ЛитМир - Электронная Библиотека

VOLVO

ее собеседника еще отсутствует. Выключив замок зажигания, Саша, на мгновения замерла, она опустила противосолнечный щиток и несколько секунд изучала себя в зеркало. Выглядело это не так, как рассматривает себя красотка, проверяя, все ли в порядке. Складывалось такое ощущение, что она пыталась себя запомнить. Потому, что понимала, что прежней уже не будет никогда. Вращающая дверь услужливо пропустила Сашу во внутрь ресторана. Саша решительным шагом направилась к столику у окна. Через несколько секунд метрдотель подвел Евгения Николаевича к ее столику. Он был, как всегда, галантен, выбрит и вымыт. Костюм от Brioni безупречно сидел на нем, в тон рубашки подобранный галстук, кейс. Все составляющие успеха. – Выглядишь на миллион. – Спасибо, – ответила Саша, потупив глазки. – Чем вызвана такая спешка? – усмехнувшись, спросил Евгений Николаевич. – Просто захотелось тебя увидеть, - ответила Саша. – Да? – его улыбка стала еще шире. Саше, вдруг, стало понятно, что ее собеседнику все ясно. Как там в шахматах? «Белые начинают и выигрывают?». Ей захотелось на свежий воздух. – И насколько сильно ты соскучилась? Вместо ответа Саша прикурила сигарету. – Закажем, что-нибудь? – Я не голодна, – ответила Саша. – А я закажу себе что-нибудь. За ужином Евгений Николаевич засыпал Александру рассказами, о своих знакомых, делился впечатлениями от командировок, хвастался новой мебелью в спальню. – И всего – то, представляешь, 275 тыс.! Вот это «ответ кризису». Такую скидку сделали! Молодцы! Когда дело подошло к десерту, Сашин собеседник пристально посмотрел в ее глаза и спросил: «Так ты мне озвучишь, наконец, причину нашей встречи?» Саша вдохнула воздуха в грудь и в вкратце обрисовала положение дел в ее компании. – Это все, что у меня есть, – голос ее предательски дрожал. – Все? У тебя же есть дом!– рассмеялся Евгений Николаевич. Казалось, Сашино сердце перестало биться. – Евг… Женя! У тебя же есть деньги! Помоги! Дом – это не просто бревна. Это… это…, – от количества чувств, Саша не могла говорить. – Деньги есть, помочь могу. Закладная в банк, 6% в месяц, а иначе извини. Сроки займа оговорим потом, если ты согласишься. Евгений Николаевич молча, смотрел на Сашину агонию. Потом жестом подозвал официанта. Саша курила сигарету за сигаретой, безучастно глядя в окно. Когда он встал, она заглянула в его глаза. В них не было ничего, кроме торжества. Он наклонился к ней и, почти, на ухо ей сказал: «Когда-то ты могла иметь все. Но ты думала, что тебе принадлежит весь мир. Запомни одно, вы, бабы, всегда будете зависеть от нас. Это мир принадлежит мужчинам! Думай. Срок тебе – неделю». И он ушел. Саша докурила сигарету. Встала. По каким-то неведомым ей рефлексам, оделась, дала чаевые гардеробщику. Спустилась к своей машине. Достала телефон, набрала номер Олега, стараясь предать своему голосу бодрость. – Не дрейфь, деньги будут! – Сашка, а как… Она не стала дослушивать, повесив трубку. Олег, молча, смотрел на телефон. Перезванивать он не стал. Она щелчком выкинула сигарету. Мельком взглянув на спидометр, резко сбавила скорость. «Не хватало еще на права прилипнуть», – подумала она. В ее красивых глазах отражалась вся вселенская тоска. Мысли текли по поверхности не на чем конкретно не задерживаясь…. Она снова потянулась за сигаретой. В тысячу пятьдесят первый раз пообещала себе, что это последняя. «Chao, bambino, sorry», раздавалось из динамиков. Она сделала погромче. Ретро музыка – хорошая радиостанция. Не напрягает. А сейчас ей, как никогда, нужно было сосредоточиться. Как же так получилось, что вся ее жизнь вышла из под контроля? Подъезжая к дому, Саша поняла, что Леши еще не было. Впервые в жизни она этому обрадовалась. Ей надо было собраться с мыслями. Обсудить с ним эту ситуацию, попросить его, на время, найти им съемное жилье. Саша вошла в дом, ей показался он живым, и она слышала вздохи сочувствия. Она не стала включать общий свет, ей казалось, он прольет всю жестокую и безапелляционную ясность на ее положение. А ей нужен был перерыв. Чуть-чуть подышать. Потом она обязательно придумает, что делать. Она включила ночник. По привычке, набрала Лешкин