ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– О чем ты думаешь? – спросил Джеффри, глядя, как Ребекка, сидя на кровати, расчесывает длинные каштановые волосы.

– Поначалу меня немного смущала идея… – начала она.

– Провести неделю наедине со мной? – спросил Джеффри.

Ребекка кивнула.

– Но сейчас все это позади. Дом просто восхитителен!

– Мой приятель знаком с его хозяйкой. Он все и устроил. Это самый настоящий старинный дом, ему лет триста. – Джеффри наклонился к Ребекке и поцеловал ее. – Я рад, что тебе здесь нравится.

– Между прочим, я голодна, – сказала она. – А ты?

– Еще как! Пойдем поищем чего-нибудь в кухне.

Там нашлись хлеб, сыр, помидоры, оливки, кастрюля со спагетти и плетеная бутылка местного красного вина.

Ребекка отрезала два ломтя хлеба, положила на каждый кружок лука и дольки помидоров, посыпала солью и полила оливковым маслом. От одного бутерброда откусила сама, другой протянула Джеффри.

– Потрясающе! – пробормотал тот с набитым ртом. – Я думаю, сегодня не обязательно выбираться куда-то на ужин, хотя мой приятель и оставил мне список местных ресторанчиков.

– Да, – согласилась Ребекка, – завтра сходим куда-нибудь на ланч и заодно прогуляемся.

А сегодня на ужин спагетти, овощной салат и красное вино. Но сначала я приму ванну.

– Только не сиди там до ночи, – предостерег Джеффри.

Но предупреждение было излишним: Ребекке и самой хотелось провести с любимым как можно больше времени, поэтому уже через десять минут она вышла на террасу. Джеффри сидел на плетеном стуле за небольшим столиком, на котором стояли бутылка вина, два бокала и зажженная свеча.

– Как романтично! – воскликнула Ребекка.

– Видишь, я организовал даже луну, – указал Джеффри на огромный желто-розовый круг, встающий на фоне сгущающихся сумерек. – Я заслуживаю награды?

И он, встав из-за стола, направился к ней.

Ребекка тут же поняла, что подаренный ему поцелуй был ошибкой, потому что Джеффри сразу понял, что под платьем у нее ничего нет.

– Не сейчас, – прошептала она, дрожа от его прикосновений. – Отправляйся в ванную, а я займусь ужином.

– Чего хочет женщина, того хочет Бог, – иронически процитировал Джеффри, покидая террасу.

Прежде чем пойти в кухню, Ребекка зашла в спальню и надела тонкое, невесомое, как паутинка, нижнее белье, облегающее светло-зеленое платье и бежевые босоножки на высоких каблуках. Затем она слегка накрасилась, выбрав макияж бежево-коричневых тонов, уложила волосы в высокую прическу, откуда в продуманном беспорядке на шею и плечи спадали завивающиеся пряди.

Когда Джеффри вошел в спальню с полотенцем, обмотанным вокруг бедер, он на миг застыл словно громом пораженный.

– Ты выглядишь изумительно, – прошептал он и шагнул к ней. Ребекка ту же догадалась о его намерениях, но отступила, отрицательно покачав головой.

– Сначала ужин!

– Ты распалишь меня до такой степени, что я съем тебя вместе с босоножками и со всем прочим, – пригрозил Джеффри.

– Это недолго, – сказала она и выскользнула из комнаты.

Через несколько минут они уже сидели на террасе, ели салат из помидоров, омлет с сыром и спагетти и запивали все это красным вином.

Покончив с ужином и откинувшись на спинку стула, Джеффри произнес:

– Это просто несправедливо, что никто больше не видит, как ты красива! Но в то же время мне хочется, чтобы сегодня вечером мы остались вдвоем.

Ребекка улыбнулась.

– Я просто хотела тебе понравиться. Только тебе, и никому другому.

– Спасибо. – Джеффри поднес ее руку к губам и поцеловал. – В благодарность я даже помою посуду, пока ты будешь сидеть здесь и любоваться луной.

– Как мило, – ответила Ребекка. – Многие мужчины считают, что мытье посуды ниже их достоинства.

– У таких мужчин, как правило, полным-полно комплексов, – смеясь ответил Джеффри.

– В отличие от тебя? – полувопросительно сказала Ребекка.

– Разумеется.

Оставшись на террасе, Ребекка постаралась сохранить в памяти этот момент: сад, залитый лунным светом, серебряные блики на высоких бокалах… Ей хотелось запомнить до мельчайших подробностей каждую минуту, проведенную с Джеффри, потому что совсем скоро… Но она прогнала эту мысль. «Скоро» может подождать.

