ЛитМир - Электронная Библиотека

– Но ведь есть, – мрачно усмехнулся Андрей.

– А… Линда не могла ошибиться? Я скорее готов в это поверить…

– А я – нет. Как вам такая версия: события формируется именно в тот момент, в который происходит – на пустом месте, из ничего.

– Совсем ерунда! Ничто не возникает из "ничего".

– Верно. Тогда вместо этого "ничего" – чей-то разум?

– Конкретный разум? Но уровень происходящего… Да что ты, Андрей! Это не камень в речку кинуть, чтоб круги пошли. Ты можешь представить личность, способную перекинуть причинно-следственные связи по своему сценарию?

– Да. Это супер-личность.

– Супер-личность… – задумчиво проговорил Калныньш. – Как вы, Разведчики?

– Нет. Мы пытались просчитать его, смоделировать. Интеллект класса "супер". Но вектор духовности отрицательный. Он темный. А это надежно блокирует раскрытии суперспособностей, почти стопроцентная гарантия – он ими не обладает. Он придавлен своим собственным негативом. Однако, некой очень серьезной силой он все же владеет. Это могут быть только специфические знания.

– Что за знания?

– Меня на мысль о них натолкнуло то, что Адоня ими очень серьезно интересовалась. Их называли герметическими. В этом названии несколько смыслов, в том числе и такой – тщательно закрытые, чтобы не просочились в мир, в люди. Это оккультизм, мистика, магия. Тех, кто владел ими, называли герметиками.

– Невероятно! Это что же – колдуны-знахари всякие?

– Да у них там своя иерархия. Знахари и колдуны – в их обыденном понимании – это практики начальных ступеней, овладевшие некоторыми приемами. Колдун мог стать весьма значительной, авторитетной личностью, но… на уровне племени, скажем. А герметики, "посвященные", становились верховными храмовыми жрецами, их знания давали им неограниченную власть над простыми смертными. И не только над людьми. Доступ к тайным знаниям открывал им суть сущего и возможность воздействовать на изначальное.

– На "причины"?

– Да, именно. Они меняли события по своему усмотрению, воздействуя на их предпосылки. Но знания эти пришли к людям раньше времени, уровень духовности человечества был еще очень низким. Знания стали опасными, потому что наделяли невероятной мощью, а люди еще не готовы были правильно ею распорядиться. И их закрыли. А что успело уйти к людям – уничтожили вместе с людьми. Помните "святую инквизицию"? Сложись обстоятельства иначе, цивилизация землян могла пойти по совершенно иному пути – был шанс резко устремиться ввысь, по вертикали. Если бы человек вовремя понял, что совершенствовать, развивать надо свою духовность, а не подпорки бренному своему телу – от кремниевого ножа до торсионных звездолетов… Но крылья отрастать стали слишком рано, люди не научились ими пользоваться, обломали их и остались ползать по земле.

Калныньш задумчиво покачал головой:

– Верно. Осваиваем звездные миры. А уничтожь все эти "подпорки", и окажется, что от пра-пра-предков мы не так уж и далеко ушли. Жаль. Как говорится, "обидно за предков". Так вы предполагаете, будто кто-то овладел запрещенным, через тайные знания обрел некую силу и теперь успешно использует ее?

– Слишком успешно. И сила у него вполне реальная, и очень опасная. Какие у него цели? Каким-то образом Адоня оказалась противостоящей его планам? Похоже, что сейчас только она одна сдерживает его, мешает ему реализовать намерения. Не знаю, есть ли у него союзники. Но думаю, он тоже один. Был один, пока не забрал под свой контроль Лиенту. Адониным просчетом он воспользовался очень продуктивно. Но Лиента в сумеречной зоне, это союзник поневоле.

– Что-нибудь еще выяснили об Адоне? Что с ней происходит?

– Нет, нового ничего. Происходит все на энергоинформационном уровне, то есть в тонких полях. Биополе у Адони отсутствует полностью. Оно существует в каком-то другом пространстве, измерении ли. Очевидно, ее мир реально не существует, он структурирован чьим-то сознанием – впечатлениями, памятью, фантазией. Видимо, это что-то подобное виртуальной реальности, но созданное человеческой волей. Хотя для Адони мир, в котором она сейчас живет, несомненно, материален. Находясь внутри, она воспринимает его, как физический. И тонкополевая структура меча для нее так же смертоносна, как настоящий меч.