номер. Он не ответил. «Занят, наверное», – подумала она. Саша не спеша набрала себе ванну, легла, стараясь расслабиться. «Ничего», – говорила она себе, «проиграть битву, еще не проиграть войну. Это все не случайно, как учили ее, по книгам, великие оптимисты». Саша вылезла из пены, схватила помаду Dior и, в отчаянии, написала на зеркале «улыбнись». Потом залезла обратно и тщетно пыталась вспомнить это движение губ. Вода в ванной стала холодной. Саша встала, накинула халат, включила чайник. Долго выбирала сорт чая, в поисках названия «Мышиный яд», или «Цианистый калий», но остановилась на зеленом с мелиссой. Саша бродила по дому, прикидывая, сколько коробок надо найти, и сколько машин заказывать, чтобы перетащить все это добро. В гостиной она заметила синенький, мигающий огонек ноутбука. «Ну, сколько раз просила его выключать компьютер», – в сердцах подумала Саша. Ее любимый Apple спал, но узнав хозяйку, открыл глаза. Комната осветилась светом от монитора. Саша сначала хотела захлопнуть крышку, но что-то ее остановило. Она стала читать. Видимо, Леша так спешил, что не удалил последние сообщения. «Ты приедешь или ты сегодня ТАМ?» «Конечно, приеду. Ты же знаешь, как я по тебе скучаю». «Жду». Три фразы. Несколько слов. Искалеченная жизнь. Саша так и стояла, босиком, в халате, с мокрыми волосами и чашкой чая в руке. Она застыла в бездвижном положении и начала раскачиваться взад и вперед, голова ее упала на грудь, глаза, цвета свежей листвы, потускнели, и приобрели, цвет осени. Очнулась она от того, что рука, державшая кружку, затекла нещадно. Она с силой швырнула чашку об стену. Собравшись с силами, она подошла к раковине, ополоснуть лицо холодной водой. Она не знала, сколько прошло времени, там, около стола, наверное, лет десять, потому, что подняв глаза к зеркалу, она увидела всю туже Сашу, только постаревшую на много-много лет. Схватив первые попавшиеся джинсы и заправив в них халат – она выбежала на улицу. Но куда бежать? Безумными от боли глазами, она рыскала по двору. Собаки с радостным визгом крутились вокруг нее. Взгляд ее остановился на машине. Саша вскочила в автомобиль и рванула с места. Леша влетел к Жанне с тремя розами. «Надо бы и Сашке подарить, а то она у меня какая-то… обделенная»,- подумал он и сразу же забыл. Ибо Жаннет, так она просила его, ее называть, встречала его во всей красе. Комбинация, шампанское, горячая ванна. «Вот бы и Сашка также, а то вечно, со своими переговорами!», опять подумал Леша. Что-то царапало его душу. Ему хотелось позвонить ей, спросить, как у нее дела. Но он не мог этого сделать. Не отсюда. Он подошел и обнял ее. – Как ты, малыш? Я так скучал без тебя! – Я тоже… И Леша, целуя, и ловко маневрируя, повел Жанну к кровати. Саша неслась по трассе, не замечая ни проливного дождя, ни раздраженного «фа-фа» водителей. Она не плакала. Она выла. Выла, как воют животные, попавшие в капкан от страшного шока и непонимания. Капкан под названием «измена любимого человека» стальными зубьями захлопнулся на ее сердце. Она была уверенна, что если ей сейчас сделать вскрытие, ее сердце, словно яблоко, будет разломано на две половинки. Ей хотелось ударить кого-нибудь, что бы кому-нибудь было также больно как и ей. Саше хотелось кричать: «Я умираю! Кто-нибудь, ну, хоть кто-нибудь помогите мне!!!». Слезы, наконец, прорвав плотину, потоком полились из ее глаз. Она с тоской провожала столбы, стоящие вдоль дороги, «А вдруг, наверняка, не получится?», подумала она. Телефонный звонок, прозвучал где-то из глубины Сашиного сознания. Она посмотрела на табло. Там высветилось «Любимый». Она сняла телефон, поражаюсь своему спокойному голосу. – Ну и где ты болтаешься? – Леша изображал из себя «правильного» мужа, с праведным гневом. – Леша, – Сашин голос звучал устало и спокойно – я все знаю. – Что «все»??? Что за бред ты несешь? Саша повесила трубку. Леша перезвонил еще раз, Саша не сняла. Пришло sms «Сними телефон! Давай поговорим!». На приборной доске настойчиво мигала лампочка, указывая, что не мешало бы заправиться. Заприметив заправку, Саша свернула туда. Телефон непрерывно звонил. Когда она вошла на заправку наступила «мхатовская