ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

А пока — мужи и добытчики тихо сидели как картошка в грядке, в ямах, и обтекали под дождем справедливых претензий, до тех пор, пока градус раскаяния и обиды не дошел до точки кипения. Из ямы раздались требования о немедленном забое их, потому как в соответствии с требованиями первобытного гуманизма милосерднее их сразу добить, чем подвергать моральным пыткам.

Подойдя к одной из ям, я прекратил вопли теток, и глухие отбрехивания несостоявшихся Атилл, предложив перевести «дискуссию» в конструктивное русло.

— Вы еще компенсацию морального вреда потребуйте, убогие! — сурово предложил я им, — Вас кто сюда приглашал? Кого вы послушали? Ополоумевшего старого сморчка, что за свою жизнь не добыл даже тушканчика? Чем он вам задурил и без того бестолковые головы? Когда шаман говорил охотнику, где ему сесть в засаду, и какого зверя бить? Шаман просит для охотника покровительства духов, а не бьет зверя сам! Шаман не ведет воинов — для этого нужен военный вождь! Кого вы послушались! Что он вам обещал? Чужие богатства? Чужие запасы? А вы не думали, что у этих запасов есть свои хозяева? Вот ты, обратился я к Бешеному Быку, на которого так яростно наседала его Серая Змеюка (вот имечко — лучше не придумать, усмехнулся я про себя) — ты об этом подумал? Если к тебе придут чужие, и захотят отнять твою жену, твои шкуры, твое копье и твое мясо, что ты будешь делать? Ты все отдашь?

— Не-е-е-т! — взревел Бык. (То же имечко говорящее, прослушав мощный вопль, решил я для себя)

— А почему ты решил, что другие тебе отдадут все и забесплатно?

— Ну….. замялся детина.

— Теперь убедился?

— М….

Скорбное молчание было ответом. Из соседней ямы вытягивались любопытные рожи пленников, горящие желанием услышать, что говорят второй половине пленных.

— Так вот. Вас здесь не ждал никто. Никто кормить вас за просто так не будет. Охотничьих угодий, что бы прокормить вашу ораву — просто нет.

— Мы уйдем…. Отпустите?

Я понял, что мой собеседник — или из вождей племен, или из лидеров оппозиции, бывающей в любом человеческом обществе, и как следствие — пользуется определенным влиянием. Поэтому нужно было срочно «вербовать» его в свои ряды.

— А там вы, что делать будете? Кто для вас там приготовил запасы еды? И как вы думаете рассчитаться за все гадости, что у нас натворили?

Мужик основательно задумался, но ответа не выдавал — было о чем подумать. Я над приемлемыми вариантами целым советом города ломал голову всю ночь.

— Мы поможем восстановить все, что поломали.

— А пока вы помогать будете, кто будет кормить ваших жен и детей?

— Не знаю.

— Значит так, убогие. Слушайте меня. Сейчас вас вымоют, накормят, и выдадут вам новое охотничье оружие. Под командой наших охотников часть из вас уйдет в края, где много животных. Там вы вместе с ними заготовите мяса на зиму для себя и для городов и поселком, которые вы разрушили. С вами пойдут — позже — ваши и наши женщины, которые умеют сохранять мясо надолго.

Другие пойдут на реки — Ишим и Тобол, на Миасс. Они будут ловить рыбу. Много рыбы — что бы накормить всех, и чтоб хватило на год — опять же всем. И там вашим помогут наши рыбаки и женщины, чтобы рыба не пропала зимой.

Еще часть останется помогать мастеровым города — делать оружие взамен того, что вы возьмете на охоту, делать снасти — что бы обеспечить рыболовов, делать посуду, вещи, помогать строить разрушенные городки. Всем ясно? А пока вы будете заниматься заготовками — ваши женщины и дети подождут вас в городке, куда мы их временно поселили, что вы не успели, к счастью разрушить.

Нестройный гул голосов дал понять, что люди свою задачу поняли, и в принципе согласны с такой постановкой вопроса. Были и недовольные из приверженцев Безымянного, но им очень быстро надавали по шее, и недовольство прекратилось, так сказать, «на корню задавленное здоровыми силами».

