ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Да, сэр, – ответил Грей, – я знаю этого русского засранца, хотя лучше бы не знать. Хотя он в свое время спас мою задницу.

– Тот факт, что меня контузило, не помешает мне набить тебе морду.

Полковник хлопнул в ладоши.

– Все, джентльмены. Думаю, вам есть о чем поговорить. Двадцать минут, не больше. Потом надо будет уходить отсюда.

Мы отошли в сторону, сели на снарядный ящик – точнее, не снарядный, а из-под винтовок. Крепко, до хруста костей обнялись.

– Ты какого хрена меня не нашел? А?

– Пожить еще хотелось. А рядом с тобой – жить можно, только недолго.

– Да брось. Ты где сейчас?

– Сейчас? Здесь.

– А до этого?

– До того, как началось? Копом.

– Копом? – заинтересовался я.

– Точно. Оформили документы… ты же помнишь, что было.

– Помню. Спросили: чем я хочу заниматься. На выбор – парикмахерская, лавка и какая-то хрень с ремонтом машин. Я спросил – нельзя ли копом? Они в голове почесали, сказал – вперед.

– А где ты был копом?

– Водная полиция. Здесь.

– Черт, ты же ненавидишь водоплавающих.

– Решил равняться на тебя. А ты что тут делаешь?

– Ищу кое-кого, – ушел от прямого ответа я.

– Могу помочь?

Я внимательно посмотрел на своего старого друга.

– Вот так – сразу?

– А что. Мне все равно сейчас деваться некуда. Я тут сталкером, знаешь, что это такое?

– Свой среди чужих?

– Точно. Я знаю, как вести себя, чтобы быть англичанином. Что говорить, как двигаться. Что будут делать они. Черт, я и есть англичанин.

Я пожалел Грея. Врагу не пожелаешь.

– Зачем тебе это? Они же…

– Про Родину навернуть хочешь?

– Про нее самую.

– Помнишь, что ты говорил тогда, на авианосце.

– Да брось.

– Да не брошу, – Грей внимательно посмотрел на меня, – знаешь, констебль Кросс. Ты четыре года прожил среди нас. Скажи – англичане нормальные люди?

Ничего себе вопрос.

– Люди как люди.

– Вот именно. Люди как люди. Среди нас есть всякие люди, но так мы – люди как люди. Мы просто живем на своем острове, у нас есть и другие земли. Но вот эта вся фигня, – Грей обвел вокруг рукой, – она не нужна никому, кроме тех, кто совсем свихнулся от власти. Я не знаю, как это объяснить, но я все это г…о вижу. Я вижу, что мои собратья пришли сюда непрошенными и стали убивать. Никому из тех, кого я знал в Великобритании, это не нужно. Понимаешь, вот никому не нужно, чтобы мы перешли океан и начали убивать американцев. Ну устроим мы здесь колонию, а дальше что?

– Это ты мне скажи.

– А дальше – ни хрена! Понимаешь, ни хрена! Мы возьмем на себя проблемы и будем вынуждены с ними разбираться. Мы вынуждены будем что-то делать с Мексикой, с Латинской Америкой – иначе пчелы, которые полетят оттуда, чертовски больно изжалят нас. Мы имели по эту сторону океана друзей, а приобрели себе кровных врагов. Скажи, кому и на кой черт это было нужно, а?

– Не знаю.

– Но точно – не булочнику Джону и молочнице Мэри.

– Я с тобой не согласен. Моя страна всегда права, потому что это моя страна.

– Тогда почему ты воюешь здесь? И хорошо воюешь – это ведь ты коммандер Рейвен. Я слышал перехваты.

– Великобритания – враг моего государства. Британский монарх – враг моего Императора. Британцы – враги моего народа. Враг моего врага – мой друг.

– Это ты ошибаешься.

– В чем?

– Британский народ – не враг русским.

– Черт, расскажи это кому-нибудь другому.

– Британский народ – не враг русским, – упорно повторил Грей.

– Тогда почему вы не сбросите эту вашу проклятущую династию, которая так и норовит подложить нам свинью, да побольше?

– Черт, Кросс, ты же знаешь, как мы уважаем традиции.

И мы расхохотались – без зла друг на друга.

Что же сказать… Правду? А какую?

– Грей?

– Ну? – Грей торопливо набивал патронами свои магазины к винтовке.

– Хочешь помочь?

– Смотря в чем.

– Помочь мне. В одном хорошем деле. Нужно спасти одну принцессу, понимаешь?

– Ту, у которой есть ребенок? – внимательно посмотрел на меня Грей.