пауза». Сначала, Саша не поняла, в чем дело, и только посмотрев на своё отражение в витрине, она поняла, почему вызвала такой живой интерес почтенной публики. Мокрыми волосами, лицом, похожим на боксерскую грушу от слез, джинсы, в которые был заправлен халат, одна пола которого никак не хотела там оставаться и, на все уговоры и попытки Саши, утрамбовать ее в штаны гордо отвечала «отказом», и домашними тапочками, одетыми на босую ногу – Саша представляла собой незабываемое, фантасмагорическое зрелище. Но делать было нечего и Саша, гордо вскинув голову, продефилировала к кассе. Сзади нее «пристроился» синеглазый брюнет, который, прикрывая рот, ладошкой давился от кашля, так, во всяком случае, надеялась Саша. То, что этот красавчик умирает от смеха, делало ее жизнь еще несчастней. Вдобавок ко всему, Саша перевела свой телефон на «вибровызов» и поэтому, раз в сотую долю секунды она начинала вибрировать, как эпилептический больной. Заняв очередь, она молила бога, чтобы продавщица обслуживала быстрее. Но та, видимо, пребывая, в состоянии шока работала, как черепаха. Саша буравила ее взглядом, давала ей мысленный команды, но все это было тщетно. Та не могла глаз оторвать от девушки. «Ты меня еще на телефон сфотографируй, дура!», подумала Саша. Когда, наконец, подошла ее очередь, она поняла, что не взяла с собой сумки, а соответственно, и кошелька. Она перерыла все карманы, но ничего похожего на денежные знаки не нашла. Саша замешкалась. – Платить будете? Саше снова захотелось плакать. – А натурой можно? – пропищала Саша, еле сдерживая слезы. – Я заплачу за нее, – раздался сзади потрясающий, мягкий, бархатный баритон. Саша, прошептала «спасибо», и, не поднимая головы, вышла с заправки. В дверях, она обернулась. Незнакомец, смотрел ей вслед. Она, молча, вытащила свой Arte, и неотрывно, глядя ему в глаза, выкинула телефон в мусорное ведро. «Какое знакомое лицо!», – подумала она, – «где я могла его видеть?» Саша села в машину, но не двинулась с места. Она неотрывно смотрела в пустоту. Дорожной разметкой летели события их, с Лешей, совместной жизни. В окно ее машины кто-то постучался. Это был тот незнакомец, с заправки. – Сигарету? Саша вышла из машины. Они закурили. Саша думала о своем, незнакомец, с интересом, наблюдал за ней. Наконец, он решил нарушить молчание. – Простите, у вас умер кто-то? Задумавшись, Саша ответила: – Да. – Примите мои соболезнования. Кто? – Я. Пауза. – Вам есть куда ехать? – Есть. Поеду к другу. Она думала о Грише. Не всю же жизнь ей выступать его жилеткой в его любовных делах. Теперь его черед. Тут Саша начала понимать, что выкинула, не только телефон, но и все номера. Ее охватил ужас. Ей оставался один вариант, вернуться и начать рыться в мусорном ведре, в поисках мобильника. Этого ее психика сегодня уже не переживет. Брюнет, словно прочитав ее мысли, спросил: «Номер помните?». Саша отрицательно покачала головой. – Давайте сделаем так. Мы сейчас поедем в отель, – Саша почувствовала, как ее холка стала пониматься дыбом, – не подумайте ничего такого. Я заплачу за номер. Вы переночуете. А утром все решите. Я в этом уверен. Едьте за моей машиной. – А можно через аптеку и магазин? Простите за наглость. Я вам все верну. Он улыбнулся. Они заехали в аптеку и магазин. Александр, так звали того, спасителя, устроил ее в неплохой гостинице на Обводном канале. Она просила дать координаты, куда переслать деньги. Он только рассмеялся. Она пошла к входу гостиницы и так же как тогда, на заправке, обернулась. Он так же как когда, смотрел ей вслед. Саша вошла в номер. Села в кресло. Болевой шок не отпускал. Воображение, которое так ценилось у нее на работе, сейчас играло с ней злую шутку. Потом, благодаря снотворному, коньку и горячей ванне она уснула. В офисе царил хаос и паника. Олег не находил себе места. Саша никогда не опаздывала, а если такое случалось, она всегда предупреждала. Сашины подруги, обрывали все телефоны, включая факсы с надписью «Позвони мне на мобильник!!!». Леша звонил несколько раз. Олег, рискуя должностью, спросил, не случилось ли у них чего. На что Алексей Николаевич ответил, что сам не понимает, где она может пропадать. Что-то в интонации собеседника не понравилось Сашиному помощнику. Леша никогда не нравился Олегу. Он считал, что Сашка достойна намного большего и лучшего. Но всегда держал язык за зубами. Когда в триста пятьдесят шестой раз позвонила Наташа, Олег высказал ей свои предположения. Она, молча, выслушала его. Потом сказала: «Собери девчонок.