ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Раздался скрежет, и камень выкатился.

— Ну вот, — сказал ланн.

— Спасибо, — Карл нагнулся и поднял камень. Тот не умещался в ладони, тяжелый, влажный от налипшей земли.

В одно мгновение юноша выбросил руки и ударил воина камнем в висок. Удар отозвался в мышцах, послышался глухой хряск, похожий на отдаленный удар грома.

Человек пошатнулся, кровь струилась по его лицу. Том уже вскочил, подхватывая безжизненное тело и помогая ему без лишнего шума коснуться земли. Аул подхватил копье, прежде чем оно успело упасть и зазвенеть. Карл бросил взгляд на темные фигуры спящих ланнов. Кто-то зашевелился, бессознательно бормоча во сне.

Нагнувшись, он взял у воина нож и перерезал свои путы. Потом передал его Тому, чтобы они с Аулом тоже могли освободиться, а сам снова наклонился над телом. Кровь была горячая и липкая, она склеивала пальцы, когда Карл возился с застежкой шлема. Он расстегнул ее, стащил с воина плащ и передал все это Тому.

— Ты почти такого же роста, — прошипел он. — Надень это и возьми копье. Ходи туда-сюда на случай, если кто-нибудь проснется.

У них было мало времени. Как только Том отошел от ребят, сонный голос спросил:

— Кто это?

— Все в порядке. Иди спи, — хрипло ответил Том, моля бога, чтобы его голос не слишком отличался от голоса стражника. И опять начал ходить взад-вперед, взад-вперед… Древко копья скользило в его мокрых от пота ладонях, и ему пришлось крепко сцепить зубы, чтобы не было слышно, как они стучат.

Двигаясь бесшумно, как кошки, извиваясь, словно змеи, Карл и Аул поползли в высокой траве к лошадям. У них был нож и меч, они могли разрезать путы. Но если лошадь заржет или если ланн, лежащий без сознания, придет в себя… Том старался об этом не думать. Взад-вперед, взад-вперед, шаг за шагом.

Меж силуэтов животных при свете звезд слабо блеснул металл. Карл с Аулом перерезали путы. Один раз лошадь заржала, и Том замер. Потом начал снова ходить туда-сюда — неясная фигура стражника в плаще и шлеме с длинным копьем на фоне звезд. Если кто-нибудь проснется, то увидит, что стражник на месте, и успокоится. А ржанье лошадей не имеет особого значения. Что ж, бывает!

У кромки леса прозвенела тонкая трель дрозда. Но дрозды редко поют по ночам. Это был сигнал. Том взглянул на лагерь. Все спокойно. Он услышал храп и чье-то сонное бормотание. Повернувшись, он побежал к лошадям большими, неслышными шагами.

Его друзья держали трех взнузданных лошадей, остальные животные недоуменно фыркали, не понимая, что происходит. Том отбросил копье и вскочил на одну из них. Карл и Аул последовали его примеру.

Внезапно в лагере загремел голос:

— Джой! Джой, где ты? Что происходит?

— Отлично, парни! — прозвучал высокий и чистый голос Карла. — Едем! — С торжествующим воплем врезался он в густую траву. — Йееа! Хэй, хэй, хэй! Гед-дап!

Лошади бросились врассыпную. Они ржали и лягались, обезумев метались туда-сюда, дико стуча копытами.

— Вперед! — орал Карл. — Скачем в Дэйлзатун.

У его щеки прожужжала стрела, потом еще и еще. Ланны проснулись, кричали, бегали за своими лошадьми, стреляли вдогонку троице, уносившейся в лес.

Карл пригнулся к шее своей лошади. Украсть запасных лошадей не было времени, слишком велик был риск, поэтому этим троим предстоит долгая скачка. Да, эта скачка действительно будет долгой, до самого Дэйлзтауна. И как только ланны оседлают своих лошадей, они начнут преследовать их, зло и азартно.

Послышался смех Аула.

— Похоже, все эти дни мы только тем и занимаемся, что крадем домашний скот! — крикнул он.

— Вперед, шут гороховый! — крикнул Карл. — Скачем в Дэйлзтаун!

Глава тринадцатая. Награда герою

Лошадь споткнулась. Ее дыхание стало коротким и прерывистым, пыльные бока покрылись пеной. Карл безжалостно пришпорил ее заостренным ивовым прутом. Пыльное облако сзади опасно приближалось.

Усталость туманила Карлу глаза. В голове было пусто от недосыпания. Весь день не было возможности напиться, и во рту у него было сухо. Солнце отчаянно палило.

