ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Герр оберлейтенант — раздался в наушниках голос командира вертолета гауптмана Брума — наблюдаем трупы, три или четыре, из-за птиц не видно. Следы костра, примерно в том самом месте, которое указал беспилотник. Посадочное десантирование возможно.

— Садимся! — принял решение оберлейтенант

— Яволь.

Оберлейтенант не оборачиваясь, показал условный знак «прикрой» — это означало, что его нужно заменить. Бортстрелок вертолета хлопнул его по плечу — и они поменялись местами, при этом склон ни на мгновение не оставался без наблюдения. Здесь — километров тридцать до зоны боевых действий и тот, кто проявляет неосторожность — рискует сильно об этом пожалеть.

Капитан передернул затвор автомата — и в этот момент с ноющим шумом поползла вниз хвостовая аппарель. Они были у самой земли, огромные, многометровые лопасти несущего винта рвали воздух, поднимая пыль — и снаружи ничего не было кроме ревущей круговерти…

Пол дрогнул под ногами — стойки шасси коснулись земли.

— На врага!!! — заорал во всю свою луженую глотку Брауде — и первым ринулся в пыльную мглу…

Лейтенант выходил одним из последних, натянув свой шарф так, чтобы он закрывал нос и защищал от поднятой лопастями пыли. Вертолет стоял на склоне, чуть ли не с предельно допустимым для посадочной площадки креном. Внизу, метрах в пятистах — с недовольным клекотом поднимались в воздух потревоженные грифы. Их оторвали от трапезы — и они были очень этим недовольны.

— Грим — со своим штурмом остаетесь у вертолета — оценив ситуацию, начал отдавать команды оберлейтенант — остальным рассыпаться цепью, дистанция десять метров и вниз. Смотреть под ноги, докладывать обо всем, что найдете. Не спешить, держать оружие наготове. Брауде, командуйте!

— Яволь! Слышали, что сказал герр оберлейтенант!? За дело!

Ложилась на землю потревоженная лопастями пыль. Солнце упорно карабкалось в зенит, да ложились на крыло грифы, жадно смотря на прилетевших на стальном чудовище людей и размышляя — доведется ли им когда-нибудь отведать и их мяса…

К тому времени, как они добрались сюда — трупы уже успели дать запах и привлечь внимание падальщиков. И мух — просто удивительно, что в местах, где мух, кажется, нет по определению — они моментально появляются, стоит только появиться пище для них — гниющей человеческой плоти.

— Их застрелили, герр оберлейтенант — Брауде наклонился над лежащими рядком трупами, не обращая внимания на вонь и мух — их застрелили и ограбили. Но их застрелили не ради того, чтобы ограбить.

— Почему ты так думаешь, Брауде? — полюбопытствовал оберлейтенант

— По нескольким причинам. Здесь никто не будет грабить, потому что нет дороги, какой смысл где-то сидеть в засаде, где враг, скорее всего не пойдет. Второе — они сами на кого-то охотились. Видите — вот здесь вот, на плечах. Здесь ткань выцвела от солнца, а здесь — нет. И потертости. Они носили разгрузочные жилеты, вот что. И застрелили этих парней из чего-то очень большого, я такие раны видел, только когда с гауптманом Йенсом был несчастный случай на охоте.

Фельдфебель, безо всякой брезгливости встал на колени, чтобы посмотреть на руку одного из мертвецов, которую еще не обклевали грифы. Оберлейтенант в это время — поспешно рылся в кармане в поисках флакончика с кельнской водой.

— Может, это следы от лямок рюкзака?

— Нет, нет. От рюкзака следы лямок обычно уже. Эти парни были не простые туристы или торговцы — сказал фельдфебель — это наемники. Ороговевшая подушечка указательного пальца, кто бы это ни был — он долго и часто стрелял.

— Но это же белые.

— Разве мало с той стороны белых наемников, герр оберлейтенант? Полно. А может — это и не совсем наемники, судя по тому, как бегал по базе герр майор, как ему позвонили из Аддис-Абебы. А кто-то еще.

Оберлейтенант прикинул — может быть и так. Четыре человека — стандартный дальний разведывательный патруль специального назначения практически в любой армии мира. Это могло быть как хорошо, так и плохо — они упустили их живых, но нашли — мертвых.