… Где-нибудь в неброском месте. Часа в три. Записки от мамы и папы не принимаются. Чтобы были все. Да, Олег, и найди Гришу». Выслушав лучшую подругу своего босса, Олег, в очередной раз испытал облегчение, что кто-то решает все за него, а он только выполняет указания. И он – по военному, ответил: «Сделаю». Местом дислокации назначали «Шоколадницу» на Владимирском. Встретить там кого-нибудь из знакомых – вероятность равная нулю. К всеобщему удивлению, никто не опоздал. С чего начинать розыск пропавшего без вести человека не знал никто. – А если она не хочет, чтобы ее нашли? – сказала Ольга. – Леше она весточку с того света бы отправила. Ты что, Сашку не знаешь? Эта же корова упрямая. Рога в землю воткнет – хрен сдвинешь, – парировала Наташа. – Давайте попьем кофейку. Поступит глюкоза в мозг, может и работать начнет, – сказала Яна, роясь в сумочке. – Кто? – спросил Олег – Мозг, у кого он анатомически предусмотрен, – ответила Яна. Друзья сели изучать меню, Яна изучала содержимое своей сумки. Наконец, с победоносным воплем, она достала нечто, и стала, активно, жестикулировать официантке. Та, увидев, сигналы подаваемые Яной, не замедлила явиться. Яна торжественно оглядела присутствующих. – Сегодня угощаю я! Смотрите, что у меня есть! Экономика должна быть экономной. Выбирайте! И Яна продемонстрировала флаер «1+1». – Это, что? – спросил Гриша Ответить Яне не дала официантка заявлением: «Мы такие не принимаем». Яна медленно развернулась к официантке, пробуравила ее взглядом, и также медленно, чеканя слова, спросила: – Какие это? Такие? На них что, печати нет? – Вам, наверное, выдали в другом заведении. У нас другие. – Янка, да брось ты, что мы себе кофе не купим? – выступила Ольга. – Купить-то мы купим. Но какого хрена я это дерьмо две недели собирала? – насупилась Яна.  Все сделали заказ. Яна долго сидела, изучая флаер, а потом изрекла: «Флаер -то говно – никакого гламура». Когда все насытились антихалявным капучино, Олег изложил свою версию, что, дескать, Леша – это «слабое звено». Надо просто поехать и его «допросить». – Как это «допросить»? - спросила Ольга – Ну.… Поговорить по-мужски, что ли. По – мужски, поехали разговаривать Яна и Гриша. Ольга с Наташей следовали за ними на лексусе Ольги. Олег поехал в офис, на случай, если Саша все-таки объявится. Армия спасения медленно, картежом, двинулась к Сашкиному дому. Яна нажала на кнопку звонка. – Сашка, ты? – услышала она Лешин голос – Это МЫ, Леша, открывай, – металлическим голосом ответила Яна. Дверь калитки скрипнула и высунулась морда Геры. Признав своих, он завилял, тем, что он называл хвостом. А попросту говоря, танцевал задней частью своего туловища ламбаду. Яна, потрепав пса, направилась к дому. Гриша, старался от Яны не отставать, ибо не настолько верил в собачью память. Пробираясь, к дому, Яна формулировала, как бы помягче начать разговор. Ничего на ум ей не шло, поэтому она спросила просто: – Какого хрена ты сделал с Сашкой? – Ничего я с ней не делал! Сам не знаю, где она. В койке какой-нибудь нежится, а вы тут сыр-бор развели. Яна, впервые в жизни, пожалела, что она не Джеки Чан, какой-нибудь там, разделала бы его сейчас под орех. Они прошли в дом. – В койке говоришь? Да она тебя боготворила! Что ты мелешь? Где она? Что произошло? – Ты мне еще лампу в глаза направь и спроси на кого я работаю! – орал Леша. – Леха, да ты пойми, Сашки сутки почти нет! На этой фразе Леша как то сник. Только сейчас ребята заметили, что выглядел он так, что всю ночь глаз не сомкнул. – Она уехала. Вчера. Куда – не знаю. У меня была там…. Интрижка. Она узнала. Я звонил, но телефон не отвечал. На этих словах Яна тихо сползла на стул. Гриша стал активно звонить кому-то по телефону. – Михаил Львович, очень надо. Вы же знаете, была бы ситуация проще, я бы не позвонил.... Больницы, морги, аварии, короче все…. Ясно…. Спасибо.