ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Старики и молодёжь становились в круг, слушали. Перед слепым ставили мёд и пиво, возлагали венки ему на чело. В городище князь сажал его на почётное место — покрытую ковром лавку; нынче мы, голодные и холодные, поем на выгоне пастухам…

— Пой же, старик, пой! — требовал Смерд.

— Пой нам! — повторили за ним и другие. Слован ударил по струнам.

— Гей, гей! Послушайте старую дунайскую песню. Вокруг стало тихо, слепой затянул слабым голосом:

За семь рек с реки Дуная
Прилетела эта песня.
В страхе ждёт король дунайский:
Рать собрав, идёт к ним Читай.
Мало там земли народу,
Пашен сёлам, пастбищ коням;
И взывает Читай к богу:
«Гибнут люди, дай им землю!»
Сжалился бог Вишну, молвит:
«На Дунай иди с народом,
В степь широкую, раздолье.
Ну, а ты, король дунайский,
Не противься же Читаю».
Мечется король, горюет:
«Читай завоюет землю.
Королевством завладеет!
Миром встретить иль войною?
Иль готовить войско к бою?»
Кличет деву: «Молви, дева».
Говорит ему Камьяна:
«На Дунай иди с войсками.
Не поборет он народ твой».
Читай чернью верховодит,
Всех сзывает, где проходит,
Рать сбирает. Девки плачут,
Читай молвит: «Слез не лейте.
Я веду вас в край зелёный,
Дикие живут там люди,
Что не пашут и не сеют…
Будем их учить и править…»
Слезы высохли у девок…
Все пошли… Дунай белеет…
Лёд ломается и тает…
Войско берег охраняет,
С ним король… Как перебраться?
Как сломить такую силу?
Читай думает и молвит:
«На колени, все молитесь
Богу древнему Коляде,
Самовиле — богу ветров.
Пусть поводья пустит ветрам,
Белым льдом Дунай покроет,
Перейдём его по суху».
Все упали пред Колядой,
Жарко молят Самовилу.
Ветер дунул, встали воды,
И прошли войска по суху.
Деве внял король дунайский:
Рать собрал, и на Дунае
Он раскинул грозный лагерь…
Самовила ветром хлещет,
На Дунай морозом веет,
Зноем вражью рать сжигая.
Вот Дунай прошли, а в поле
Лишь костей белеют груды.
И Камьяна горько плачет.
Читай занимает землю,
В поле с плугом посылает…
Скот ведут и избы строят,
Учат здешних зёрна сеять…
«Тщетна речь твоя, Камьяна,
Если боги за Читая».
Побелев, Камьяна скрылась
И в Дунае утопилась.
Нынче песнь о том поётся.
Да пошлют вам боги здравья,
Мне же песнь мою оставят…

Певец кончил, воцарилась тишина.

— Ещё спой, — закричал Смерд, — не скупись, старик!

Слепец снова ударил по струнам.

— Эта песня с Хорватских гор, — сказал он, — она хоть длиннее, да помоложе, так, может, больше придётся вам по сердцу.

И зазвучал иной напев — смелей и пламенней, и слова полились быстрее, только белые глаза певца жутко поблёскивали.

