ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Эластичность. Гибкое мышление в эпоху перемен
Пятьдесят оттенков серого
НЕ НОЙ. Только тот, кто перестал сетовать на судьбу, может стать богатым
Гомункул. Конец… Или начало?
Письма астрофизика
Рестарт: Как прожить много жизней
Материнская любовь
Осторожно, в доме няня!
Кама с утрА. Картинки к Фрейду
Содержание  
A
A

Гамов протянул Мише широкую пятерню. Миша с опаской пожал ее.

— Ну вот и познакомились, — удовлетворенно констатировал верзила. — Слушай, здесь поблизости есть одна забегаловка. Не возражаешь, если мы побазарим там? За кружечкой холодного пива, а? Не менжуйся, приятель, это хорошая точка!

— Нет проблем, — ответил Камельков, чем вызвал в душе широкоплечего гиганта прилив добрых чувств.

— А ты ничего, — одобрительно сказал Гамов и легонько похлопал Камелькова по плечу. Ну, тогда айда, что ли?

— Айда!

Назвать забегаловку «хорошей точкой» можно было с большой натяжкой. Обычное летнее кафе с четырьмя сильно поцарапанными белыми пластиковыми столами. В полутора метрах от крайнего столика барная стойка.

— Будьте добры, две кружки пива, — заказал Камельков и бросил на прилавок четыре червонца.

— Михаил Петрович, — смрадно зашептал на ухо Камелькову Гамов, — пиво без водки деньги на ветер. Или не слыхал такой поговорки?

— И бутылку водки, — сказал Камельков, прибавив к червонцам измятый стольник.

— Вот это по-нашему, — одобрил действия следователя «агент» Гамов.

Они взяли пиво и водку и сели за самый дальний от барной стойки столик. Гамов поднял кружку и провозгласил:

— Ну-с, за сотрудничество?

— За него! — кивнул Камельков.

Они чокнулись толстыми пивными кружками и принялись за пиво.

— Холодное, — похвалил Гамов. — А теперь давай остограммимся для разгону. — Гамов взял бутылку водки и скрутил крышечку.

— Может, пока не надо? — спросил Камельков. — Сначала поговорим, а потом уж и выпьем. Так сказать, закрепим нашу деловую связь.

— Для того чтобы закрепить связь, нужно ее сначала наладить, — мудро изрек Гамов. — Подставляй стопку, шеф. Да не менжуйся ты, остограммимся для начала, а потом пососем пивка.

Делать было нечего, Камельков со вздохом пододвинул свою рюмку верзиле.

Водка была благополучно разлита по пластиковым стаканчикам и выпита.

— Ну так какое у тебя ко мне дело?

— Майор Половцев говорил, что у вас богатые связи в уголовном мире.

— Это есть, — кивнул Гамов. — Япрожил долгую и насыщенную событиями жизнь, сынок. А это чего-ни :будь да стоит.

— Видите ли, пару дней назад в Москве произошло явно заказное убийство. Убийца был одет в милицейскую форму. Свидетели описывают, что он был высокий и подтянутый, явно спортсмен. Действовал хладнокровно и без суеты…

— Профессионал, не иначе, — заметил Гамов, отхлебывая пиво.

Камельков кивнул:

— Мы пришли к такому же выводу. Но дело в том, что в тот же день произошло еще два похожих убийства. Тоже милиционер, тоже высокий и подтянутый. И так же, как и в первом случае, всадил в жертву ровно четыре пули.

Тяжелая кружка со стуком опустилась на стол.

— Четыре, говоришь? — прищурившись, пробасил Гамов.

— Да, четыре. А вам это о чем-то говорит?

Гамов нахмурил лоб.

— Что-то такое вертится в голове… — задумчиво проговорил он. — Вот только никак не могу вспомнить. Знаешь, Михал Петрович, я тебе сразу-то по скромности не сказал, но… Тяжело мне сейчас живется на белом свете. Поиздержался я совсем.

— Вы намекаете на деньги?

— На них, — печально кивнул верзила.

Камельков, ни слова не говоря, вынул из кармана две сотенные бумажки и положил перед Гамовым.

— Это мне? — спросил Гамов дрогнувшим от благодарности голосом.

— Вам.

— Благодарю, — сказал Гамов и сгреб бумажки со стола. — Хороший ты человек, Михал Петрович. Рад буду тебе помочь. Только…

— Что?

— Давай-ка мы с тобой выпьем для начала.

— Так мы ведь уже выпили!

— Тот раз не считается. Тогда ты мне был незнакомым и подозрительным чужаком, а теперь ты мне брат по крови. А за брата я не выпить не могу. Давай сюда свою стопку!