… Да и еще, просьба, личная, родителям не звоните. Мы сами…. Если что…. Потом наступила тишина, тока возня собак отвлекала от мрачных мыслей. Саша проснулась в незнакомом месте, с трудом восстанавливая в памяти события вчерашнего вечера. Она хотела подняться, но не смогла. Пластинкой в голове крутилось «Почему? За что? Почему именно сейчас?». Она свернулась в позу зародыша, пытаясь унять боль. Измученная новым приступом, она снова уснула. Ей снилось, что она находится в своем доме, а Леша, тихонечко, чтобы ее не разбудить, как он это делал тысячу раз, ложился к ней, прижимая ее к себе. Она просыпалась, осознавала, что его в ее жизни больше нет, и снова проваливалась в забытье. Ее память работала, как хорошо отлаженный механизм. Она помнила все, до мелочей. Жалюзи в номере были закрыты. Она не знала, сколько времени находится тут. Лежа с открытыми глазами – глядя в пространство, она вспоминала начало их отношений. Ссоры, примирения, прогулки, праздники, бесконечные хождения по врачам, утренние «тесты», вечерние тесты» на овуляцию…. Они смеялись, плакали, кричали, хлопали дверью, возвращались, он выслушивал ее монологи, она выслушивала его мечты, он дарил ей цветы, она подарила ему сердце. Она уже не понимала, где сон, где явь. Лешин силуэт – как иллюзия, то убаюкивал ее, то оправдывался, то клялся в вечной любви… Она разрыдалась, потому что еще минуту назад, в полубессознательном состоянии, пока Саша не открыла глаза, ее иллюзии казались ей правдой. Время – коварная штука, когда твоя жизнь разлетается вдребезги, перестаешь понимать и осознавать ход часов. Иногда тебе кажется, что прошла минута, а иногда год. Она не знала, сколько сейчас времени, какое сегодня число, сколько прошло времени с «того» момента. Она тихо умирала. Точнее тихо умирало ее сердце. Тем самым временем, весь Санкт – Петербург искал Александру Гальянову. Подключены были все: знакомые и знакомые – знакомых. Штаб расположился в Сашкином доме. Леша предпочел уехать, ибо выносить полный игнор он уже не мог, казалось, даже Сашины собаки перестали его замечать. «К крале своей поехал», не смогла не съязвить Яна. Ребята сидели на телефонах, обзванивая партнеров, конкурентов, салоны красоты, магазины, подруг. Тишина. – Как в воду канула, – сказала Ольга. Все замолчали и взглянули на нее. В воздухе повисла минутная тишина, а потом все с удвоенными усилиями начали обзвон по-новому. – Где? – вдруг заорала Ольга. Все замерли. Ольга, молча, слушала говорившего. Повесив трубку, она выдохнула и сказала: «Слава Богу, у Сашки приметная машина. Она стоит на Обводном канале», – увидев, что глаза Олега округлились до нечеловеческих размеров, она добавила: «Там гостиница какая-то есть». Все, как по команде, сели в свои машины и поехали по указанному адресу. Ольга, высунув язык, пыталась запарковать свой Лексус, в дырку, в которую не поместился бы и Матиз. Но бабы – народ упрямый. Наташа сидела рядом и тихо потела. Вперед – назад – вперед – назад. Вдруг, раздался характерный скрежет. – Что, уже? - спросила Ольга. – Уже, – ответила Наташа, – только вот интересно, в ландшафт или во врага? Подруги вылезли из машины. Оказалось, что Ольга задела оранжевый конус, означающий в России «машины не ставить». Тут же, как черт из табакерки, выскочил охранник, и начал активно объяснять, что машины здесь парковать нельзя. Наташа начала ему объяснять, что в этой гостинице остановилась их подруга, а мест для парковки больше нет. Он уперся, как баран. Ровно через пять минут, следом подлетела Яна. Не спрашивая, и не рассуждая, она снесла своим Мерседесом все конуса. Вышла из машины и прямиком направилась к входу. – Девушка! Машину уберите! – Перебьетесь! – не оборачиваясь, ответила Яна. – Мы за нее ответственности нести не будет, – с явным намеком, нагло ухмыляясь, крикнул вслед молодой – борзой – не ученный. Яна, как в замедленной съемке, медленно развернулась к охраннику. Увидев ее лицо, он даже попятился. Он же не знал, какой у подруги опыт «укрощения строптивых». – Вы – то может, и не несете. За то ты, – и Яна ткнула в него своим наманикюренными пальчиком, – за эту машину головой отвечаешь. И она гордо вплыла