ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А тут параллельно со всеми этими событиями Аврора Сеульская начинает вести свое расследование: почему Анжела так похожа на Нику? Глянцевый журнал с фотографией Анжелы приводит ее в состояние шока. Сходство между ее сестрой Никой и Анжелой Викентьевой налицо. Нет ли между ними какой-либо связи? Может быть, они — дальние родственники? Эти вопросы неотвязно мучают Сеульскую. И все закрутилось, завертелось. Аврора с помощью своей подруги журналистки устраивается на работу в приемную к Викентьеву. Какое-то время она работает на пару с Буруновой. А после смерти Ольги занимает ее место секретаря.

Тем временем сестра Сеульской Ника решается выйти на Викентьеву, чтобы заработать денег на сходстве их внешности. Так она и делает. Викентьева предлагает Сеульской работать двойником. Та соглашается.

Однако глянцевый журнал с фотографией Анжелы Викентьевой и ее электронным адресом попадает в руки не только Авроры и ее сестры Ники, но и их отца, который также заинтересовался странным сходством двух девушек. Он вступает в переписку с Анжелой, пытается больше узнать о ней, ее образе жизни. Она была его родная дочь, но он почему-то решил обратное. Бог знает, какие домыслы и фантазии родились в его воспаленном мозгу! В молодости он дико ревновал свою жену, и теперь ему стало казаться, что две девушки, похожие друг на друга, — дети его жены непонятно от кого. А Аврора — ребенок от совсем других родителей, которую подкинули его жене в роддоме. Эти две девушки — «выродки», свидетели позора его жены, которая спуталась с чужим мужиком. Их надо убить, уничтожить, их существование — вызов ему…

Сеульский быстро понял, что Анжела — извращенка. По странной иронии судьбы, он не почувствовал, что она очень похожа на него. По характеру, по внутренней сути. С одной стороны, холодный расчетливый ум, способный придумывать и воплощать в жизнь многоходовые комбинации, с другой — склонность к болезненным фантазиям, полет воображения…

Он узнал, где живет Анжела, и стал следить за ней. Отсюда и ее чувство, что за ней наблюдают, следят. Здесь интуиция не подвела Анжелу, она ощущала слежку за собой буквально кожей. Скорее всего они договорились о встрече. Чтобы познакомиться воочию. Анжела открыла ему. Она ожидала увидеть перед собой красивого мужчину, но действительность жестоко обманула ее. Она собиралась захлопнуть дверь, но не успела. Что было дальше, слышала только ее соседка по лестничной площадке Светлана Вячеславовна — звук приглушенного крика и быстро захлопнувшейся двери. Судя по всему, парализованная страхом, Анжела даже не кричала. Оставшись наедине со своей жертвой. Сеульский совершил давно задуманное. Он убил Анжелу ножом и исполосовал ей лицо. Он не мог его видеть.

Губарев подумал, что довольно долго он шел по ложному следу — подозревал Руслана Мансурова. Но разговор с Мансуровым, состоявшийся уже после всех этих событий, расставил все по своим местам. Оказывается, Руслан тоже следил за Анжелой. По просьбе… Викентьева. Тому не хотелось упускать дочь из вида. Родная или не родная, она выросла в его доме, и ее судьба не была ему безразлична. Руслан установил в квартире Анжелы подслушивающие устройства. Поэтому он и знал, что в жизни Анжелы появилась Ника. Знал и о том, какого рода задание та выполняет: подменяет Анжелу тогда, когда ей это нужно. Но он не сообщил об этом Викентьеву. Он решил на время попридержать эту информацию, посмотреть, как события будут развиваться дальше. Он услышал какие-то подозрительные звуки в день убийства и помчался к Анжеле. Он не понял, что случилось, и решил разобраться на месте. Там он и столкнулся с Авророй, которая в свою очередь выслеживала… Нику. Найдя адрес Анжелы у Ники, Аврора решила, что это Ника сняла квартиру. Ее одолело любопытство, и она поехала в Большой Харитоньевский переулок… Запутанный клубок событий. Хорошо, что Руслан не стал играть в молчанку, а откровенно сказал, что он прослушивал Анжелу. Но попросил не сообщать Викентьеву о том, что кое-какую информацию он утаил от него. Губарев ничего не обещал. Но про себя подумал, что необходимости говорить об этом Викентьеву пока нет.