— Одного застрелили не здесь… — фельдфебель поднялся на ноги и продолжил расследование — его застрелили… вот здесь, а потом… потом подтащили сюда. Четырнадцать метров… и судя по всему, этот господин бежал.

— Когда это произошло? — спросил оберлейтенант

— Не раньше, чем вчера ночью, герр Гернетт. Иначе грифы успели бы все сожрать подчистую. Прожорливые бестии.

— Герр оберлейтенант, герр оберлейтенант!

Они все обернулись — и даже солдаты, которые охраняли место происшествия. К ним бежал толстяк Гешке из третьего штурма.

— Герр оберлейтенант, посмотрите!

— Не зря я тебя гонял вокруг лагеря, Гешке — одобрительно заметил Брауде — еще немного и ты станешь похож на человека.

Но лейтенанту было не до шуток — он взял протянутую рядовым Гешке блестящую стреляную гильзу и почувствовал, как по спине ползут холодные струйки пота. Потом он передал гильзу фельдфебелю, тот достал из кармана монокль, осмотрел ее донце.

— Швайне… Это же гильза от патрона к снайперской винтовке. Пошли, Гешке, покажешь мне, где ты ее нашел. Надеюсь, ты не затоптал там все как слон.

— Никак нет…

Оберлейтенант огляделся по сторонам — горы как горы, но было ощущение, что в него уже целятся.

— Зиттард!

— Да, герр оберлейтенант.

— Беги к вертолету. Скажи — где-то здесь может быть снайпер с крупнокалиберной винтовкой, пусть усилят бдительность. Пусть передадут в штаб, что мы нашли то, что искали, здесь четыре трупа. И захвати на обратном пути миноискатель.

— Яволь, герр оберлейтенант.

Когда солдат убежал — оберлейтенант подошел поближе к трупам. Кем бы они не были — лейтенант совсем не хотел последовать их примеру.

— Значит, один человек, а по его следу шли четверо — обстоятельно докладывал Брауде, соорудивший себе неуставной колпак от солнца на голову из листа бумаги поверх кепи — и еще здесь были козы. Все они шли издалека, мы прошли по следу с километр. Потом произошло что-то непонятное. Там есть следы от сошек снайперской винтовки, до кострища — метров четыреста. Снайпер кого-то застрелил, но непонятно кого. А потом, судя по всему — убили и его, этот один — каким-то образом сумел к нему подобраться и убить. Там, на лежке — следы крови и обратные следы. И еще гильзы — вот. Наш патрон, четыре и шесть на тридцать, не самый распространенный. Он убил снайпера, а потом видимо и всех остальных — из трофейного оружия. Потом он позавтракал здесь — мне кажется что козлятиной, здесь полно козьего кала и кости похожи на козлиные. И пошел дальше. И еще — вот это, герр оберлейтенант.

Фельдфебель протянул оберлейтенанту полоску мяса, аккуратно срезанного — оно чуть подпортилось.

— Он нарезал мяса из козы в такие вот полоски, повесил их на пояс, чтобы они провяливались под ветром и солнцем. Шкуру бросил вон там — это белый, шварце никогда бы не бросил шкуру, она у них идет на национальную одежду и отделку обуви. Приготовленное таким образом обезвоженное козлиное мясо вполне съедобно, им можно питаться целый месяц. Эту полоску он потерял. Так делают туареги и некоторые другие кочевые племена. Кем бы он ни был — этот парень знает, что делает и умеет выживать в экстремальных условиях.

— Ты уверен, что он был один?

— Выходной след только один, других нет, герр оберлейтенант

Оберлейтенант достал из кармана несвежий платок, промокнул потный лоб.

— Выступаем по следу — решил он — это так оставлять нельзя. Пусть кто-нибудь свяжется с вертолетом. Мы остаемся — а они пусть взлетают и убираются отсюда. Как вернутся на базу — пусть свяжутся с зональным штабом Люфтваффе, чтобы нам прислали беспилотник в подмогу. Через два дня, если ничего не найдем — эвакуируемся. Разбиться по штурмам! Предельная бдительность, этот снайпер может быть впереди и ждать нас. Брауде — распоряжайтесь.

— Яволь!

На следующие сутки уставшие германские солдаты вышли к проезжей дороге. Там — след неизвестного и его коз — оборвался.

24
{"b":"154231","o":1}