в фае отеля. Девчонки двинулись за ней. Минут через десять подтянулись «Чип и Дейл» в виде Гриши и Олега. Ребята, долго не думали, поставили машину вторым рядом, включили аварийку и бегом побежали вовнутрь, где Яна уже буквально за грудки трясла администратора, с криком: «Как это не даете информацию о гостях?» Гриша подошел, ласково отодвинул Яну в сторону. Затем нагнулся к администратору, что-то прошептал ему на ушко. Затем протянул пятисотку и получил не только номер, куда привезли ночью странную девушку, но и запасной ключ. Лифта никто ждать не стал. Ребята бегом побежали по лестнице. У каждого гвоздем сидела одна и та же мысль: «Не опоздать». Саша слышала, как открывается дверь. Но это ее не испугало и не насторожило. Затем, чьи-то руки подняли ее и понесли. Она открыла глаза, увидела лица своих друзей, подумала, что это очередной фокус ее воспаленного сознания и снова закрыла глаза. – Сколько она выпила? – сквозь сон, слышала она Янин вопрос. – Врача? – спросила Наташа. – Домой. Там решим, – ответил Гриша – снотворное, спиртное, этот ушлепок еще….. Саша понимала, что ее куда-то несут. Потом она поняла, что куда-то едет. Но все ее попытки отреагировать, включить хоть одно из пяти чувств заканчивались провалом. Леша приехал к Жанне. Она почувствовала, что что-то случилось, но, как мудрая женщина, расспрашивать не стала. Испробовав все известные ей способы, она так и не смогла в этот день добиться от Алексея ничего. Он прибывал в состоянии шока. Когда он залезал под юбки, он никогда не задавал себе вопроса: «А что будет, если об этом узнает Сашка?». Просто априори об этом не думал. Сейчас он просто не знал, что со всем этим ворохом дерьма делать. Ему было удобно с Сашкой, она заботилась о нем, любила. Он знал это. Чувствовал. Ему было лестно, что она с ним. Значит и он чего-то стоит, раз такая женщина рядом. И он всегда проявлял заботу и понимание, как ему казалось. Что же произошло? Где они ошиблись? Где просчитались? В последнее время, они часто ссорились. Он никак не мог понять, что ее не устраивает? – Во мне сегодня что-то не так? – спросила Жанна. – У меня голова болит – ответил он. – Голова болит? – засмеялась она истеричным смехом и опять занялась его молнией. Он жестко откинул ее руку. – Я поеду. – Я думала, мы вместе получим удовольствие? – Получали. Леша встал, застегнул штаны. – Я позвоню тебе, – сказал он и, не прощаясь, вышел, хлопнув дверью. Саша открыла глаза. Она была в своей спальне. В ногах лежал Гера, рядом пристроился Забияка. «Это был сон», - пронеслось у нее в голове, но тут она услышала приглушенные голоса подруг на кухне. Резкая боль пронзила все ее существо. Вчерашний день вспомнился со всеми его омерзительными подробностями. Она повернулась на бок, подушки еще сохранили его запах. Все осталось по-прежнему, только его не было рядом. Слезы снова потекли, сердце сжалось до размера грецкого ореха. Саша заставила себя встать с постели. Завернувшись в простыню, словно в сагу, она, босыми ногами прошлепала на кухню. Войдя, она остановилась в дверях. Подруги замолчали. Олег, впервые, увидев Сашу в таком виде, растерялся. Гриша, готов был расплакаться от жалости. – Где он? – Ребята отвезли его вещи к нему домой, – сказала Яна, – ты сама об этом просила. Помнишь? Хоть что-нибудь? Саша стояла, молча, облокотившись на косяк. Ноги ее не держали. – Вымойте полы, девочки. И не говоря больше не слова, она вернулась в постель. Обняла собак и беззвучно заплакала.  Всю следующую неделю Саша занималась поиском квартиры в городе и оформлением закладных на дом. Наконец, агентство нашло приличную квартиру, с хозяевами, которые также любили собак, как и Сашка. Сбор вещей занял ровно сутки. Переезд еще день. Глядя, как грузчики утрамбовывают коробки с ее вещами, Саша отчетливо понимала, что эта глава ее жизни закончилась. Коробку с надписью «Лешины вещи», Саша просила загрузить последней, чтобы попросить Олега, сразу же отвезти ее. Яна предлагала все сжечь, и станцевать голыми вокруг костра, но Саша это предложение мягко отклонила. Обосноваться на новом месте оказалось гораздо сложнее. – Ну, как, подруга? Обосновалась? – Кошмар со всеми