ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Все тот же почерк, — сказал Валерий после длительной паузы, в течение которой он, щурясь, затягивался. — Почему, зачем? Чтобы сбить нас с толку?

— Хочешь сказать, у нескольких разных убийц не может быть одинакового почерка? — спросил Гера, затягиваясь.

— Именно это я и хочу сказать, — кивнул Валерий.

— Заходите, вас приглашают, — выглянул в дверь охранник.

— Пули нигде нет, — сказал судмедэксперт с виноватым видом, когда они вошли. — То есть Андрей Павлинович сделал все, чтобы ее извлечь. Но…

Валерий и Гера невольно взглянули на труп медсестры Антоновой и отвели взгляду. Слишком ужасно, даже для бывалых сыскарей, выглядела ее распиленная голова, не говоря уже о запахе.

— Так где она может быть? — спросил Гера после паузы. — Может, она упала на пол?

— Мы все осмотрели, — сказал дежурный санитар. — Не верите, посмотрите сами… У вас лупа есть?

— Где-то была, — закряхтел Гера, доставая свою лупу и опускаясь на колени. — Будем искать. Раз больше некому.

— Кстати, кстати… — потер виски Померанцев, как бы припоминая. — Куда они должны были бы ее положить, если бы извлекли? — спросил он у врача. — Не сюда ли?

Он указал на изогнутую овальную эмалированную ванночку со следами крови, стоявшую на столе.

— Для того она здесь и стоит, — подтвердил тот.

Гера поднялся с колен, осмотрел ванночку через ту

же лупу. И положил ее в целлофановый пакет.

— А давайте все вместе поищем. Вдруг где-то завалялась?

8

Дома Игорь и Евгений Матвеевич Макаров сидели у компьютера с подключенным Интернетом. Игорь пытался загрузить английскую «Файнэшнл тайме», но ее сайт никак не открывался.

— Черт… Сейчас время пик, все линии перегружены, — сказал Игорь, отключив модем. — Попробуем позднее. Извините, что перебил вас. Продолжайте.

— …Понимаешь, сегодня практически невозможно получить полные данные о внешнем долге, — продолжал начатый разговор Макаров.

— Но ваш заказчик как-то и где-то их получил? — спросил Игорь и, не выдержав, снова выключил Интернет, когда из динамика донеслись короткие телефонные гудки.

— Понятия не имею… На моей памяти если эти данные удавалось получить, то вскоре выяснялось, что доверять им не стоит, — пожал плечами Макаров. — Я знал только отдельные фрагменты. Но общей картины ни разу не составил.

— Получается, я зря вас пригласил, и вы не смогли навестить внука…

— Ничего, там самое страшное уже позади, — улыбнулся старый журналист. — Скоро выпишут. Вот, взгляните… — Он показал Игорю фотографию внука в больничной палате. — Улыбается. Хотя здорово исхудал. Извините, Игорек, если отвлекаю.

— Ничего. Так вот, в Интернете я искал материалы на Разумневича, — Игорь кивнул на экран монитора. — И отыскал на этом сайте подтверждение, что его внучатый племянник Вячеслав Понятовский работает в Министерстве финансов.

— В этом нет никакого криминала…

— Но вы что-нибудь знаете об этом внучатом племяннике?

— Да, слышал, — пожал плечами Евгений Матвеевич. — Говорят, способный молодой человек. Да мало ли родственников известных и влиятельных людей сегодня пристроено на теплых местечках?

— Вы могли бы узнать о нем какие-то подробности по своим каналам? — спросил Игорь.

— Постараюсь, — неохотно сказал Макаров.

— В Центральном банке о нем знают?

— Должны бы знать. Тут главное другое: общая инвентаризация наших внешних долгов и кредитов, как частных, так и государственных, до сих пор не проведена, — махнул рукой Макаров. — Хотя о ее необходимости говорят давно.

— М-да… — озадачился Игорь — Я тоже слышал… И что, этим можно воспользоваться?

— Похоже, дело не в чьей-то злонамеренности, а в нехватке грамотных специалистов, — продолжал Макаров. — К которым, кстати, Относят Понятовского.

Игорь снова включил модем. И снова линия оказалась занята.