Пока существует только «сейчас».

Джеффри, неслышно появившись из кухни, обнял ее за плечи. Его прикосновение было таким умиротворяющим, таким знакомым, словно они прожили вместе уже много лет. Ребекка подумала, что никогда прежде не встречала человека, который был бы так близок ей по духу, с которым можно было просто сидеть обнявшись, не говоря ни слова.

Она не знала, сколько времени прошло. Наконец Джеффри глубоко вздохнул.

– Дорогая, я ничего не могу с собой поделать. Я прожил без тебя целых два дня и не могу больше ждать ни минуты! Пойдем в спальню!

Заметив улыбку на ее лице, Джеффри поднял ее на руки и унес в спальню. Там он в полном молчании раздел ее, целуя и лаская, и уложил на кровать. Но затем, вопреки ожиданиям Ребекки, лег рядом и принялся поглаживать ее лицо, серебристо-белое в свете луны.

– Скажи, что тебе меня не хватало, – прошептал он.

– Ты же знаешь, что да.

– Покажи мне, как сильно!

Ребекка приподнялась на локте и принялась гладить Джеффри по волосам, водить кончиками пальцев по его бровям, целовать его глаза и губы.

Затем они занялись любовью. И если Джеффри был еще более страстным, чем прежде, из-за вынужденной короткой разлуки, то Ребекку подогревало сознание того, что таких ночей у них впереди совсем немного. Она чувствовала, что изнемогает от его неистового вторжения, от прикосновений его рук и губ, и, когда наконец достигла пика наслаждения, неожиданно для себя разрыдалась.

Джеффри долго не выпускал ее из объятий, целуя влажные от слез глаза.

– Мне никогда не было так хорошо с Гаем. А в последнее время я вообще старалась избегать близости с ним, – призналась Ребекка, когда немного успокоилась. Почему-то ей было необходимо, чтобы Джеффри об этом узнал.

Он слегка отодвинулся, включил светильник над кроватью и, откинувшись на подушки, смеющимися глазами посмотрел на нее:

– То-то он был зол, как голодный тигр, да еще в сердцах обозвал тебя ледышкой! Но почему, Ребекка?

– Я не была в него влюблена. – Она откинула волосы за спину, с вызовом взглянула на него. – Но ты должен знать, что у меня были мужчины и до него.

– Кто же стал твоим первым мужчиной?

– Мы вместе с ним учились в университете, а затем оба пытались устроиться в столице, – ответила Ребекка. – Нас не связывала всепоглощающая страсть, поэтому, когда мы нашли работу в разных местах, то предпочли разъехаться.

Мы с Сэмом остались друзьями и часто перезваниваемся, а иногда встречаемся втроем – с моей подругой Кэтрин, которая тоже с нами училась.

– Ты, насколько я понимаю, переехала в Стэнфилд четыре года назад, – уточнил Джеффри. – И тогда же познакомилась с Гаем.

Ребекка кивнула.

– Да. Но до сих пор, выражаясь высоким стилем, ждала именно тебя.

Джеффри стиснул ее в объятиях с такой силой, что она со смехом запротестовала.

– Я позвонил в твою дверь, чтобы выразить тебе свое глубочайшее почтение, – шутливо ответил он.

– Гаю нравилось, что все вокруг знают о нашей связи, – продолжала Ребекка. – Это льстило его самолюбию. Поэтому, когда я сначала попыталась отдалиться от него, а потом и вовсе разорвала отношения, он решился на крайний шаг – предложил мне выйти за него замуж.

– Если он заявится к тебе еще раз, – с притворной свирепостью заявил Джеффри, – я буду рад сообщить ему, что у него нет ни малейшего шанса. Ты моя, Ребекка Хьюстон!

– Ты знаешь, что это невозможно, – начала она, но Джеффри закрыл ей рот поцелуем…

А потом они в изнеможении вытянулись на постели, словно пловцы, чудом спасшиеся после кораблекрушения.

С самого первого дня Ребекка и Джеффри стремились проводить как можно больше времени вместе. Каждое утро они просыпались в объятиях друг друга, завтракали фруктами и сыром и шли купаться. Затем какое-то время загорали, потом шли прогуляться или заходили на рынок и отправлялись домой готовить ланч. Послеполуденное время проходило в жарких ласках и занятиях любовью, после чего снова шли к морю, а по вечерам иногда выбирались в один из рыбных ресторанчиков неподалеку. Перед тем, как отправиться спать, они подолгу разговаривали, сидя на террасе.

15
{"b":"15332","o":1}