удобствами, Натуль, – ответила Саша. – Девочки тут встретиться хотят. Ты это… если хочешь – присоединяйся. Саша задумалась. Все эти дни ее маршрут состоял: офис – дом – дом – офис. Ей было неуютно среди людей. В своей скорлупке, она чувствовала себя намного комфортнее. – Я подъеду, – удивив себя, ответила Саша. – Вот и славно, до встречи. Саша сидела и смотрела на телефон. Леша, после того, как ему Олег отвез вещи, ни разу не позвонил. Вот так все и заканчивается, отношения, дружба, любовь. И, кажется, что все, что было – травой поросло. Не тут то было. Вдруг, ты слышишь, знакомый мотив, и за несколько минут, пока играет песня, ты переносишься в то время, когда ты была счастлива, строила надежды и планы. Ты была другая. Но сердце-то этого не знает. Знает только разум. Но в эти моменты он замолкает, ибо говорит душа. С каждым днем звонков становилось все меньше и меньше. Многие люди просто исчезли из ее жизни. И Саша, с сожалением, смотрела им в спины, ибо запомнит она их совсем другими. Запомнит она их «человеками». Сашка открыла записную книжку и начала вырывать страницы с номерами телефонов, адресами, паролями, явками, и сжигать их в пепельнице. Забияка и Гера недовольно морщили морды. «Потерпите», сказала им Саша, потрепав по холке. Слово свое Евгений Николаевич сдержал. Она дал Саше сумму под ее дом, превышающую его реальную стоимость ровно в два раза. И не под шесть с половиной процентов в месяц, а под полтора. Когда Саша прочитала договор, она удивленно подняла на него глаза. – Давай без сентиментальностей, – сказал он тогда, – сентиментальность для меня – не позволительная роскошь, как ты сама заметила. Просто если бы ты отказалась, я бы подумал, что сильно ошибался в тебе. Но ты не сдалась. Ты это заслужила. Поверь мне. Но если ты захочешь еще раз надеть для меня чулки – я всегда готов, ты, же знаешь, – напоследок сказал он, – только пусть это будет твое желание, а не покупка-продажа. Конечно, это не решило проблему заказов, но дало «Подсолнухам» небольшую передышку. Сотрудники знали, какой ценой, их леди-босс сохранила им работу. Кто-то не верил, кто-то не понимал. Но чувствовали все одно – они не могут подвести эту девочку. Закончив работу, Саша поехала к подругам в «Skybar». Когда она приехала, девчонки уже попивали, кто чай, кто кофе. Увидев входящую Сашу, они активно замахали ей руками. – Ну, как ты, дружок, справляешься? – спросила Яна, нестандартно участливо. – Яна, девочки, я приехала вас увидеть, потому что соскучилась. Но прошу вас, не надо со мной обращаться, как будто я смертельно больна. – Ну, слава Богу! – выдохнула Ольга. – Как на работе? – спросила Наташа. – Нормально. Справляемся. А что будет дальше, слава Богу, решать не мне. – Хотела у тебя спросить, – Ольга подняла на Сашу глаза, – не страшно вот так все ставить на один номер? – Дело не в ставке, – Саша задумалась на какое-то время – меня не деньги волнуют. Меня волнует ощущение внутри живота, как будто бабочки летают, когда я сделку заключаю. Риск, дискомфорт, победа, удача, проигрыш, я бы все эти слова сделала бы синонимами. Именно эти слова дают нам что-то чувствовать. Понимать, что мы еще живем. – Животное не звонил? – Янка вошла в свой репертуар и решила сменить тему. – Нет, – ответила Саша. – Вот ведь сука какая! – Яна распалялась все больше и больше, – точно – животное! Живет по рефлексам, как собака Павлова. Только потрахаться и пожрать. А если не получается, то все обгадит! – Но ведь не все такие, – заметила Наташа. – Он просто не умеет любить. Ну не научили его в детстве – это не его вина, – тихо сказала Саша, глядя в никуда, – он просто «Fuker». Подруги недоуменно уставились на Сашку. Она засмеялась. Впервые за все это время. – У вас такие лица!! – хохоча, говорила она – у него на куртке лейбл был «Fuker». Я еще спросить у тебя, Яна, хотела, что это за марка такая. – Сам вышивал, наверное, – ответила Яна – девочки, я ненадолго. Мне скоро бежать. – Кто он? – улыбаясь, спросила Саша. – Потом расскажу – сглазить боюсь, – и Яна три раза плюнула через левое плечо. – Я тоже сегодня со своим, – сказала Ольга. Сашке стало немного тоскливо. – Ну, значит у нас сегодня дуэт, подруга, – сказала Наташа. Яна встала. – Поеду я. Пробки. Опаздывать не хочу. Не думай о нем. Это закончилось. Это даже не личность. У него, по жизни, только два выбора, между двумя бабами. Так, что…. Ты это.