ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Уснули там у тебя, что ли?

– Эй, а ну, живо! Сей момент будет, мой господин! Так что же насчет этого? Я бы ха-а-арошие поминки по дружку справил. Мерзавец он был, что правда, то правда. Да все же божья душа, не куропатка, чтоб на стрелу, как на вертел насаживать.

Андрей сквозь зубы длинно сплюнул под ноги наемнику.

– Так чего ты за забором сидишь? – глядя поверх его головы, сказал он. – За рекой таких много, выбирай на поминки какой понравится.

Губы Лиенты тронула едва приметная усмешка. Глаза наемника злобно блеснули.

– Чего скалишься, собака! – замахнулся он прикладом арбалета, метя в лицо, пока офицера отвлекло появление рыжей кобылы.

– Не сметь! – не оборачиваясь, негромко сказал Андрей.

Прозвучало это столь властно, что наемник не решился опустить приклад.

Андрей неспеша поднялся в седло, разобрал поводья. Потом сдавил пятками бока кобылы, направил ее на Лиенту.

– Пошел!

Уже на ходу небрежно швырнул монету в протянутую ладонь. Провожаемые угрюмыми взглядами, они скрылись за поворотом.

– Сволочь! Белая кость! – зло бросил старший. – Еще насмешки строит!

Он взглянул на монету и заботливо упрятал ее в складки пояса.

Через город они прошли спокойно. Правда, встречные оборачивались, провожали их взглядами, обменивались мнениями по поводу пленного. В глухом переулке Андрей остановился, нагнувшись с седла, распустил узел на руках Лиенты.

– Зайдем в лавку.

Вскоре они снова появились на улицах. Только теперь Лиента был нагружен двумя большими корзинами, доверху набитыми снедью. Андрей покачивался сзади в седле – молодой аристократ искал развлечений.

Патруль оцепления беспрепятственно пропустил их, с восторгом приняв в дар большую бутыль вина. "Хвост" остался с наружной стороны оцепления. Андрей засек его, как только он "приклеился" к ним с Лиентой. ТИСС взял под контроль его не слишком сложный мыслительный аппарат. Никакого беспокойства по его поводу у Андрея не возникло – ничего особенного этот филер не мог сообщить своему хозяину. Да и встреча с хозяином не скоро состоится, потому что он будет долго и добросовестно сидеть и ждать своих подопечных.

* * *

У лачуги, где ютилась семья Лоты, Андрей натянул поводья и, не успели сапоги его коснуться земли, дверь распахнулась, и выбежала Лота.

– Ты здоров! Ничего не случилось! Я так боялась! Ох! Это же… – Она застыла как вкопанная, не сводя глаз с Лиенты, потом спохватилась, поспешно приняла у него корзины, низко поклонилась.

– Позволишь войти?

– Ой, да идемте же!

Гостей встретил теплый, ласковый взгляд.

– Мы ждали тебя, сынок, и молились за тебя. Проходите, здесь вам рады.

Женщина подошла к Лиенте, почтительно склонилась перед ним.

– За твою голову они сулят много денег.

– Я знаю.

– Неразумно приходить так, средь бела дня.

– Разве здесь я должен опасаться людей?

– Здесь нет. Но в городе… Шпионы Гуцу мечтают изловить тебя.

– Знакомься, Лиента. Вот это – Лота. Вчера она мне очень помогла. Надеюсь, и сегодня не откажется, а?

– Я рада быть тебе полезной, – смущенно проговорила Лота, – но, по правде говоря, не велика была моя помощь.

– Об этом оставь мне судить. А это…

– Марта я. Лоте свекровью буду.

– Как Гойко?

– Все как ты говорил: проснулся утром, поел хорошо, теперь опять спит. Лота, гости наши с дальней дороги, а мы разговорами потчуем, – женщины захлопотали у стола.

Андрей отстегнул плащ, прошел к Гойко. Лиента тоже подошел, лицо его посуровело.

– За что его?

– Не знаю, не спрашивал. Скорее всего – ни за что, иначе убили бы.

С первым пациентом Андрея все было в порядке – организм без сбоев работал по заданной ему программе, шел активный процесс восстановления.

– С Гойко порядок, – обернулся Андрей к женщинам. – Опасности больше нет, он скоро поднимется.

– Чем благодарить тебя? – Марта уголком платка смахнула выступившие слезы. – Боюсь вспоминать, что вчера еще сын мой умирал.