«Висла, Висла, мать родная,
Что так мутны твои воды?»
«Как же мутными не быть им,
Если падают в них слезы?»
Люди на берег приходят,
Молят о спасении,
А спасенья нет им…
Под горой дракон в пещере,
Что увидит — похищает,
Что похитит — пожирает…
Когда с голоду бесится,
Вся гора дрожит от рыка…
Когда сытый дышит в яме,
Сеет мор своим дыханьем…
День и ночь покоя нету,
В поле пусто, люди скрылись,
В страхе в лес бежали звери…
Все дракон опустошает,
Душит старых, душит малых,
Никогда не сыт добычей
И, рыча, заразу сеет…
Как же истребить дракона?
Меч проткнуть бессилен шкуру.
Палкой череп не проломишь,
И рукой не сдавишь глотку,
Не разят его и громы.
И вода не поглощает,
И земля не погребает.
В замке Крак[23] сидит невесел,
Щиплет бороду в тревоге,
Думу думает, понурясь.
«Как мне сжить со света змея,
Как сгубить дракона злого?»
Семь раз в небе месяц вырос,
Семь раз снова он растаял,
Вот Крак Скубу призывает:
«Скуба, друг, внемли, что молвлю:
Заколи вола, овечку,
Требуху их выбрось в воду,
Да возьми смолы горячей,
Набери и серы жгучей
Да углей, от жара красных.
Этим всем набей их шкуры
И в пещеру брось дракону,
Когда с голоду взревёт он,
Пусть дракон поглотит пламя
И сожжёт себе утробу.
Пусть страшилище издохнет!»
Крака мудрое веленье
Скуба тотчас же исполнил.
Заколол вола, овечку,
Да набил смолой и серой
И в пещеру потащил их.
С голоду дракон ярится,
Пасть несытую разинув.
«На-ка, змей-дракон, попробуй!»
Змей схватил, и рёв раздался,
Сотряслась гора, и башни
В старом замке покачнулись.
Угли жгут утробу змея,
Все нутро сжигает пламя.
Змей из ямы выползает,
Мчится к Висле, хлещет воду.
Хлещет, хлещет, весь надулся,
Вдруг взревел и с треском лопнул.
Крак идёт с мечом из замка,
Рубит голову дракону
И на шест её втыкает.
«Вот, гляди, народ мой милый,
Кончились твои страданья».
Птицы весть несут, ликуя,
По полям летит с ней ветер,
Чтобы вышел пахарь с плугом,
А пастух бы стадо выгнал.
Веселились дети в поле —
Нет уже дракона боле.
На горе, над ямой змея,
Терем высится из камня,
Крак-король в нём мудро правит,
Перед ним четыре края,
Все четыре покорил он.
Борода его седая
Вьётся по груди, густая,
И колени закрывает.
А когда земли коснётся,
Смертный час его настанет.
Он не грустен и не весел,
Что покинет королевство:
С ним живут его два сына
И красавица — дочь Ванда[24]
Борода земли коснулась.
«Ну, знать, время помирать мне.
Королевство поделите,
Дочь приданым не обидьте
И живите в братской дружбе».
Плачь, народ, отец твой умер!
Слезы льёт народ, и тело
На гору несёт Ляссоту[25]
На костёр его сажает,
Тризну с жертвами справляет,
Пепел Крака собирает.
Все по горсти да по горсти
Землю сыпали, покуда
Не возрос курган высокий.
Королевство поделивши,
Крак и Лех страною правят…
Половиной Крак владеет,
Лех — второю половиной.
Лех на Крака смотрит в страхе:
Ох, задумал злое братец.
«Едем, братец, в лес на зверя,
Поохотимся мы славно,
Едем вместе в бор дремучий…
Не загоним ли оленя,
Не пристрелим ли медведя…»
Сели на коней, а Ванда
С башни молит их не ездить:
«Кровь во сне мне ночью снилась,
Утром ворон чёрный каркал…
Вы людей с собой возьмите:
Зверь-то дикий, лес дремучий!»
Крак смеётся: «Нет, сестрица,
Не страшны нам лес и звери».
Вот в дремучий лес въезжают.
Встал меньшой с коня и молвит:
«Брат старшой, прощайся с жизнью,
Всей страной хочу я править».
Молвив, молот в Крака мечет,
Кровь со лба багрянцем хлещет,
Брат на землю повалился, —
Как же быть тут с телом брата?
В землю класть — разроют волки,
Труп его узнают люди.
Меч взял, четвертует брата,
Рубит мелко на кусочки,
Зарывает на распутьях.
Он песком их засыпает
И утаптывает землю.
Звезды и луна смотрели,
Да видал их лес дремучий.
Звезды выдавать не станут,
Леса шум никто не слышит.
Едет в замок Лех и плачет, —
Рвёт свой плащ, ломая руки.
«Горе мне: родного брата
Зверь загрыз в лесной чащобе.
Видите — в крови одежда,
Но — увы! — не спас я Крака».
Долю братнину присвоив,
Лех один стал править в замке.
На распутьях, там, где тело
Под песком зарыто Крака,
Лилии чистые белеют.
Ветер клонит их, колышет
И, как стонут лилии, слышит:
«Тут, в песке, могила Крака,
Он убит рукою брата».
Кто б ни шёл там, слышит в страхе
Стон иль странный сказ о Краке.
Вихрь песок с него свевает,
Люди тело поднимают
И уносят его в замок,
Где старейшины собрались.
«Пусть уйдёт братоубийца
Прочь отсюда на край света.
Ванда лишь одна осталась,
Что дала обет безбрачья.
Пусть же будет королевой!»
«Как же быть мне королевой,
Если я богам поклялась
Навсегда остаться девой?..»
«Ванда моря, Ванда леса
И полей всех королева, —
Так поёт народ, взывая, —
Крака дочь да правит нами».
На границе притаился
Немец, как в норе лисица,
Весть летит к нему, как птица:
Дева царствует в столице,
Не корону носит — венчик.
И в руках не меч, а прялка;
Мужа взять она не хочет!
Ридгар войско собирает
К битве с безоружным краем.
Он ведёт его к границе,
Шлёт послов своих к девице:
«Ванда, будь моей женою,
Иль твой край огнём, мечом
Весь разрушим, весь сожжём!»
Уж в полях чернеют рати,
Лесом копья вырастают,
Кони ржут, щиты блистают,
Вновь послы — к ним вышла Ванда.
«Я богам своим поклялась
Никогда не выйти замуж.
Вы с войной? И я рать кликну,
Пусть решает бой кровавый».
С тем ушли послы, а рать их
Тотчас край весь затопила.
Меч подняв, в венке из лилий,
С светлым ликом едет Ванда.
«Где же, немец, твои силы?»
Где войска его стояли,
И следа их не осталось —
В лес и в горы все бежали.
Ридгар злой один остался.
Он клянёт богов и рок свой,
Меч хватает, грудь пронзает.
«Ну, твоя удача, Ванда!»
Возвратясь с победой, дева
В замок свой народ сзывает.
В белом платье и в веночке
Их с цветком в руке встречает
«Мир вам всем, отцы честные!
Час настал мой, завещала
Жизнь богам я и исполню
Свой обет, расстанусь с жизнью
Чтоб руки моей не ждали
Те, что царства пожелали,
И с мечом не нападали.
Так ведите ж меня к Висле,
Где в волнах бездонный омут».
И сокрыла Висла деву…
На берег народ сбежался,
Все жалеют королеву,
Все курган ей насыпают,
Плача, песнь о ней слагают.
Да пошлют вам боги здравья,
Мне же песнь мою оставят…
вернуться

23

Крак, или Кракус — легендарный основатель города Кракова.

вернуться

24

Ванда — мифическая королева польских племён, дочь Крака.

вернуться

25

Ляссота — известковая скала на правом берегу Вислы к югу от Кракова. Ныне называется Кшемёнки.

13
{"b":"15342","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Отвергнутый наследник
Как хочет женщина. Мастер-класс по науке секса
Рельсовая война. Спецназ 43-го года
Под струной
Брачный контракт на смерть
Любовь на троих. Очень личный дневник
Трансляция
Конец Смуты