ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Именно перед лицом постоянно укрепляющейся экономики Соединенных Штатов Америки экономике Европы грозит серьезная опасность, если четыре державы, вместо того чтобы сотрудничать, будут выступать друг против друга… Нашим представителям надо поскорее встретиться для совершенно непринужденной беседы на эти темы…

В этих словах Лейт-Росса содержалась, собственно, программа европейского мира — если бы вместо пятого отбрасываемого участника, «штатовского», в компанию было бы решено пригласить Россию.

Но если бы предложение англичанина реализовалось, четыре великие европейские державы просто не смогли бы ее игнорировать!

Так что тут было о чем подумать…

Рютер, выслушав все это, сказал:

— Уже то, что мы здесь, доказывает лояльную позицию Германии. Что же до ваших последних предложений, то мы их передадим в Берлин и надеемся, что вскоре сможем сообщить вам, сэр Фредерик, готово ли германское правительство вступить первоначально в неофициальные совместные переговоры с тремя другими великими европейскими державами…

И процесс пошел…

В ноябре 1938 года в Лондоне гостил представитель Рейхсбанка Винке, и 6 ноября заведующий экономическим отделом Форин Офис Эштон-Гуэткин предложил ему рассмотреть вопрос о крупных английских кредитах Германии. А в середине декабря уже сам президент Рейхсбанка Яльмар Шахт нанес «частный» визит своему другу — управляющему Английским банком Монтегю Норману.

Одновременно в Лондоне начались переговоры между «Рейнско-Вестфальским угольным синдикатом» и «Угольной ассоциацией Великобритании»… Обсуждался, как всегда в таких случаях, раздел сфер влияния.

Наступил год 1939-й…

В феврале в Лондоне было объявлено о предстоящей в середине марта поездке в Берлин министра торговли Англии Оливера Стэнли и министра внешней торговли Роберта Хадсона. (Впрочем, предполагалось, что Хадсон заедет и в Москву, что он позднее и проделал.)

В то время послом Германии в Лондоне был Герберт фон Дирксен. 20 февраля он направил в аусамт письмо, первую половину которого стоит процитировать почти полностью: «Поездка английского министра торговли Оливера Стэнли в Берлин имеет значение, выходящее за рамки обсуждения текущих экономических вопросов. Она осуществляется в то время, когда Англия стоит перед трудными решениями в области своей торговой политики в целом…

Короче говоря, перед британским правительством стоит следующий вопрос: должна ли английская торговая политика тащиться на буксире у Соединенных Штатов или же ей следует попытаться сохранить свою независимость с помощью более тесного сотрудничества с Германией и соответственно с Европой?

Эта альтернатива возникла в результате американского давления на Англию и общей нестабильности мирового хозяйства. Еврейские финансовые магнаты в Соединенных Штатах хотят заставить Англию идти вместе с Америкой и удержать Англию от сотрудничества с тоталитарными государствами.

Британское правительство стремилось до сих пор сохранять свою экономическую независимость. Об этом свидетельствуют его энергичные меры по защите английской валюты от американских маневров и против утечки капитала в Америку.

Однако успешное продолжение этого сопротивления представляется возможным лишь в том случае, если тяготеющая над Европой экономическая нестабильность и недостаток доверия будут заменены более благоприятной атмосферой и созданием новых производственных возможностей…»

Спрашивается: как должна была вести себя «гоевская» «британская» элита с учетом изложенного Дирксеном (а он писал чистую правду!)?

Впрочем, до поры до времени все шло так, как этого хотела национально мыслящая часть британской элиты. Ежегодный обед англо-германской Торговой палаты прошел весьма и весьма тепло. Со стороны Германии на нем был глава экономического отдела МИД доктор Вайль. Со стороны Великобритании — Стэнли и Хадсон. .

А 15 и 16 марта 1939 года в Дюссельдорфе состоялась конференция «Федерации британской промышленности» и «Союза германской промышленности» («Имперской промышленной группы»).

И это был пик достижений сил мира в Европе. Увы, именно пик, удержаться на котором Европе не удалось…

15 марта сторонами было подписано Совместное заявление «Федерации британской промышленности» и «Имперской промышленной группы» («Дюссельдорфское соглашение»). И это был манифест не двух экономических объединений двух стран, а декларация мира между этими странами.