Губарев подумал об Авроре. Ей придется учиться жить заново. В новой семье. С новыми людьми. А это очень непросто. Но Аврора молода, она справится с этим. Первое время будет тяжело, а потом она освоится. Привыкнет.

Губарев подошел к окну и распахнул его. Где-то взвыла автомобильная сигнализация. Он услышал, как сзади раскрылась дверь.

— Проходи, Вить, — не оборачиваясь, сказал он.

— Спиной чуете?

— Чую.

— У меня две бутылочки пивка.

— Отлично. Устал я, как собака.

— Теперь можно и отдохнуть.

— Какое там! На выходные к теще в деревню еду. Дочери обещал.

— Разве там не отдых?

Губарев выразительно посмотрел на своего напарника.

— Издеваешься?

— Ничуточки! Деревня — свежий воздух, натуральные продукты питания, здоровый сон.

— Деревня, — в тон ему сказал Губарев, — подъем спозаранку, каторжный труд убойный сон. Без задних ног.

— Зато от работы отвлечетесь!

— Отвлекусь, — согласился Губарев. — А как у тебя дела… с Софьей?

Витька махнул рукой:

— Никак! По-моему, она просто морочит мне голову.

— Есть такой тип женщин, хлебом не корми, дай поиздеваться над нашим братом. Но с чего ты это взял?

— Она то приближает меня, то отдаляет…

— Классическая тактика классической… — Губарев хотел сказать «стервы», но решил, что это оскорбит Витькины уши.

— Стервы, — закончил за него Витька. — Я и сам это уже понял. Дурак я. Все понимаю, а отлепиться не могу.

— Не ты первый, не ты последний. До всего надо дозреть. Только время способно все расставить по своим местам. Жди.

— И долго?

Губарев развел руками:

— Кто же это знает?

— Может, мне с вашей гадалкой посоветоваться?

А надо ли? Как ты будешь жить, зная, что тебе точно предскажут день и час, когда твое чувство умрет. Ты согласен на это? Витька мотнул головой:

— Не-а!

— Вот то-то же! Зазвонил телефон.

— Да! Да не трещи ты так! Говори медленно, а я буду записывать. — Губарев прикрыл трубку рукой и обратился к Витьке: — Вот оно начинается. Эксплуатация человека человеком. Список уже диктуют. Что мне купить и взять в деревню. А ты говоришь! Да… я записываю.

Витя встал и сделал жест, означающий «я пошел». Губарев кивнул ему. Он сосредоточенно записывал на листе бумаге то, что ему диктовали, и думал только об одном: когда этот деревенский уикенд останется позади и он снова станет свободным белым человеком.

После разговора с Губаревым я подумала, что сейчас самое время пойти к гадалке, с которой он меня когда-то свел. И спросить, что ждет меня в будущем. И есть ли у меня вообще будущее.

Я вышла на улицу, нашла место подальше от дороги, достала из сумки мобильный и набрала номер Маргариты Александровны. Я не успела изложить свою просьбу, как она прервала меня:

— Приходите ко мне. Сейчас.

— Хорошо.

В комнате гадалки пахло апельсином. Маргарита Александровна была в красивом черном платье с серебристыми разводами. Темные волосы были распущены, а на плечах лежал белый шарф.

— Приятный запах, — пробормотала я.

— Это ароматическая лампа. С апельсиновым маслом. Оно очень хорошо успокаивает нервы. Вам нужно прийти в себя.

— Разве это возможно? После всего…

— Расскажите. И вам станет легче.

Я говорила без остановок. Без пауз. Моя речь лилась, как полноводная горная река с каменистых уступов. Мощно. Яростно. Наконец я замолчала.

— Вот и все, — протянула я неестественно высоким голосом. — Во всем виновата я. Если бы я не стала раскапывать прошлое, все было бы по-прежнему.

— Так не бывает. Если события происходят, значит, так надо. Это — рука Провидения. Не думайте, что в этой истории был хоть грамм случайности. Все события, встречи, явления выстраивались согласно определенной логике.

— А кто определял эту логику? — вскинулась я. — Кто?

63
{"b":"15338","o":1}