– Да. Ту, у которой есть ребенок.

Какое-то время Грей раздумывал – мне надо было предполагать, что он догадается. Дело нашумевшее, хотя раскрутиться во всю силу ему не дали происходящие сейчас события. Не было газетной шумихи, спецвыпусков новостей, потому что началась война. А вот Грей как полицейский мог успеть получить сводку.

Грей протянул руку.

– Я с тобой. Черт возьми, если миссия рыцаря заключается не в том, чтобы спасать принцесс, то на кой черт нужны рыцари?

– Ты понимаешь, что у нас есть приличный шанс не вернуться?

– Да нет. Вдвоем – пройдем. Англичане даже не представляют, что такое местное метро. Придем – и выйдем, я хорошо знаю подземный Нью-Йорк.

– Твои бы слова…

Метро

Ночь на 11 июля 2012 года

Нью-Йорк

– Удачи, сэр. – Я пожал полковнику руку, они собирались идти по тоннелям метро на выход из города, нам же с Греем было совсем в другую сторону.

– Удачи, парни. Черт, вы возвращаете мне веру в человечество.

– Человечество не такое уж и плохое, полковник. Дурны отдельные его представители. Выводите людей. А мы сыграем последнюю гастроль.

Последняя гастроль…

Два человека, пулемет и автоматическая винтовка. Приборы ночного видения, разгрузочные жилеты, рюкзаки на три дня, но вместо провизии там, в основном, патроны. Грей вооружился ручным пулеметом, все остальные ушли с основной группой, потому что нам больше никто не нужен. Если не пройдем мы двое – не пройдет никто, крупная группа – это всего лишь большая группа целей на улице. Там, куда мы идем, организованного сопротивления уже нет, армия отошла, есть только окруженцы и отдельные группы патриотов, поклявшихся умереть, но не пропустить врага.

– Рассказывай, что у тебя на уме? – сказал Грей, когда мы отошли достаточно далеко и тьма, поселившаяся в тоннелях метро, поглотила нас целиком.

– Смотри, что произошло. Похищены люди, женщина и ребенок. Для ФБР – это первоочередное мероприятие, причем статус похищенных дает возможность говорить о нем, как о втором деле Линдберга[8]. Для ФБР раскрытие дела о похищении дает возможность раскрывшему примерять в будущем на себя должность заместителя директора ФБР. Офис ФБР в Нью-Йорке располагается на двадцать шестой, на Федерал-Плаза. Ты когда-нибудь там бывал?

– Нет, – ответил Грей из темноты.

– А я бывал. И не раз. Так вот, все это дело с похищением – понятно, что его устроили британцы. Но они вряд ли смогли нормально зачистить концы. Когда речь идет о преступлениях, государственные службы и государственные служащие проявляют удивительную неповоротливость. Они должны были как-то вывезти похищенных, я подозреваю, что они вывозили их в спешке и с большими помарками – ведь они знали, что будет потом. Поэтому я думаю, что мы найдем какие-то ответы в здании ФБР на Федерал-Плаза.

Грей присвистнул.

– Ты что, собираешься лезть наверх?

– Нет. Это надо было сделать с самого начала, я допустил большую ошибку, ожидая информации со стороны. Я знаю, что внизу находится сервер. Точнее, серверы. В том числе и базовый сервер отделения ФБР, здание так построено. Связи сейчас нет, но я хочу подключиться к нему напрямую и перебрать информацию.

– И у тебя есть с чего подключиться?

– Точно.

– А дальше? У тебя есть путь отхода?

– Вообще-то я думал, что он есть у тебя.

Грей выругался в темноте.

– Здесь…

Грей надел на лоб фонарик – чертовски опасно, скажу я вам, надевать фонарик на лоб, можно пулю в голову получить – и начал обследовать какую-то дверь. Я стоял чуть дальше, у стены, прикрывая его.

Раздался скрежет, потом сдавленная ругань.

– Помоги…

вернуться

8

Сын Чарльза Линдберга, знаменитого летчика, совершившего трансатлантический перелет, был похищен из собственного дома, за него затребовали выкуп, он был заплачен, но ребенка не вернули, а потом нашли его труп. Как установила экспертиза, ребенок погиб случайно, потому что похититель с ребенком сорвался с садовой лестницы, вылезая из дома Линдбергов. Обвинение пало на безработного плотника, эмигранта из Германии Бруно Гауптмана, который был казнен, по этому делу приняли закон о смертной казни за похищения. В деле много белых пятен, не раскрытых до сих пор.

10
{"b":"154230","o":1}