— Я как-то был в командировке в Боснии, — вспомнил Макаров. — И наблюдал, как там происходят платежи по внешнему долгу. У них не было оригиналов самих кредитных соглашений. Приходит факс, в котором кредитор уважительно, но настоятельно просит произвести очередной платеж. В Минфине морщатся, хватаются за сердце, но платят.

— Непостижимо… — пробормотал Игорь.

— Знаете, я давно усвоил: если в финансах бардак, значит, это кому-то нужно, — продолжал Макаров. — И все равно не перестаю удивляться. В Боснии хотя бы было оправдание: после раздела страны документы остались в Белграде. У нас и такого оправдания нет. А бывали даже случаи, когда один и тот же платеж производили дважды. Да-да. А в иных случаях, причем самые срочные, — ни разу. Это во многом связано с прежней чехардой в Министерстве финансов.

— Черт знает что делается… — развел руками Игорь. — И эту вторую выплату, возможно, поделили между теми, кто его получил, и теми, кто его произвел?

— Одна дыра в заборе, сколь бы высоким он ни был, лишает смысла самый высокий забор… — вздохнул Макаров.

— Не совсем понял. Где забор, а где дыра?

— Кажется, я начинаю что-то понимать, — задумчиво сказал Макаров. — Долгов у наших фирм и концернов много, а денег недостаточно, и поэтому платят выборочно, не всем и не сразу.

— Хотите сказать, здесь открываются возможности для махинаций?

— Информация — кому заплатят, а кому нет — возможно, и есть та дыра, через которую можно пролезть сквозь забор.

— Хотите сказать, в этом случае есть возможность прилично заработать?

— Я только предполагаю. Для этого нужно знать больше, чем знаю я.

— Ага, соединилось! — воскликнул Игорь, глядя на экран.

В это время в кабинет заглянула Люся:

— Извините, если мешаю. Вам что-нибудь принести? Чай, кофе?..

— И то и другое, — сказал Игорь. — И сама не уходи, нам понадобится твой безупречный английский.

Он лихорадочно щелкал по клавиатуре, водил мышкой, пока не открылась нужная информация.

— Вот тот самый компромат на Разумневича и его племянника, Евгений Матвеевич, любуйтесь… — сказал он, когда открылась искомая страничка. — Я понимаю: это дурно пахнет. Но даже лживые материалы обычно основываются на крупицах истины. Я бы сказал: в каждой лжи есть доля правды, как и в каждой шутке есть доля…

— Шутки! — возгласила Люся, внеся в кабинет поднос с дымящимся кофейником и чашечками.

Она поставила поднос на стол, села рядом в кресло, стала разливать кофе.

— Вы позвонили вашему знакомому в прокуратуре? — спросил Макаров, отхлебывая из чашечки. — По поводу погибшей медсестры Антоновой?

— Да, я ему все сказал… — пожал плечами Игорь, не сводя взгляда с экрана монитора. — Он сказал, что все уже знает, но сначала хотели бы сами посмотреть по журналу регистрации в морге… Буквоеды, одно слово, бюрократы!

— Это ты про Геру? — удивилась Люся. — Извини, если сказала что-то не так. Просто никогда бы про него так не подумала.

— Это сказано в положительном смысле, — кивнул Игорь. — Буквоедство — часть их профессии. Он так и сказал: если мы ему потребуемся, он нам позвонит.

— Кстати, вот тут фамилия промелькнула… Костылев, кажется. Можно открутить назад? — кивнул гость на экран.

— Можно, почему нельзя… — Игорь сделал прокрутку на пол-экрана назад. — Вот он, Костылев. Вы его знаете?

— Да. Инициалы, во всяком случае, совпадают. А. С. Алексей Семенович, должно быть. Работает в Минфине.

— У вас с ним хорошие отношения? — спросил Валерий.

Макаров неопределенно пожал плечами. Поставил чашку на столик. Кивком поблагодарил хозяйку.

— Трудно сказать. Давно знаем друг друга. По даче соседствуем. Взаимопонимание пока что находили.

— Я это к тому, — нетерпеливо сказал Игорь, — что вы могли бы позвонить ему прямо сейчас и побольше узнать о Понятовском — кто он, что он и чем в этом министерстве занимается? — допытывался Игорь. — Думаю, мы не имеем права терять время. Кто знает, может, нам удастся предотвратить финансовую махинацию, от которой пострадаем все мы, как во время дефолта?

40
{"b":"154177","o":1}