ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но те, кто шел в этот день дорогой на Доло Одо — сильно удивились бы, узнав что в мешках есть кое-что еще помимо тканей на продажу. В мешках, тщательно завернутое лежало оружие, причем такое оружие стоило намного больше коз, тканей и даже, наверное, если считать вместе с ценой самих мулов с телегами. В одном из мешков, тщательно упакованная в полужесткий чехол лежала M70SSRS silent sniper rifle system. Снайперская винтовка специального назначения, широко использовавшаяся североамериканскими снайперами во время второй тихоокеанской войны, в одном проклятом Богом и людьми месте под названием ЗАПТОЗ, западная часть тихоокеанской зоны. Она стреляла специальными патронами, состоявшими из гильзы триста тридцать восьмого калибра с развальцованным дульцем, в которую была вставлена тяжелая пуля 0.458WinMag, используемая в африканских штуцерах. Получившееся оружие не обладало достаточной дальностью боя — двести, максимум триста метров у опытного, знакомого именно с этой редкой винтовкой стрелка — но зато оно было совершенно бесшумным, точным и обладало сокрушительной мощью. Выстрел из этой винтовки не походил даже на хлопок в ладоши, глушитель был очень мощный, интегрированный, на всю длину ствола, винтовка перезаряжалась болтовым затвором, и, соответственно, не было звука срабатывающей автоматики, пуля была дозвуковая. Если, к примеру, в тире отойти шагов на десять и повернуться спиной — то ты не всегда различишь, произведен выстрел из этой винтовки или нет, едва слышный шум вентиляции заглушает его. А вот действие этой винтовки было сокрушительным: пуля весом в пятьсот гран при попадании в голову часто вышибала все мозги, при попадании в конечность — отрывала ее. Четыреста пятьдесят восьмой калибр был чрезвычайно популярен у охотников на львов — а эти ребята знали, что делали, когда выбирали оружие, потому что от этого зависела их жизнь. Впрочем, и идущий к абиссинской границе торговец знал, что делает — потому что его цель была не менее опасна, чем лев, наверное, даже более опасна и его жизнь — тоже всецело зависела от его оружия…

В другом мешке с тканями лежала снайперская винтовка для стрельбы на дальние и сверхдальние дистанции. Это была Arms Tech TTR-50, одна из немногих в мире снайперских винтовок, которые можно в разобранном виде положить в пехотный «дей-пак» [2]и из которой — собранной, разумеется — можно было поразить цель с расстояния тысяча пятьсот метров. Сделанная на основе широко известной североамериканской McMillan, она была разобрана и тщательно упакована в полужесткий кейс вместе с десятью патронами 50-1005 североамериканской фирмы TTI Armory, снаряженными пулями Hornady A-Max 750, и эти патроны были больше произведениями искусства, нежели обычными патронами. По основному плану операции — расстояние до цели при стрельбе должно было составлять ровно сто семьдесят метров — но могло быть всякое, мало какой план выдерживает столкновение с жестокой реальностью — и торговец был к этому готов.

Наконец, в третьем бауле с тканями — лежало оружие ближнего боя, которое пригодится, если все пойдет кувырком — совсем кувырком. Это был австро-венгерский Steyr TMP46 под германский патрон 4,6х30 — оружие ближнего боя, в последнее время завоевавшее большую популярность в мире, потому что оно позволяло стрелять автоматическим огнем с одной руки, пробивая каски и полицейские (и легкие армейские) бронежилеты. К этому пистолету-пулемету, который должен был пригодиться, если придется с боем вырываться из города — был полный набор: восемь магазинов на сорок патронов каждый и два — на пятьдесят два, швейцарский глушитель от Brugger&Thomet, намного более компактный, чем штатный и не уступающий в эффективности, прицел ACOG 2,0 и лазерный прицел, совмещенный с фонарем от SureFire. К этому — еще и прилагался компактный ночной прицел от Schmidt&Bender из комплекта поставки римского пистолета-пулемета. Такое оружие должно было пригодиться и в том случае, если придется, к примеру — штурмовать помещение, где на ночь остановился объект или контейнер на рынке.

Человек в сандалиях из автомобильной покрышки шел не спеша, зная, что если уж ты вышел в жару — торопиться не надо, и не надо торопить своих животных, потому что при быстрых движениях, при приложении усилий ты начинаешь потеть намного сильнее, и теряешь жидкость с потом. А жидкость здесь, любая жидкость — это все.

