ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда наступила невесомость — стало чуть веселей. Все-таки каждый в душе хотя бы раз завидовал космонавтам, слушая их рассказы о потере собственного веса, наблюдая по телевизору, как кувыркаются в воздухе здоровенные дядьки...

— Ну что, Коля, вот и мы теперь космонавты! — обратился, наконец, Алексей к своему спутнику.

Колька, однако, не разделил его радости по такому неординарному поводу.

— Я домой хочу, — тихонько проскулил мальчишка. Глаза паренька начали наливаться слезами, которые в невесомости и не думали скатываться вниз, отчего Колька смешно заморгал, но тут вдруг какая-то мысль пришла в его голову, отчего мальчик дернулся в сторону Алексея и, если бы не ремни, вылетел бы из своего кресла.

— Дядя Леша! — горячо зашептал он. — А давайте полетим домой, на Землю!

У Алексея даже защипало в горле от этого наивного детского порыва. Он даже вынужден был прокашляться прежде чем ответить:

— Милый Коля! Да где ж она, Земля-то?

— Ну, она ведь тоже в космосе... — сказал Колька уже потухшим голосом, понимая, что сморозил глупость.

— Космос, Коля, большой! — вздохнул Алексей. — Он настолько большой, что мы себе этого даже представить не можем! И где, как далеко от Земли мы сейчас находимся — никому не известно! Вот если бы были видны звезды...

— И что тогда?! — сразу встрепенулся Колька.

— Тогда по рисунку созвездий можно хотя бы было определить — в нашей ли мы хотя бы части Галактики находимся! — ответил Алексей. — Если мы вообще в нашей Галактике... — добавил он тише, а затем еще тише: — И в нашей Вселенной...

— Но ведь на этом... на Вакле мы сможем посмотреть на звезды? — не унимался Колька.

— Надеюсь, что сможем.

— И вы сможете определить, где Земля?! — в голосе мальчика прозвенела такая надежда, что Алексей просто не смог ее разрушить грубыми словами правды и пробормотал:

— Посмотрим...

Колька заметно приободрился и начал весело щебетать. Он рассказывал Алексею о своей деревенской жизни, о друзьях-приятелях, о школе, рыбалке, еще о чем-то... Под журчание мальчишеского голоса Алексей стал задремывать. Вскоре утомился от своей безудержной говорильни и Колька — и тоже стал засыпать. Через минуту оба космонавта крепко спали и видели в своих снах одно и то же — Землю.

До Вакла было двое суток лету, поэтому уж чего-чего, а наговориться Алексей и Колька успели. Впрочем, кроме разговоров им и заняться было нечем. Кабина была настолько тесной, что даже отвязавшись от кресла, от него некуда было отлететь, так что, к великому Колькиному сожалению, покувыркаться в невесомости ему не удалось. Хотя и без этого было интересно наблюдать, как принимает форму шара вытряхнутая из фляги вода, удивляться тому, что не падают, а продолжают висеть выпущенные из руки предметы... Было бы еще интересней, если бы все это можно было потом рассказать друзьям, ребятам в школе! Вспоминая о доме, Колька вновь начинал грустить, впадая в состояние, из которого Алексей старался побыстрее вывести мальчика всевозможными веселыми историями и просто анекдотами.

Когда вновь появилась тяжесть, Колька сначала неожиданно чего испугался. Алексей же сразу понял, что это включился двигатель торможения — стало быть полет подходил к концу. По крайней мере — его первая часть! И тут с ужасающей отчетливостью Алексей понял, что каким бы ни оказался неведомый Вакл — на Рег он возвращаться не хочет. И не будет! Алексей решил, что, в случае чего, если условия на Вакле окажутся непригодными для жизни, он отправит назад одного Кольку, а сам останется. От принятого решения стало отчего-то очень легко и радостно на душе, хотя это в общем-то было приговором самому себе. Очередным приговором...

Однако рычание реактивного двигателя прекратилось. Это означало: космический корабль — уже возле поверхности планеты. Касание с грунтом было настолько плавным и мягким, что если бы не наступившая вдруг полная, звенящая тишина, момент приземления можно бы было и прозевать.

