому что мужик должен быть чуть красивее обезьяны!

Они уже шли по коридору, и Шейн осмелился задать вопрос, который его страшно смущал и интересовал.

– Жозеф, а почему вы встретили нас так…

– Такой размалеванной обезьяной, ты хочешь сказать, ковбой? Потому что я и есть обезьяна. Итальяшка, обвешанный цацками. Знаменитый гей. А может, трансвестит. А может, транссексуал. Такой уж это город. Здесь надо быть извращенцем, иначе ты никому не интересен. Знаешь, сколько я бился с этим салоном? Два года. Потом нацепил эту дрянь – и дело раскрутилось за месяц. Не знаю, зачем я тебе все это рассказываю… Может, из-за усов?

Шейн обиженно пригладил свое сокровище.

– Дались всем мои усы! Чего в них такого?

– Ничего. Хорошие усы. Ты с ними похож на Эйнштейна. Прошу сюда.

Шейн смело шагнул в открытую дверь – и замер.

Огромный зал, раздробившийся в сияющих зеркалах. Кресла. Цветы. Запах клубники и ландышей. Девушки в белых платьицах, все как одна похожи на фей.

Жозеф довольно бесцеремонно подтолкнул Шейна в спину.

– Не робей. Можешь пока выбрать любую из них. В знак особого расположения к Ви, я сам тобой займусь.

6
{"b":"15331","o":1}