ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Если бы в эти раздумья Сталин внес фактор «кремлевского визита фюрера», все могло бы пойти иначе… Гитлер действительно не был уверен — надо ли ему воевать с СССР в том случае, если СССР не намерен в удобный для себя момент воевать с Германией. Это хорошо видно из общего настроения и мыслей письма от 21 июня 41-го года. Это видно и из анализа документов самого решающего, 1940 года —уже военного для Германии и еще предвоенного для СССР…

СЧИТАЕТСЯ, что история не терпит-де сослагательного наклонения. Соответственно, «записные» историки рассматривают историю лишь как некое собрание фактов и сведений. Однако если рассматривать историю еще и как комплексное исследование динамики процесса развития человечества, предпринимаемое на базе анализа представительного массива исторических фактов, то становится научно плодотворным отыскать в том или ином историческом периоде некую ключевую «точку ветвления». И на основе выявления и изучения тенденций, реально существовавших, но не реализовавшихся в тот период, посмотреть — а как развивались бы события, какой характер приобрела бы эпоха, если бы эти тенденции реализовались.

Напомню, что «тенденция» (от латинского tendere — направлять, стремиться) — это не только «направление, в котором совершается развитие какого-либо явления», но и «стремление, склонность к чему-либо»… Стремиться к чему-то не значит обязательно достичь чего-то, но… Но исследовать нереализованные тенденции эпохи при строго аналитическом, а не конъюнктурном подходе к ним полезно. Как полезно и задаться вопросами: «Почему не реализовались одни тенденции и реализовались другие? Что помешало победить здоровым, рациональным стремлениям? И кто этому помешал?»

Если такие вопросы ставит вдумчивый исследователь, то его работа и ее результаты будут вполне научно корректными и имеющими вполне научную ценность. И не только научную, а и общественную! Ведь, поняв, что мешало здоровому подходу когда-то, можно понять и то, что мешает пробить дорогу здоровым стремлениям сегодня и завтра.

Кроме прочего, провести такую работу, да и, надеюсь, познакомиться с ней еще и просто увлекательно!

Английские исследователи Э. Рид и Д. Фишер полагали, что у Сталина не было иного — кроме Пакта — выбора в конкретно сложившихся условиях военно-политической изоляции СССР со стороны западного мира. Однако на деле потенциальное значение Пакта было намного более серьезным — безотносительно к сложившейся реальности.

Об этом хорошо было сказано в меморандуме, переданном германским послом Шуленбургом Председателю Совнаркома СССР и наркому иностранных дел Молотову за неделю до прилета в Москву рейхсминистра Риббентропа.

Поэтому Пакт с Германией нам в России пора оценивать не как «успех», «сговор» или «ошибку», а как верный шаг на так и не пройденном СССР и Германией до конца пути к историческому здравому смыслу.

Врагам России и Германии удалось стравить их в 1941 году так же, как это удалось им в 1914 году. Пора это осознать и нам, и немцам. И осознать не только во имя установления исторической истины, но и во имя конструктивных исторических перспектив двух великих народов и всего мира.

По сей день считается, что война между СССР и Третьим рейхом была неизбежна, что она логически вытекала из реальности тех лет.

В одной из интернет-дискуссий 17 августа 2004 года фантаст Борис Стругацкий ничтоже сумняшеся заявлял, что «весь ход событий 19331945 годов был таков, что представить себе сколько-нибудь серьезные отклонения от реальной истории весьма трудно»… Далее экс-гуманист Стругацкий, ныне увлекающийся недобросовестными эксгумациями истории, сообщал, что он-де «неоднократно играл в эту игру (придумывал „альтернативки“), но ни разу не сумел получить „жизнеспособный“ виртуальный вариант, существенно отличающийся от реального».