Примерно в одиннадцать часов дня по местному времени, человек взглянул на сочащееся нестерпимым зноем небо и решил, что на сегодня с него — достаточно. Он выбрал для того, чтобы остановиться небольшой участок земли, где раньше было орошаемое поле, а теперь — только высохшая земля — козы все равно найдет здесь пропитание, козы могут питаться даже объедками, которые они подбирают с дороги и листьями, которые они добывают себе, забираясь на деревья. У торговца водой он купил два больших бутыля воды, по девятнадцать литров каждый — технической воды, конечно — но сам пить почти и не стал, только смочил губы и сделал три небольших глотка. Остальную воду он отдал тяжело дышащим животным — мулам и козам, которых он согнал с дороги. Коз он отпустил попастись — все равно никуда не денутся, придут, мулов уложил, спутал им ноги и немного покормил тем, что было в одном из мешков — было видно, что этот человек родом из крестьян и привык заботиться о своих животных. Только после этого — человек залез под одну из телег, чтобы спастись от солнца и моментально забылся тяжелым, тревожным и чутким сном едва его голова коснулась земли…

Итальянское Сомали

Окраина Могадишо, район Каараан

Разведцентр ВМФ Италии

Тот же день…

Маленький караван, упрямо бредущий под палящим солнцем к абиссинской границе — был отчетливо виден на черно-белом экране монитора, установленного в одном неприметном здании на окраине Могадишо, где раньше был запасной корпункт РАИ — государственной компании «Радио и Телевидение Италии». Во время мятежа — именно через эти места проходил путь отступления мятежных солдат колониальной армии — и туземцы естественно унесли все, что, как им показалось, имело хоть какую-то ценность. Потом это все — продавали на рынках по всему северу Африки, причем продавцы на вопрос, для чего это нужно — не могли ответить внятно. Но Африка — есть Африка, тот же телевизор, пусть и с пробитым экраном — часто можно встретить в краале с поставленной внутри фигуркой какого-нибудь туземного божка…

С утра сломался кондиционер — опять! — и мастера не прислали до сих пор, а местные умельцы хоть и могли теоретически его починить своими руками — у них не было запасных частей, чтобы сделать это. Моментально забыв военный устав, требующий на боевом посту находиться по уставной форме одежды, операторы систем разделись по пояс, а потом кое-кто — и до трусов, и так и работали, поминая Деву Марию и проклиная местный климат. Они были достаточно опытными, чтобы не пить холодную минералку — вместо этого они пили бедуинский чай с жиром и солью, горячий, чтобы поддерживать тепловой баланс в организме и компенсировать потерю солей с потом. Помогало мало — на телах проступал пот, собирался каплями, скатывался на пол — кто-то набросил на плечи полотенце, чтобы впитывало, потому что капли пота на коже сами по себе вызывают достаточно неприятные ощущения и отвлекают — а кое-кто и на это плюнул, мол хуже уже не будет. Летний день еще не вошел в свой апогей — а в центре прослушивания, принадлежащем военно-морской разведке Италии уже пахло как в конюшне, натужно работали вентиляторы компьютерных систем, а один из компьютеров уже не выдержал теплового удара, и его пришлось срочно менять запасным блоком. В раскаленной тишине лишь натужно ныли вентиляторы, слышалось тяжелое дыхание людей, да орал где-то, за раскрытым напаспашку окном осел…

В Библии сказано: ищите и обрящете, молитесь — и будет дано вам. В конце концов, до Господа дошли молитвы и этих, запертых в раскаленной комнате невольников приказа: неприметный, но хорошо бронированный ФИАТ Крома затормозил у здания бывшего корпункта и два человека скорым шагом направились к зданию, стараясь быстрее найти убежище от солнца, расстреливающего любого кто посмел показаться в этот час на улице прямой наводкой. Для того, чтобы скрыться в здании, один из мужчин — высокий, с проседью в волосах, сильно похожий на актера Микеле Плачидо, исполнившего роль честного и неподкупного комиссара Каттани в криминальном сериале Спрут — вначале набрал на клавиатуре у двери шестнадцатизначный код допуска, потом — был вынужден пройти и сканирование сетчатки глаза в бронированном тамбуре на входе под бдительным взором охранявших здание автоматчиков. Человек, который прибыл с ним сканирования не проходил — ему выдали гостевой значок и седой повел его вверх — он был единственный из всего персонала военно-морского разведцентра, который имел право приводить сюда посторонних без записи и без предварительной контрразведывательной проверки. Обычно этим пользовались, если надо было временно спрятать агента, чтобы потом вывезти его в Италию — но сейчас вместе с директором разведцентра Массимо Манфреди был всего лишь знакомый техник по ремонту кондиционеров и холодильного оборудования. Все дело было в том, что у здания была централизованная система кондиционирования, и ее поломка означала, что заживо поджариваться придется во всем здании, в том числе и директору в его кабинете. Директор Манфреди не раз и не два подавал заявку на выделение средств на покупку запасного кондиционера, но ему неизменно отказывали — нет денег.

вернуться

2

небольшой рюкзак. Он так называется, потому что в него можно положить все, что нужно для однодневного пребывания за пределами военной базы.

2
{"b":"154231","o":1}