Ночь и день. Еще ночь и вот этот день, все вперед и вперед. Только короткие перерывы на сон, больше для того, чтобы сберечь лошадь, чем себя… без еды, голод тупой болью засел в желудках… Они ловчили, увертывались, переправлялись через ручьи, шли на все, чтобы скрыть свои следы от охотников. Теперь остался последний кусок пути, они уже были на хорошо знакомой дороге к Дэйлзтауну, ланны преследовали их по пятам.

Карл оглянулся, были видны силуэты людей и лошадей, вверхвниз двигались копья и шлемы, металл то блестел в свете солнца, то пропадал в пыли. На рассвете ланны взяли след, заметили беглецов, и теперь расстояние между ними неуклонно сокращалось. Лошадей у ланнов было больше, чем всадников, у них была возможность отдохнуть от веса седока, поэтому лошади догонявших не были такими усталыми.

Карл, как в тумане, размышлял о том, сколько еще сможет продержаться его лошадь.

Наверное, было бы разумнее идти пешком. На любой, достаточно длинной дистанции можно было загнать лошадь. Но вот на коротком переходе, таком, как вот этот участок пути до Дэйлзтауна, конный двигался быстрее, чем пеший. На раздумье не было времени. Слишком поздно думать. Вперед, вперед, вперед!

Рядом с ним, держась утоптанной копытами дороги, немного ссутулившись от усталости, скакали Том и Аул. Их одежда была в клочья разодрана сучьями деревьев. Кожа исцарапана. Струйки пота оставляли грязные дорожки на пыльных телах. Беглецы были безоружны, если не считать украденного ножа, их преследовали, но они мчались вперед через холмы по утрамбованной пыльной дороге, которая вела в Дэйлзтаун.

— Хо-йо! — До Карла слабо донесся волчий вой ланнов. Стрела, потеряв силу на излете, упала рядом. Но скоро враг будет на расстоянии выстрела, это будет конец.

Вокруг расстилалась широкая зеленая равнина, чем ближе они подъезжали к городу, тем чаще встречались дома. В полях колосились посевы, в садах цвели цветы. Но никто здесь не жил. Повсюду было пусто. Все жители укрылись за стенами Дэйлзтауна.

Лошадь все чаще спотыкалась, сбиваясь с ровного галопа. Ланны рычали, пришпоривая своих коней, все ближе, ближе, все слышнее барабанный грохот копыт под багровым небом.

— Карл… Карл… — голос Тома был похож на стон. — Мы не успеем… Город так близко, но мы не доберемся до него…

— Успеем! — прокричал сын вождя, как в бреду. В голове у него звенело, гудело и визжало. Он вцепился пальцами в гриву лошади и пригнулся к ее шее. — Мы уже почти там. За мной, за мной!

Они взбирались по высокому склону. Поднявшись на вершину, Карл увидел, что на небе собрались грозовые тучи. Еще до наступления ночи будет дождь, и земля обрадуется влаге. А он… суждено ли ему ощутить его прохладу?

— Йа, йа, йа! — Ланны завизжали и рванулись вперед, как только их добыча скрылась за вершиной холма.

Внизу лежал Дэйлзтаун, темное пятно на зеленой, низкой долине. Подул свежий восточный ветер, потом усилился, волнами прогибая траву и раскачивая ветви деревьев.

Вниз по крутому склону, вниз к стенам, галопом, галопом! Карл рискнул обернуться еще раз. Теперь он уже мог видеть лицо Ленарда, мчавшегося впереди. Этот варвар улыбался. Мгла грозовых туч освещалась вспышками молний. Облака несло по небу, рвало в серые клочья. Буря надвигалась огромными шагами.

— Мы не успеем, Карл. — На этот раз крик отчаяния вырвался у Аула. Ветер кромсал фразы, срывающиеся с его губ. — Мы просто не успеем.

— Попытаемся! — крикнул Карл.

Вниз, вниз, вниз. Пропела стрела. Мимо. Еще одна и еще. Голос слабо долетел до Карла.

— Сдавайтесь, или мы будем стрелять!

Так близко, почти у города… Перед ними уже расстилалась ровная долина. Массивные бревенчатые стены Дэйлзтауна, квадратные башни, за ними высокие крыши… каких-нибудь две мили, и каждый шаг приближал их к цели… но надежды уже не было. Ланны были в нескольких ярдах от них и…

25
{"b":"1541","o":1}