– Может, трансперсональная психология могла бы помочь? Парапсихологи? Если попытаться вытащить Адоню сюда, назад?

– А если навредим ей? А Лиента? Что, если она действительно, единственное препятствие тому неизвестному? Если только она одна способна выставить против чужой и жестокой силы свое доброе колдовство? Не ее сюда тащить, а ей бы помочь. Если бы тот мир был реальным, мы могли бы попытаться найти вход в него. Вчера я заставил Линду попытаться второй раз вскрыть мое подсознание. Я хотел знать, что происходит с Адоней. У Линды ничего не получилось.

– Как она объясняет это?

– В первый раз она сумела преодолеть блоки. Но в результате это сработало на их усиление. У меня теперь иммунитет, – усмехнулся Андрей. – Мое подсознание сочло, что оно плохо защищено и усилило защиту.

– Худо. Насколько я понимаю, этот путь теперь закрыт?

– Нет, еще не совсем. Я предложил еще один способ: снять мою общую ментограмму и на время стереть сознание, блоки в этом случае тоже уйдут, и подсознание будет совершенно открыто. Потом сознание восстановить по ментограммам.

– Ты с ума сошел! Я запрещаю! Малейший сбой, и вместо тебя мы получим Бог знает кого!

– Вы можете предложить другой способ?

– Это ты называешь способом!? Это черт знает что! Не вздумай давить на Линду! Думай, думай, Разведчик, не пори горячку. Линда у тебя умница, только не дави на нее. Как руководитель, я запрещаю твой способ, а как человек… Андрей, прошу, не надо.

– Мы будем держать вас в курсе происходящего.

* * *

Эстебан больше никак не проявлял себя, но Адоня чувствовала приближение грозы. И внутренне она уже была готова, когда утром третьего дня Лиента ударом ноги распахнул дверь ее комнатушки, и дубовое творило хрястнуло о стену. Чуть побледнев, Адоня поднялась ему навстречу. Он с ненавистью впился глазами в ее глаза, желваки бугрились на скулах.

– Какая ты тварь! – четко и раздельно произнес он. – Чем помешал тебе старик?

Адоня отшатнулась.

– Консэль?! Что с ним?!

– Да, именно так – чистота и невинность! Как искусно твое притворство!

– Ради Бога – он жив?

– Замолчи! Или я забуду, что ты женщина! – вдруг голос Лиенты сломался, наполнился тоской.

– Чем он так досадил тебе, глупый, выживший из ума старик?.. И он еще защищал тебя!

Адоня увидела, как влажно блеснули глаза Лиенты, и это болью отозвалось в сердце: Лиента, вождя лугар, не умел плакать… Что же сделали с ним такое?..

– Люто! – проговорила она и до боли закусила губу, умолкла, потому что любое ее слово сейчас – масло в огонь гнева Яссона Гондвика.

– Моя вина, – проговорил он. – Теперь я вижу, что совсем не зря предупреждали меня… Да, так именно ты и действуешь – не получилось у тебя со мной, так ты по-другому придумала – взялась за тех, кто мне дорог, чтоб совсем один остался! Почему так поздно я понял, почему не выгнал прочь? Прости меня, старик, на моей совести твоя смерть.

Он схватил Адоню за руку и вышвырнул из комнаты.

– Убирайся! И если ты сейчас попытаешься сказать хоть одно слово, я велю забить тебя камнями.

Адоня не видела дороги от застилавших глаза слез, кусала губы, чтобы не расплакаться. Не ожидала она, что следующей мишенью станет Консэль, уверена была, что выполняет негласно заключенный договор с Эстебаном, и старику ничто не грозит. И вдруг этот удар под вздох, так, что и не продохнуть.

– Эй! – услышала она голос в темном переходе, и из тени выступил Эстебан.

Слезы Адони моментально просохли – он ведь пришел полюбоваться на ее слабость.

– Ты что, не собиралась попрощаться со мной? Мне будет тебя не хватать, честное слово! – Веселый, бесшабашный взгляд легко отбил две молнии Адониных глаз.

24
{"b":"15335","o":1}