Что же, если ты не живешь, а играешь в «игры», то результат вряд ли может быть иным. Однако если ты беспристрастно ищешь историческую истину, то по мере углубления анализа и привлечения всей массы фактов убеждаешься как раз в обратном — вполне возможным и рациональным был вариант не войны русских и немцев на переломе XX века, а вариант их стратегического партнерства в борьбе против тех сил, которые в нацистской Германии называли плутократией, а в Советском Союзе — Мировым Капиталом…

Почему же блестящий фантаст (и, увы, негожий гражданин Отечества) в данном случае не обнаружил приличествующего ему полета фантазии?

Не потому ли, что вдумчивый анализ указывает как на поджигателя войны не на нацистскую Германию (и уж тем более не на Советский Союз), а на так любимые нынешними «демократами» Соединенные Штаты с их двуединым идейным центром —Уолл-стрит и Брайтон-Бич?

Но последнее — это так, к слову…

Историк Мельтюхов издает основательнейшую по фактографии книгу «Упущенный шанс Сталина», где библиография насчитывает 1709 (одну тысячу семьсот девять) источников…

И — в отличие от Бориса Натановича Стругацкого — он видит-таки альтернативу происшедшему в реальности. Она (по Мельтюхову) заключается в том, что у Сталина был единственный шанс исключить германское вторжение — месяцем ранее напасть самому… Этот тезис доказывается на полутысяче страниц с привлечением многих тысяч разнообразных цифровых данных…

Мельтюхов утверждает при этом, что обе стороны-де стремились к мировому господству (что вообще-то чепуха даже в отношении Германии) и что поэтому союз между ними был-де невозможен. А если бы Сталин на него пошел, то вынужден был бы воевать (по Мельтюхову) за интересы рейха, лишь усиливая Гитлера…

Мельтюхову, похоже, невдомек, что если бы СССР совместно с Германией в 1942 году разгромил Англию, то это была бы война «малой кровью, могучим ударом» на чужой территории. Что в этом случае все могучие комплексные достижения первых пятилеток были бы сохранены и приумножены… А уже это исключало бы любое нападение на СССР…

И вся дальнейшая история мира пошла бы не так идиотски, как она пошла — по пути губительной американизации, а иначе… После подрыва планов плутократической Золотой Элиты и подавления ее мощи история планеты Земля пошла бы по пути мира и творческого, достойного людей созидания…

К сожалению, работа разнородных темных сил в западном мире, в Германии, в СССР, а также ряд взаимных просчетов Гитлера и Сталина вели две державы и два народа к войне.

И привели…

Вильгельм Ассарсон, бывший шведский посланник в Москве с 1940 по 1944 год, оставил интересное свидетельство… Описывая дипломатический корпус в Москве начала 1941 года, он сообщает, что в апреле всеобщее внимание привлекло торжественное подписание советско-югославского пакта о дружбе.

По мнению автора этой книги, такой шаг Москвы был последней и трудно объяснимой ошибкой в цепи ошибок, которая вскоре приковала две страны к колеснице бессмысленной войны между ними. Но из воспоминаний Ассарсона я узнал, что знаменитый советник московского посольства Германии Хильгер, уроженец Москвы, наполовину русский и женатый на русской, тоже находил советско-югославское соглашение непонятный.

Можно, конечно, возразить, что Гитлеру, мол, пришлось вначале отвлечься на подавление Югославии, а это привело к переносу сроков вторжения в СССР на более позднее время и к последующему срыву блицкрига в целом.

Но, во-первых, Гитлер был вынужден решать «югославскую» проблему независимо от нашей позиции. Во-вторых же, разумная политика СССР, понятная с точки зрения примата принципа сохранения мира, могла бы исключить блицкриг против Советской России как таковой!

И признания этого факта стругацкие и мельтюховы боятся как черт ладана. Очень уж из этого факта вылезает черный цилиндр Дяди Сэма и ермолки финансистов, подготовивших и германо-советскую войну, и «ельцинские» путчи 1991 и 1993 годов…

В происшедшем есть, увы, и вина лично двух вождей… Если бы в конце 1940 года они встретились лично (а оба этой встречи желали и оба ее потенциальное значение понимали), то все могло пойти, повторяю, иначе…

2
{"b":"15387","o":1}