Камельков вздохнул и протянул стаканчик верзиле.

Они выпили еще по сто граммов.

— А теперь давай-ка мы с тобой порассуждаем, — сказал Гамов. — Твои менты-убийцы явно проходили спецподготовку. И, судя по всему, в одном месте. Это значит, что в Москве — ну или где-то там еще — действует фирма, услугами которой пользуются те, кому позарез понадобилось кого-то убрать. Судя по тому, что все убийства были совершены в один и тот же день, а почерк убийств был одинаковым, заказчик у всех этих преступлений один.

Если только кто-то сознательно не хочет заморочить нам голову, — сказал Камельков и громко икнул. — Простите, — промямлил он, сильно покраснев.

— Ничего, Михал Петрович, это из тебя пивной дух выходит. Так вот, насчет того, чтобы заморочить нам голову, это чепуха. Эти ребята хитры, но не настолько. Чем сложнее схема преступления, тем труднее осуществить ее без ошибок. Поэтому эти ребята предпочитают не запутывать дело свыше меры.

— Может, вы знаете, как найти эту фирму убийц-ликвидаторов?

— А чего ж… Тут ничего сложного нет. Езжай на Тверскую, там их много. Ходят мужики с плакатами на спине, а на плакатах надпись «Ликвидирую фирмы — быстро, легко, надежно».

— А разве они в этом смысле? — усомнился Камельков.

— Конечно! Помнишь, как у Шерлока Холмса? Чтобы спрятать письмо понадежнее, нужно положить его на самое видное место. Все будут шарить по полкам и вспарывать диваны — и никто не догадается поискать на столе.

— Хороший подход, только не всегда срабатывает, — выдал свою экспертную оценку Камельков.

Гамов посмотрел на него с уважением.

— А ты талантливый сыщик, — констатировал он. — Давай-ка выпьем за тебя, Михал Петрович! По пятьдесят грамм!

— Давайте!

И они снова выпили.

— Ладно, — сказал Гамов, — насчет мужиков с Тверской это я, конечно, пошутил. Такие фирмы не афишируют свою деятельность. И найти их непросто. Однако одну наводку я тебе дать могу. Нужно искать кавказцев!

— Кавказцев?

— Да. Это я тебе не из-за национализма моего лютого говорю, а просто факт констатирую. Они ведь люди черные, горячие. Вот твой дед, к примеру, кем был?

— Учителем.

— Во-от. А их деды по горам с кинжалами лазали. Сечешь, к чему я? Для них ведь что Москва, что дикие горы — один хрен. Опять же месть эта кровная. Они уже с рождения для убийственной работы готовы. Гамов поднял толстый палец и изрек: — Наследственность, понимаешь!

— Ну и где я буду искать этого вашего кавказца?

— Как это — где? Его фирма, чем бы она таким ни была, наверняка не специализируется на пошиве мягких игрушек. И книжки для детей младшего школьного возраста она тоже вряд ли выпускает. Где легче всего найти клиента, который хочет свести с кем-то счеты?

Камельков подумал и сказал:

— Не знаю.

— Во-от, — протянул Гамов. Ну а коли не знаешь, так слушай старших дядей. А старшие дяди тебе скажут: самая сволочная свора обитает в шоу-бизнесе! Они там все друг другу глотки перегрызть готовы. Уж поверь моему богатому опыту.

— Вот как… — неопределенно сказал Камельков.

— Именно. Я бы на твоем месте… — Гамов запнулся. — Хотя чего это я. У тебя наверняка и своя голова на плечах имеется.

— Нет-нет, говорите, — разрешил Камельков.

— Не стоит. Кто я — и кто ты! Ты ведь по работе профессионал, а я так: подкинули денежку — мозгой крутанул. Не подкинули извиняй Господь. — Гамов остановился и выжидательно посмотрел на Камелькова.

— А! — догадался тот. — Ну да.

Камельков достал из кармана еще пару мятых стольников, посмотрел на них с сожалением и, вздохнув, протянул подвыпившему гиганту.

Деньги исчезли в пятерне бывшего боксера.

— Продолжаем разговор, — вновь заговорил он. — Итак, на чем мы с тобой, Михайло Петрович, остановились?

— На том, что убийцу нужно искать в сфере шоу-бизнеса.

— Именно! Но, конечно, искать нужно умеючи. Вот, к примеру, есть в Москве одно местечко… Яркое с фасада, но гнусное внутри. Я процентов на девяносто пять уверен, что там твои убийцы и прячутся.

Камельков взволнованно придвинулся к Гамову:

— Вы обязаны мне рассказать об этом местечке, Гамов! Слышите, обязаны!

12
{"b":"154180","o":1}