ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Не я первый и не я последний, кто предается в этой стране мечтам о ее будущем. Все бесполезно. Большой бизнес, верхушка правительства — эти люди могут сидеть, сложа руки, и молча смотреть, как под ними рушится ими же самими выстроенное здание. Бюрократия задушит любую инициативу. Наверное, чтобы найти выход, нужно досконально знать законы развития общества. Но умение видеть эти законы дано немногим. Я, Питер мысленно усмехнулся, разложу по полочкам любой механизм, но мгновенно растеряюсь в общественном устройстве. Эта мысль неожиданно вернула Питера в вагон метро.

— Как же мы доберемся до цели? — спросил он Вивьен. — Если мы угоним какую-нибудь машину, Контроль засечет нас сразу же.

Вивьен посмотрела в окно. Они снова были в пригороде, и по обе стороны монорельсовой дороги расстилались поля, на которых в лучах утреннего солнца блестела роса.

— У меня есть идея, — сказала она. — Этот дурацкий Комитет Празднования Столетия Первой Мировой войны построил массу макетов. Их используют для того, чтобы снимать фильм. Там и самолеты, и пушки, и танки — первоклассно сработанные копии. Когда нет съемок, к макетам водят детей — показать, чем воевали их прадедушки.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что здесь недалеко есть аэродром. Эти этажерки могут летать где угодно, без ограничений. Они настолько медлительны, что Контроль просто не обращает на них внимания. А самое главное для нас — полиция не сможет посадить или повернуть самолет против нашей воли, потому что на них нет автопилота! Кроме того, едва ли кто-нибудь задастся вопросом, куда делся старый аэроплан, даже если пропажу обнаружат. И никто не станет нас преследовать.

— Мой Бог! — от удивления Коскинен даже прищелкнул языком.

— Мы с Зиггером были там в прошлом году, так что я знаю тамошние порядки. Если ты сообразишь, как поднять в воздух такой самолет, тогда нам должно повезти. Ну, что скажешь?

Коскинен понял, что отныне Вивьен складывает с себя полномочия лидера. Вся ответственность ложится на него, и, прикинув ее «на вес» он подумал, что ноша не так уж легка. Чувствуя подкатывающий к горлу комок, Питер сглотнул и произнес внешне спокойно:

— О'кей. Мы попытаемся.

18

Аэродром располагался примерно в трех милях от станции. Коскинен и Вивьен зашли в супермаркет, купили там продуктов на завтрак, два мотка веревки, упаковку тонизирующих таблеток, после чего направились к самолетам. Большая часть их пути пролегала по вихляющим улицам отживающего свой век города. Все дома по обе стороны дороги требовали немедленного ремонта. Мимо проезжали грузовики, легковые машины, трактора. Но пешеходов, кроме них, почти не было — лишь старухи, безработные и какие-то подозрительные мрачные типы; никто не обращал на них внимания. Какой-то изнуренного вида человек показал им, где повернуть; выглядел он так, словно был слишком слаб, для того, чтобы задавать вопросы.

Боковая улица, на которую они свернули, постепенно перешла в тропинку, которая влилась в сильно заросший луг.

— Да-а… — протянула Вивьен. — Когда-то здесь стояли дома. До войны. Как бы нам ноги не поломать. Придется идти осторожно.

Зеленый травяной ковер был местами покрыт свежей позолотой цветов. Где-то в кустах пела птица. Вместо привычного запаха пыли, Коскинен ощутил аромат свежей сырой земли.

— Мне нравится это место, — сообщил он.

— Вот как? А мое сердце всегда остается в городе. — Вивьен коснулась его руки.

— Почему аэродром расположен именно здесь?

— Здесь очень дешевая земля. Кроме этих людей из Комитета никто не хотел ее покупать.

Ангары и взлетная полоса находились в центре поля. Территория была огорожена забором из проволоки под током высотой чуть ли не в два человеческих роста. Радарные установки контролировали посадку любого незарегистрированного летательного аппарата, и по их сигналу на ноги поднималась полиция в городе. Поэтому живой сторож на аэродроме был попросту не нужен. Коскинен внимательно осмотрелся. Кажется, вокруг было пусто.

Питер связал из одной веревки лассо и после нескольких неудачных попыток набросил его на один из столбов ограды.