Вставая из-за стола, Андрей сказал:

– Займемся делом, Лота?

– Приходили уж ко мне, спрашивали. Ждут тебя.

– Ты, вождь, пойдешь пока с нами, – повернулся Андрей к Лиенте. – Я хочу быть уверен в твоей безопасности, поэтому посмотрим, спокойно ли в поселке.

– У нас сегодня спокойно пока, а в том краю кричали очень. Должно, опять они хозяйничали.

– Туда и пойдем.

Сквозь заросли остролистной травы Лота повела их по тропинке, что тянулась вдоль высокой, сложенной из камня стены. Кое-где камень покрошился, осыпался, но в основном стена была еще прочной, без проломов. Шли молча, и Андрей отчетливо слышал, как с самого начала по другую сторону кто-то крадется за ними. Неизвестный шел умело – легко и беззвучно. Неизвестным он перестал быть через несколько мгновений. Мальчик следил за ними по поручению некоего Мотли. Андрей почувствовал, что вскоре ему представится возможность познакомиться с этим Мотли. Лота не знала о слежке и не слышала ее, а Лиента тронул сзади Андрея за плечо и показал глазами на стену.

– Лота, – останавливаясь, сказал Андрей, – что ты можешь сказать о мальчике по имени Дан?

Она удивленно обернулась.

– Обыкновенный мальчишка. Почему ты спрашиваешь?

– Дан, ты весь день собираешься ходить за нами? Как вчера?

За стеной послышался шорох и глухой топот ног.

– Не убегай. За тобой никто не гонится.

Топот прекратился, теперь из-за стены опять не доносилось ни звука.

– Дан? – нерешительно проговорила Лота. – Это ты? Не бойся, здесь друзья.

– А кто боится-то? – раздалось презрительно по ту сторону, и немного поодаль над стеной появилась светлая косматая голова.

– Данька! – ахнула Лота. – Ты зачем тут?

– А что, ходить нельзя? Гуляю я тут.

– Не трать время на эти прогулки, – насмешливо улыбнулся Андрей, – довольно и Лоты.

Данька хмыкнул и сказал:

– Ладно, не буду, – и спрыгнул назад.

Лота виновато проговорила:

– Дан – хороший парень, надежный. А что следил… Мы привыкли жить с опаской, вперед плохого ждем, чем хорошего…

* * *

Улочки были безлюдны. Пройдя еще несколько кривых, заросших травой переулков, Лота остановилась.

– Это где-то здесь… Я узнаю.

Она зашла в ближайшую избу и скоро вышла с закутанной в черный платок старухой. Он был низко надвинут на лоб, почти скрывал лицо, и только поблескивали настороженно глаза. Они остановились на Лиенте, хмурое лицо просияло и оказалось совсем не старушечьим.

– Это здесь, рядом, – сказала женщина. – Вон, где семья Криса живет. Утром за Крисом явились, а он на них с топором. Да их пять против одного. Крису на помощь жена кинулась, а за ней и сынок их, дитя совсем. Одному руку прокусил. Тот рассвирепел и алебардой его… к земле… Мать, как увидела, замертво рухнула – из сознания ее вышибло, а Криса избили до полусмерти и с собой утащили.

– Что мальчик?

– Мучается еще.

Женщина привела их к такой же ветхой развалюхе, как и остальные. Забор перед нею был повален, валялась переломленная жердь, какое-то тряпье, трава в бурых пятнах истоптана, перемешана с землей. В избе они увидели несколько женщин. На деревянной кровати стонал ребенок. Андрей подошел и едва успел перехватить руки матери – она бросилась на него, намереваясь вцепиться в лицо.

– Будь ты проклят! – забилась она, вырываясь из его рук.

Пронзительно закричал ребенок, соседки исчезли, Лота и Лиента оттеснили обезумевшую женщину.

– Тихо, тихо, – уговаривала Лота. – Это друг, он поможет твоему мальчику.

– Уведите ее, – приказал Андрей.

– Не дам! Не дам! – рвалась к ребенку мать, не помня себя от горя.

– Идем, нельзя так.

Женщина ничего не слышала, неистово рвалась к плачущему сыну.

– Остановитесь, – сказал Андрей. – Отпустите ее.

– Отпустить? Но, Дар… – Лиента умолк, прерванный нетерпеливым жестом.

16
{"b":"15334","o":1}