ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

5

До Кратера было недалеко. Такси вышло из зоны наведения контрольной службы, водитель включил ручное управление, и Коскинен увидел внизу и впереди круг темноты, выделяющийся на фоне тускло освещенной паутины улочек. На краю Кратера стояли несколько зданий, в которых светилось по одному-два окна. Остальное было погружено во мрак. В нескольких милях отсюда высился Центр, похожий на ступенчатый сверкающий фонтан. Видна была и пара небоскребов, в которых помещались штаб-квартиры транснациональных корпораций. Он мог даже различить снующие по улицам светлячки наземных машин. Но все это с таким же успехом могло происходить и на другой планете…

Только не на Марсе, с отчаянием подумал он. Марс тоже убивал людей: непригодной для дыхания призрачной атмосферой, голодом, жаждой, холодом и враждебностью. Но в пустынях его, в многовековых кочующих лесах, на ледяных плоскогорьях и, в особенности, в могучих и ясных марсианских умах, слившихся с человеческим разумом, чтобы расширить знание, жила необъяснимая, неземная красота.

Тогда меня страшно мучила ностальгия. Сейчас, когда я думаю об этом, я понимаю, что мне просто не хватало зеленой травы, деревьев, солнца, ласкающего обнаженную кожу, ветерка, проносящегося над озером, бабьего лета, снега, людей — вот, что главное, — людей, которых я знал с детства, людей, населяющих этот прекрасный мир. Но то, что я увидел, — это не Земля. О, Разделяющий Надежды, забери меня назад, к себе, на Марс…

Такси висело над темным кругом, пока водитель связывался с кем-то по фону. Дает знать своим, что это именно он? Ходили слухи, что у самых могущественных главарей в подобных местах были средства, позволяющие сбивать непрошеных гостей. Коскинен не знал, правда это или нет. Вообще у обитателей верхних уровней почти не было информации о Кратерах. Коскинен знал только, что в эпицентрах взрывов остаточная радиоактивность не позволяла восстанавливать постройки. Потом радиоактивность уменьшилась, и самые бедные элементы общества перебирались все ближе к подобным местам, земля там была или очень дешевой или вообще бесплатной. Самые отчаянные жили прямо в кратерах, периодически выползая собирать дань с жителей наземных уровней. Они держали под контролем целые города. Полиция, у которой и без того было достаточно забот, редко вмешивалась в их дела, если только не случалось что-то совсем уж из ряда выходящее, а чаще всего не встревала и в серьезных случаях. Любая видимость порядка лучше его полного отсутствия, а бароны кратеров создавали хоть какое-то подобие социальной организации в трущобах.

Наконец, водитель отключил фон. На пульте заморгал радиомаяк, и такси пошло вниз. Машина мягко коснулась земли, и вокруг нее сразу возникли несколько смутных теней. Водитель выбрался из кабины, что-то сказал, и тени, открыв дверцу, вытащили Коскинена наружу.

Он огляделся. Они находились на неширокой бетонной площадке, расположенной на полпути от дна кратера до его края. Площадка являлась крышей какого-то строения. Склоны кратера были погружены в темноту, лишь кое-где отблескивали остекленевшие от атомного жара обломки. Еще дальше, на самом краю, на фоне красноватого сияния вырисовывались силуэты сторожевых вышек. Фонарь, который держал в руке один из встречающих, освещал полдюжины мрачных типов в касках и кожаных куртках, направивших пистолеты на чужака. Двое подняли Коскинена и куда-то его потащили, остальные — в том числе, громила и водитель — двинулись следом. Отгонять такси послали кого-то другого.

Коскинен неподвижно лежал в своем коконе. Тело ломило от усталости. Его протащили сквозь двери на первом этаже, потом по крутому спуску внесли в обшитый пластиком туннель, освещенный флуоресцентными лампами. Там стояла тележка, на которую вся компания, погрузив Коскинена, залезла сама. Тележка быстро покатилась вниз. Через некоторое время они попали в более широкий туннель, наверное, участок подземки, уцелевший во время взрыва и слегка переоборудованный. Должно быть, у них здесь собственная система энергоснабжения, подумал Коскинен, вентиляция, отопление, запасы пищи и оружия; они вполне могут пересидеть тут долгую осаду. Мимо проезжали другие тележки, люди на них — в основном, рабочие — почтительно склоняли головы при виде воинов. Тележка проскочила стальные ворота, по обе стороны которых располагались встроенные в стены пулеметные гнезда и, наконец, остановилась перед укрепленным пунктом. Отсюда вся группа пешком направилась в боковой туннель.