Лондонский журнал «Экономист» назвал дюссельдорфские переговоры «беспрецедентными в истории в смысле масштабов».

Действительно, впервые со времен кайзеров Вильгельма Первого и Вильгельма Второго, Бисмарка, Мольтке-старшего и Мольтке-младшего, со времен Дизраэля Биконсфилда, Солсбери, Розбери, Асквита, Ллойда Джорджа и вереницы других английских премьеров Британская империя становилась на путь не сдерживания Германии, а долговременного сотрудничества с ней.

Для СССР это означало бы мир на ближайшие годы, если не навсегда. Окончание планового перевооружения Красной Армии одним из лучших в мире оружием приходилось на 1942 год. К концу этого года РККА получила бы по нескольку тысяч танков «Т-34», «KB», «катюш», новых истребителей, штурмовиков, бомбардировщиков. И после этого в оборонительной войне мы были бы непобедимы!

Сложно сказать — смог ли бы фюрер при альянсе с Англией мирно решить польскую проблему, но это было вполне возможно. При этом ценой нашей лояльности к таким его устремлениям могло стать согласие Германии на передачу нам Западных Украины и Белоруссии.

Мог ли допустить это Золотой Интернационал?

Ответ очевиден. К тому же прямо в день подписания Дюссельдорфского соглашения Гитлер дал и повод — в Прагу вошел вермахт.

И вся «английская» пресса тут же завопила об «империализме» немцев. Мол, присоединение семи миллионов людей другой национальности к рейху— это акт не национального объединения, как раньше, а акт империалистический. На страницах прессы крупнейшей колониальной империалистической державы мира весь этот шум и гам выглядел, мягко говоря, странно.

Да, то, что проделали немцы с чехами, было не самым красивым поступком, но чехи давали к тому основания. И, во всяком случае, не англичанам было тут возмущаться…

А вот же…

Визит Стэнли и Хадсона отменили.

Впрочем, как писал позднее Дирксен, Чемберлен в Палате общин и Галифакс в Палате лордов сделали заявления, осуждающие акции Гитлера, но не продемонстрировали никаких фундаментальных изменений в проводимой ими политике по отношению к Германии.

«Вскоре, однако, — вздыхал далее Дирксен, — непреодолимая сила британского общественного мнения потащила за собой правительство…»

Что ж, источником «общественного мнения» в «демократических» странах является пресса. А прессой в Англии, как и в Штатах, управляли прежде всего или сами евреи, или их доброхоты. Так что именно эта пресса быстренько отбуксировала британское правительство на тот фарватер, который вел Англию в направлении США…

Гитлер к идее альянса с Англией относился тогда уже скептически, возможно потому, что уже мало сомневался в том, что англофранцузы планируемое вторжение в Польшу ему не простят. А на это Гитлер уже психологически почти решился, и если бы он обеспечил себе нейтралитет (как минимум) России, то колебаниям окончательно пришел бы конец.

Не мог он и оставить в боку рейха чешскую «занозу». Так что дюссельдорфские перспективы были опрокинуты и его действиями, но они-то не имели целью порвать с Англией. Секретные англо-германские переговоры о разделе мировых рынков шли с мая по август!

Нет, «Дюссельдорф» торпедировали «черчиллевцы». Недаром же их лидер в свое время был первым лордом адмиралтейства и своим странным бездействием фактически запрограммировал гибель «Лузитании». А уж эта гибель стала одним из поводов для вступления в Первую мировую войну ее подлинного творца — Соединенных Штатов Америки…

Экономика и политика в капиталистическом мире не то что взаимосвязаны, а скорее взаимно запутаны. Но запутаны они для взгляда лишь постороннего, поверхностного, непосвященного…

24
{"b":"15387","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Моей любви хватит на двоих
Москва 2042
Один год жизни
Мег. Первобытные воды
Иллюзия греха. Поддельный Рай
Рабы Microsoft
Remodelista. Уютный дом. Простые и стильные идеи организации пространства
Верные враги
Тень невидимки