Алексей вылез из кресла и, стоя на четвереньках, принялся откручивать запор люка. Руки предательски задрожали — сработало подсознание: ведь если снаружи нет кислорода — жить им осталось от силы пару минут. Но первый же порыв воздуха, хлынувшего в открытый люк развеял все опасения: этим воздухом не только можно было дышать — дышать им было одно наслаждение!

Алексей высунул голову из люка и тут же зажмурился от слепящих лучей яркого солнца. А когда открыл глаза снова — вслед за ними разинул и рот: прямо перед его взором раскинулось изумрудно-зеленое поле с драгоценными искрами многочисленных цветов; за полем поднимал свои густые, удивительно полно насыщенные темной зеленью кроны лес; вдали возвышались синие-синие, с перламутровыми вершинами, горы, а над всей этой волшебной, неестественной красотой сочилось нарисованной голубизной высокое, чистое небо!

Вакл был родиной Илмы!

Глава 27

— Ну что, Николай, назад не хочешь? — спросил Алексей у восхищенного увиденным мальчишки после того, как тот вволю набегался по изумрудному полю, накувыркался в сочной траве, надышался восхитительно-пьянящим ароматом несказанно прекрасных цветов.

— Нет-нет! Дядя Леша, нет! — даже испугался Колька.

— Вот и я думаю, что не стоит нам туда возвращаться, — сказал Алексей. — Тем более, я был уже на этой планете...

— Вы были?! — ахнул мальчик. — Так значит, это планета, где живет девушка...

— Илма, — кивнул Алексей. — Я даже не знаю, какую долю процента выдала бы на этот случай теория вероятности — скорее всего что-то около нуля, только мы действительно здесь! Ну что, пойду-ка я положу в кресло камень.

— Какой камень? — не понял Колька.

Алексей рассказал мальчишке о своей договоренности с Михаилом Дмитриевичем. Колька подскочил и испуганно уставился на Алексея.

— Но... тогда мы не сможем полететь на Землю... — прошептал он, чуть не плача. — Вы же хотели посмотреть на звезды!

— Дорогой мой Коля, — обнял Алексей мальчика за плечи. — Я уже видел здесь звезды. Ничего, даже отдаленно напоминающее наши созвездия, здесь нет. Мы чудовищно далеки сейчас от Земли. Никакая ракета нам не поможет...

Колька не сдержался и зарыдал. Он плакал, не стесняясь, худые его плечики тряслись под темно-синим свитером, а слезы катились по щекам нескончаемым потоком. Колька даже не пытался их вытирать — руки его отрешенно висели вдоль тела, и только тонкие мальчишеские пальчики были сжаты в бессильные кулаки.

Алексей не стал мешать мальчику и дал ему выплакаться. Лишь когда Колька зашмыгал носом и поднял наконец-то все так и сжатые кулаки к глазам, чтобы вытереть слезы, он повторил:

— Никакая ракета, Коля, нам не поможет. И если бы мы оказались сейчас с тобой на какой-нибудь другой планете — о возвращении на Землю мы бы могли забыть навсегда. Но мы очутились не где-нибудь, а именно здесь, а значит — не все еще потеряно!

— Старый маг! — вспомнил Колька рассказ Алексея.

— По крайней мере, это шанс, — кивнул Алексей, а Колька с вновь возродившейся надеждой подпрыгнул высоко вверх и, вскинув руку, все еще сжатую в кулак, издал победный клич.

— А почему вы положили в кресло камень, а не сказали просто в камеру о том, что мы здесь остаемся? — спросил Колька Алексея, когда они начали свой путь в поисках Ауулаа — селения Илмы.

— Предосторожность, на всякий случай, — ответил Алексей, пожав при этом плечами. — Может, эти региняне подумают, что мы просто погибли и не решатся сразу лететь сюда... Хотя — они не дураки. Впрочем, не думаю, что мы представляем для них такую ценность, чтобы снаряжать за нами погоню. Но все равно, зачем просто так открывать перед ними наши карты? Так ведь?

Колька согласно кивнул.

День между тем клонился к вечеру, местное солнце коснулось уже своим краем линии горизонта. Поужинав безвкусным регинянским пайком, зато запив его вкуснейшей водой из ручья, усталые путники устроились на ночлег под могучим раскидистым деревом, напоминающим земной дуб. Колька уснул сразу, а вот в голове Алексея завертелись, отгоняя сон, сразу несколько мыслей.

37
{"b":"154213","o":1}