ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Отпадает, однозначно.

Хотят убить? Рассчитаться за Белфаст? А почему на территории посольства, ведь это явный casus belli[17]. Почему на территории посольства, неужели меня нельзя грохнуть дома или в городе и списать это на местных исламских экстремистов? Запросто могут вызвать нескольких парней из Пагоды и поручить им это дело. Другой вопрос – сколько они продержатся здесь, если САВАК знает всё и обо всех?

Тогда останется одно. Мне и в самом деле хотят передать информацию. Или дезинформацию. Возможно, люди из Секретной разведывательной службы сочли меня «слабым звеном», через которое они могут запустить дезу, и она пойдет по цепочке, искажаясь и обрастая достоверными подробностями. Тогда я просто должен принять информацию и доказать им, что они сильно ошиблись в моей оценке.

– Что скажете, поручик?

– Ваше Превосходительство, у ограды посольства стоит непонятная машина, в ней четверо. Номера дипломатические, британские.

Так и есть. Вот ублюдки...

– Господин поручик, извольте отдать приказ сотруднику безопасности, стоящему на воротах. Пусть он подойдет к машине и вежливо скажет тем людям, которые в ней находятся, что делать им здесь совершенно нечего.

Поручик заговорил в рацию, передавая указание. Надо было немного подождать...

– Сколько всего нижних чинов и офицеров в дежурной смене охраны?

– Двенадцать, господин контр-адмирал.

– Так много? – удивился я.

– Так точно. Плюс бодрствующая смена, находящаяся внутри посольства, – еще двенадцать человек.

– Почему так много, поручик?

– Угроза террористических актов, господин контр-адмирал. Посольство охраняется по усиленному варианту, всего на эти цели выделено шестьдесят человек, пять смен, из которых две в соответствии с графиком сменности должны постоянно находиться в посольстве.

– Есть основания так беспокоиться?

– Так точно. Например, за несколько дней до приезда Вашего Превосходительства совсем недалеко отсюда на улице остановили машину третьего секретаря посольства Австро-Венгрии, ограбили его, избили и угнали машину. Избили его так, Ваше Превосходительство, что он вынужден был немедленно выехать на лечение на воды.

М-да... История... Третий секретарь посольства – это выражение у людей подобных мне вызывает понимающую улыбку. Хаупт-кундшафт-штелле, во всех посольствах третий секретарь – это объявленный резидент разведки. Вот только непонятно, кто же его так... приголубил. В цивилизованных странах надоедливому и перешедшему границы приличий разведчику из посольской резидентуры вручают паспорт и дают двадцать четыре часа на отъезд. А тут, видимо, работают более топорно. Может быть, он так достал всех, что местная контрразведка решила ему так вот отомстить?

– А кто сделал такое?

– Руки с ногой не оставили, Ваше Превосходительство. Признаться, и мне бы легче спалось, если бы я знал, что вы ездите с охраной.

В кармане поручика забурчала рация, тот поднес ее к уху, включил, выслушал.

– Ваше Превосходительство... Они не уезжают, говорят, что улица общая и они имеют право стоять, где сочтут нужным.

– Вот негодяи. Значит, обстановка такова, господин поручик. Через сорок минут меня приглашают прогуляться по саду британского посольства, дабы я мог ознакомиться с типичным образчиком регулярного британского сада. До этого посол Великобритании вручил мне совершенно возмутительную ноту, поэтому у меня есть основания опасаться за свою жизнь и безопасность. Но не пойти я не могу – не имею права. Поэтому поднимайте всех, включая и бодрствующую смену. Вооружение – как на случай нападения террористов. Если они хотят сыграть с нами в игру, мы примем вызов. И... есть ли у вас бронежилет скрытого ношения?

– Найдется, Ваше Превосходительство. Может, вам нужно и оружие?

Вместо ответа я забросил в сейф ноту в открытом пакете, захлопнул дверь сейфа, на слух проконтролировав срабатывание запирающего дверцу замка. Затем достал из верхнего ящика стола свой «браунинг».

– Пистолет у меня есть, поручик. Здесь и в самом деле порой бывает опасно.