… Держись! Почему-то сегодня, это слово Сашу не взбесило. А как-то даже подбодрило. Девчонки разъехались по свиданиям. – Наташ, спросить у тебя хотела. А какая я была в детстве? – Для тебя не существовало слова «невозможно», – Наташа заулыбалась, вспоминая, – до сих пор понять не могу, что нас тогда связывало вообще. О чем всё это было? Почему завтра никогда не выглядело устрашающе (если не считать экзаменов)? Почему в пятнадцать – шестнадцать лет точно знаешь, как устроен мир и еще пробуешь объяснить это всем, кто минимально лет на десять старше? Почему все попытки заканчиваются успехом? А лезть во всякие тяжкие не только интересно, но без этого просто жить не представляется возможным. И все по боку, кроме дружбы (зачастую мифической), данных тобою или тебе обещаний и сумасшедших – космических идей, которые непременно должны осуществиться. Страха нет ни перед кем, ни перед чем, его просто никогда НЕТ. Потом провал в ощущениях лет, эдак, на семь – десять и … реалити. Вот теперь объясни, зачем тебе детство? Ты, Сашка, всегда отличалась умением преподнести, рассказать сложно о простом, просто о сложном и сделать это чувственно, красочно. И интересными становились самые обыденные истории. И самое главное, ты такой же и осталась. Подруги надолго замолчали. – Наташ, я тебе перевела половину суммы. Мне все равно много. Закрой кредиты. – С ума сошла! Я не возьму! – Возьмешь! У тебя малышка, – Саша стала серьезной – Давай без сентиментальностей, – добавила она, вспоминая слова Евгения Николаевича. Посидев еще часик, подруги разъехались. Саша села в машину, завела двигатель. Неожиданно для себя она позвонила Сергею. – Встретимся? – Можно. – В баре. На площади Труда. Буду через полчаса. – Договорились. Когда Саша вошла в кафе, перед Сережей стояло уже пять пустых рюмок из под текилы. – Не замечала раньше за тобой. – А раньше я не был безработным. Саша подавилась чаем. – Как так? – А вот так. Разогнали нас всех, к чертям собачим, дармоедов. Без выходного пособия. Не поверишь, узнал что такое «Пятерочка», «Лента», метро…. Вот так, Сашка, – Сергей горько усмехнулся – ну, а у тебя как? Бизнес идет? И Сашка во всех красках поведала Сергею свою историю. Без исключения. Всю. Уже второй раз за вечер, Саша сидела с близким человеком в абсолютной тишине и не чувствовала при этом дискомфорта. Наверное, так и проверяется настоящая близость, когда возникает пауза в разговоре и никто не чувствует неловкости. – Не понимаю, – произнесла Саша, – у тебя же столько связей! Столько друзей! – Тебе твои друзья помогли? Таких друзей на хрен и в музей. Ты интересен, только тогда, когда ты в цепочке, как только ты из нее выпадаешь – все – кабздец. – Тебе когда –то принадлежал весь этот город…. – произнесла Саша. – Мне дали шанс, я им не воспользовался. А ты, малышка, все сделала правильно. Она сидела и смотрела на Сергея. На его руки. На его губы. И в ее сердце закралось сожаление. Сожаление о страсти, которая не расцвела. Об отношениях, которым так и не суждено было вырасти во что-то стоящее. Что-то осталось в голове и в сердце, как неосуществившаяся надежда. Они поговорили еще немного. Сергей проводил ее до машины. – Заезжай, если что, – на прощание сказала Саша. – Тебе это зачем? – спросил Сергей. Они долго стояли и смотрели друг другу в глаза. Ветер трепал Сашины волосы. Она начала дрожать. Он подошел и обнял ее. Впервые, так, как она мечтала все эти годы, что была с ним. Она села в машину и рванула с места. В зеркало заднего вида, она видела, как Сергей, стоял и смотрел ей вслед. Потом поднял воротник куртки, прикурил сигарету и пошел. Она гнала машину так, как будто за ней была погоня. От кого она пыталась убежать? От себя? От прошлого? От мыслей ее отвлек телефон, который подавал сигналы с заднего сиденья, что пришло sms. «Кто бы это мог быть? В такое время?», – подумала Саша. Она, буквально на минуту, отвернулась, чтобы взять телефон и, вдруг, бац… Сашкина

9
{"b":"154201","o":1}