А потом потянулись беспокойные будни. Я не боялся предательства или побега. Нам дали торжественно слово, что будут подчиняться старшим команд и выполнять любые их приказы. В каменном веке слово тоже было твердокаменным и нерушимым. Дай Бог, чтоб так и оставалось впредь.

Часть 3 Академия

Глава 65. Рождение Академии

Великое берёт начало с малого.

(Публий Сир)

Вот и пришла пора прощаться с Аркаимом — нас ждали ставшие родными места. Собрав на площади рынка население, я оглядел жителей города — всего два месяца с небольшим, а многих уже знаю в лицо, все стали близкими мне людьми. Я показал на начальника стражи города.

— Знаете ли вы этого человека?

Ответом стали утвердительные возгласы.

— Доверяете ли ему?

Опять же довольный ропот одобрения.

— Мы уходим домой, в свои места.

Послышались выкрики и просьбы — оставаться, не обижать уходом людей, которые поверили нам. Пришлось объяснить, что уходим мы не навсегда, будем недалеко, и в любой момент придем на помощь и с советом к друзьям в Аркаиме. Что нас ждет наш дом, наши племена. А для горожан будет лучше, если ими будут управлять свои же люди. Детей, подростков и молодежь мы приглашаем на остров, для учебы в Академии, где научим всему, что знаем сами.

Обговорив условия товарообмена, порядок связи между островом и городом, мы тронулись в путь, с изрядно увеличившимся караваном, составляющим теперь и будущих учеников, и припасы для них на первое время, и родителей, пожелавших проводить детей в неизведанную даль и убедиться, что с чадами не случится ничего плохого. Я не отказывал никому, но караван составил больше двухсот только взрослых. Немного позже к нему присоединились около пятисот бывших членов племен, напавших на Аркаим под предводительством старого жреца. Не гнать же было их? И куда? Осенние миграции могли обеспечить нас достаточным количеством мяса, а там и урожай подоспеет — места под огороды мы уже определили в районе современного нам поселка Тургояк, и даже разметили некоторые. Лесостепь давала хорошие посевные площади — только обрабатывай. Теперь семян у нас было достаточно — и предок репы, и рожь, и другие культуры — предки современных огородных культур. Особо радовали овес, гречка и горох — пусть мелкие, но удобрений у нас достаточно, займемся селекцией. У нас все впереди.

* * *

Караван неспешно тянулся к реке. У объединенной деревни, где произошло нападение на наших стражей, нас встретили уже готовые полсотни лодок — из шкур и ветвей подобия катамаранов, поднимающих до двадцати человек, и при этом — легких и удобных к переноске через мелкие места — реки вообще были полноводнее, чем в наши времена, но пороги встречались. Часть людей двинулась по реке вверх по течению, часть — по берегу. Еще около двухсот человек должны были идти совсем медленным ходом — снабженные хорошими инструментами, по следам каравана, они должны были торить дорогу — пока грунтовую, к озеру Тургояк вдоль русла реки, оборудовать дневные стоянки, оставаясь частями жить в новых поселках для несения почтовой службы и торговли. Небольшие поселения на десяток — другой семей, около реки богатой рыбными запасами, могли существовать самостоятельно. С них брали слово, что они будут выделять гонцов для передачи вестей при необходимости, содержать впоследствии почтовых лошадей — ими я намеревался обзавестись в таких деревеньках лет через пять максимум. Коневоды Страны Городов ухватили идею о верховой езде, и уже обучали небольшой табун молодых животных для такой цели. Конструкцию конской сбруи мы где-то вспомнили, где-то разработали сами — по крайней мере, такие важные вещи как седла и стремена, удила и поводья в ней присутствовали. Дальше все должен был решить опыт, а он, как говорится, дело наживное. Ведь объезжают в наше время совершенно диких мустангов ковбои — потому что точно знают, что это — возможно. Чем хуже мы? Вот так то.

* * *
116
{"b":"154187","o":1}