Коскинен очень удивился, когда они вошли в зал с зеркальным полом, оформленный с еще большей элегантностью, чем номер в отеле «Фон Браун». Через открытую дверь в другом конце виднелось следующее помещение, обставленное роскошно и с завидным вкусом. Наконец, миновав не такие великолепные, но полностью оборудованные жилые комнаты, просторные мастерские, дверь с надписью «Электроника» и массивные двойные ворота, они оказались в выложенном бетонными блоками боксе. Тут Коскинена опустили на пол.

Питер поднялся на ноги. Это требовало определенного умения — нужно было осторожно перемещать центр тяжести до тех пор, пока упругий силовой кокон не встанет на широкое плоское «основание». Оглядевшись, он увидел, что охрана расположилась вдоль стен, все пистолеты были направлены на него. На рабочем столе светились шкалы приборов, тут же стоял фон и экран монитора. Наверное, здесь они испытывают то, что считают опасным, решил Коскинен.

Ждали, казалось, очень долго, но вот, наконец, снова открылась внутренняя дверь, и в помещение вошли двое. Охранники вытянулись у стен. Понимая важность момента, Коскинен постарался справиться с волнением и внимательно присмотрелся к вошедшим.

Мужчина был довольно крупным, средних лет, человеком с приличным животиком и небольшой лысиной. На розовом пухлом лице выделялись только картофелина носа и прорезь рта, бровей не было вовсе. Но передвигался он с легкостью, которая предполагала наличие тренированных мышц. Одет он был в пышное одеяние из переливающейся синей ткани, на пальцах сверкали перстни. Пистолет на бедре выглядел довольно потертым. От частого пользования?

Девушка на вид была симпатичной — высокая, с прекрасной фигурой и гибкой походкой. Не старше тридцати, решил Коскинен. Иссиня-черные волосы спадали ей на плечи; лицо было довольно широким — с блестящими карими глазами, широким носом, полными, сердито изогнутыми губами. Кожа у нее была цвета кофе с молоком, рядом с ней остальные выглядели просто какими-то бледными немочами. Эффект усиливал еще и белый лабораторный халат, который она накинула поверх дорогого красного платья.

Это босс, собственной персоной, понял вдруг Коскинен, и мурашки побежали у него по коже. Как они его тут называют? Зиггер?

Босс медленно обошел вокруг кокона и ощупал границы поля. Сделав знак своим подручным отойти в сторону, чтобы их не задело рикошетом, он несколько раз выстрелил в Коскинена. Но пули аккуратно падали на пол. Облокотясь на стол, девушка наблюдала за происходящим. Наконец, она взяла блокнот, что-то написала и поднесла листок к лицу Коскинена.

Красивый почерк, отметил Питер с удивлением. Надпись гласила: «Нам нужна эта штука. Хотите ее продать?»

Он отчаянно замотал головой.

— Отпустите меня!

Девушка нахмурилась и написала: «Объясняйтесь жестами. Используйте азбуку глухонемых». И она показала ему на пальцах несколько букв.

Глухонемые?.. Да, конечно, тем, кто не может себе позволить купить нейропротезы, остается только объясняться знаками. Коскинен неуклюже изобразил: «Вам меня не достать, а меня уже ищет полиция. Лучше отпустите меня».

Девушка сказала что-то Зиггеру, и Зиггер откровенно изумился. Но тем не менее, он ей поверил, раз почти сразу отдал приказ охране покинуть помещение. Девушка снова написала Коскинену: «Очевидно, у вас имеется аппарат для очистки воздуха, но других припасов у вас нет. Мы не дадим вам выйти до тех пор, пока вы не начнете умирать от голода. Так что лучше выходите сами и давайте поговорим. Зиггер иногда держит слово — когда это ему выгодно». Тут она кокетливо улыбнулась боссу, который читал написанное через ее плечо. Тот побагровел, но ничего не сказал. «Однако лучше с ним не ссориться».

9
{"b":"1542","o":1}