...Примерно через полчаса ворота посольства Российской империи распахнулись и из них выкатились два внедорожника «Егерь», в каждом из которых было по четыре человека. Через затемненные стекла видно не было, но если бы кто смог проникнуть взглядом через эту черноту, то увидел бы, что сидящие в машинах люди в военной форме и вооружены. В каждой машине имелись не только автоматы, но и пулемет – к вопросу безопасности посольств Российская империя после убийства Грибоедова подходила основательно.

Одна из машин остановилась так, чтобы блокировать одновременно и улицу, и британскую машину – британцы ничего предпринять не осмелились. Вторая машина встала так, чтобы блокировать ворота британского представительства, а при необходимости – и протаранить их. Естественно, охранявшие британских дипломатов специалисты из полка Герцога Йоркского предъявили претензии, на что получили ответ, что улица общая и русские тоже имеют право на ней стоять, где пожелают.

На крышу нашего посольства поднялись два снайпера, еще два были в полной готовности вместе с тревожной группой. Обеим сменам – и дежурной, и бодрствующей – раздали бронежилеты и тяжелое оружие, включая гранатометы. Часть бодрствующей смены вышла в сад и заняла позиции, часть осталась в здании посольства. Конечно, никто британское дипломатическое представительство штурмовать не собирался, но дать британцам понять, что шутки неуместны, было нужно. Я прожил в метрополии не один год, знал и страну, и присущую британцам привычку без предупреждения наносить сильнейший удар в челюсть. Другим народам такой способ решения конфликтов не был свойствен, русские, к примеру, всегда предупреждали: «Иду на вы». Вот мы сейчас как раз и предупредили.

Ровно за пять минут до назначенного срока из ворот посольства вышел я. Одет я был намного теплее, чем стоило бы в такую жару, но иначе невозможно было скрыть ни бронежилет, ни пистолет. Вдобавок к этому у меня имелся маячок, позволяющий отслеживать мое местонахождение в пределах пары километров. Он был приклеен прямо к телу на ноге – нечто вроде пластыря. Обливаясь потом, расстреливаемый прямым солнечными лучами, я преодолел дистанцию от одних ворот до других, мельком оценил ситуацию на улице (переборщили, у всех нервы на взводе, а пальцы – на курках) и несильно постучал в окованные железом двери британского дипломатического представительства. Выглядело это глупо, но эти игры так и играются.

Дверь открылась почти сразу, и в десятке сантиметров от своего живота я увидел дуло автоматической винтовки «Стерлинг». Рыжий тонкошеий уроженец Соединенного королевства нацепил большой кевларовый шлем с маскировочной сеткой на нем, и от этого по его лицу пот тек буквально ручьями, а сам он, в шлеме и в бронежилете, находился на грани теплового удара. Если бы не винтовка, всё это было бы достаточно комично.

– Сэр?

Выговор я узнал – типичный bite[18]...

– У меня встреча с сэром Уолтоном, – сказал я, – извольте доложить, молодой человек.

Молодой человек был, видимо, или слишком плохо воспитан, или слишком напуган – он захлопнул дверь перед моим носом, и я остался стоять на солнцепеке. Если этот bite не вернется вовремя, то солнечный удар грозит уже не ему, а мне.

Сэр Уолтон не заставил себя ждать – не успел я вытереть лицо (рукавом, извините, платок был мокрым насквозь) в третий раз, как калитка в двери распахнулась, и наружу выглянул сэр Уолтон Харрис.

– Сэр, добро пожаловать на землю Британии.

– Спасибо, – я шагнул внутрь, – признаться, сэр, я бы сейчас предпочел хоть на минуту оказаться где-нибудь на Земле Королевы Мод[19].

Посол рассмеялся – мне показалось, что искренне.

– Вы не одиноки в своих желаниях, сэр. В беседке сервирован столик для чаепития. Горячий чай[20], он лучше всего спасает от жары. Пройдем сразу в беседку, господин посол, или всё-таки посмотрим сад?

вернуться

17

Casus belli – повод для объявления войны.

вернуться

18

Bite – на сленге так называют уроженца Йорка, откуда и комплектуется полк герцога Йоркского.

вернуться

19

В Антарктике.

вернуться

20

Это и в самом деле так, если в жару пить холодное – будет только хуже.

16
{"b":"154221","o":1}