— О'кей, Ви, — произнес он и помог ей надеть генератор. Вивьен включила поле. Вторую веревку Коскинен использовал, чтобы обвязать Кокон и привязаться к нему с противоположной от проволоки стороны. Затем он пропустил конец лассо через упряжку кокона и осторожно начал поднимать себя вместе с ним вверх, обеими руками подтягиваясь по веревке. Таким образом, поле работало как изолятор. Питер представил, что произойдет, коснись он проволоки, и почувствовал, как на лбу выступил пот. То, что ударит током — ладно, главное — получив сигнал тревоги, полиция схватит их через пару минут.

Но все обошлось. Поднявшись на макушку столба, Коскинен отвязался от кокона, перебрался через ограду и спрыгнул с веревкой в руках. Удар о землю оказался весьма чувствителен. Отдышавшись, он намотал покрепче веревку на руку и, раскачивая кокон, сдернул его на территорию аэродрома.

Вивьен выключила экран, выбралась из-под веревок:

— О'кей, вот мы и внутри! — Ветер подхватил ее звонкий смех. — Коскинен и Кордейро, Кошачьи воры, по приглашению Его Величества Тибальта Второго, Короля Котов! Следуйте за мной, мистер пилот!

Они пересекли еще одну поляну сорняков, взлетную полосу из бетонных плит и вышли к ангару. Вивьен достала было пистолет, чтобы отстрелить замок с двери, но створки сами распахнулись перед ними, стоило только подойти поближе. Внутренность ангара открылась гигантским мрачным чревом, и Коскинен замер, с немым восторгом уставившись на летающие машины. Неведомым образом старинные самолеты погрузили его в более глубокое прошлое, чем это удавалось даже марсианским башням.

Вот оно, сказал он себе, истинное прошлое. Вот на таких штуковинах, неведомо как державшихся в воздухе, летал, наверное, мой прапрадед. Он почувствовал, как в душе закипает злость. Маркус и с ним другие надругались над прошлым, прошлое им отомстит…

Через час Питер точно знал, на каком самолете они полетят. Табличка сообщала, что этот огромный биплан с двумя открытыми кабинами назывался «Де Хэвиленд-4» — дневной бомбардировщик. Скорость у него была меньше, чем у «Фоккера» или «Спэда», но этот аппарат подкупал надежностью, именно она предопределила выбор Коскинена. Затем ему пришлось сделать выбор между толстой инструкцией и собственной интуицией; он выбрал последнее и скоро разобрался, как поднять самолет в воздух.

Выкатив биплан на взлетную полосу, они заправили баки горючим с помощью насоса. Коскинен развернул самолет — нужно было взлететь так, чтобы не попасть под прицел радаров.

— Сядешь на заднее сидение и постараешься завести мотор, — сказал он Вивьен. — Сейчас я покажу тебе, как. А я вручную постараюсь раскрутить пропеллер.

— Мы можем разбиться, или нас собьют… Что угодно может случиться, ты понимаешь? — тихо произнесла Вивьен, внимательно глядя на Коскинена.

— Да, — кивнул он и пожал плечами. — Но все это было понятно еще до того, как мы залезли в ангар.

— Я… — Вивьен взяла его руки в свои. — Я хочу, чтобы ты кое-что узнал. На всякий случай. Вдруг мне не представится другой возможности сказать…

Он пристально посмотрел ей прямо в глаза.

— Этот детонатор, — вздохнула Вивьен, — подделка.

— Что?!

— То есть, детонатор в полном порядке, а вот бомба… — смех застрял у нее в горле. — Когда Зиггер приказал подготовить бомбу… мы тогда еще проговорили с тобой полночи, помнишь? Я сказала себе, что не могу этого сделать… В капсуле нет взрывчатки. Просто безобидный тальк.

— Что?! — вновь повторил он.

— Я ничего не сказала об этом в доме Абрамса. Мне почему-то показалось, что у них хватит ума заменить тальк на настоящую взрывчатку. И пусть я сама никогда не смогла бы нажать кнопку, это запросто мог сделать кто-то другой. Понимаешь меня, Пит? Понимаешь, почему я хотела, чтобы ты узнал об этом именно сегодня?

32
{"b":"1542","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Под алыми небесами
Вольный князь
Дикие. Лунный Отряд
Полночный соблазн
Фантомная память
Академия Арфен. Корона Эллгаров
Последний Фронтир. Том 2. Черный Лес
Нескучная философия
Чужая война