ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Вы пытались подобраться к его лагерям?

— Зачем, итальянец? Я простой торговец… это сделаешь ты… если тебе будет нужно.

Три пикапа «Ауто Юнион», простых и надежных рабочих лошадок Африки въехали в город Доло Одо с юга, по дороге, ведущей со стороны Мандерры. Ни на одном из них не было пулемета, хотя турели стояли, потому что германцы и Негусси Негус хоть и дали им приют, но здесь такого не позволяли. Машины были почти новенькие, выпущенные на заводе в Нойештадте, откуда они расходились по всей Африке — их передала генералу абиссинская разведка, во главе которой стоял рейхскриминальдиректор со странным для абиссинца именем Манфред и фамилией Ирлмайер. Немцы чувствовали себя в Абиссинии настолько свободно, что на ежегодных парадах рядом с троном Негуса, который ради этого выносили на площадь, не протолкнуться было от коричневых рубашек Африканского корпуса Рейхсвера и черных — полиции и гестапо. Нельзя сказать, что это было плохо: Абиссиния была одной из самых нормальных стран Африки.

В каждом из пикапов сидело по четыре боевика в кабине и столько же — на сидениях, устроенных в кузове каждого пикапа. Это были не просто боевики, навербованные в лагерях беженцев — семеро из тех, кого генерал послал разобраться с чужаком, были бывшими военнослужащими итальянских колониальных войск, и знали, что такое армейский порядок. Остальные были соплеменниками генерала, выделившимися во время войны и партизанских действий и приближенных генералом за личную храбрость, позволявшую им убивать оккупантов, и достаточную опытность, позволявшую им оставаться при этом в живых. Все они проводили с генералом много времени лично, охраняли его и его имущество — и поэтому генерал послал их разобраться с негодяем, приехавшим убить его — больше послать было некого. Генерал был уже генералом без войска, потому что за время гражданской войны и сопротивления, которое южнее зовут чимуренга — его армия растаяла как дым и теперь под его началом были лишь бандформирования его клана хабр-гадир и немногий оставшиеся в живых к этому времени офицеры его штаба. Он был командиром Великой армии сопротивления — но так было только на бумаге, потому что армия сопротивления представляла собой невообразимую мешанину племенных, религиозных бандформирований (как мусульман, так и христиан-католиков) просто уголовных банд, вырвавшихся из разгромленных тюрем. И вся эта масса формально подчинялась ему лишь по одной простой причине — через генерала шли деньги. Генерал был символом Сопротивления — и те, кто имел какие-то интересы на севере Африки, а это были белые люди — платили относительно цивилизованному генералу как человеку, который учился в настоящей школе и настоящем военном училище, впитал в себя какие-то ценности и нормы западного мира и не кинут нанимателей, взяв их деньги, как сделал бы каждый второй африканец или африканский араб. Генерал был связующим звеном между сопротивлением и инвесторами и поэтому он должен был оставаться в живых. Пока цели Большой Игры — не будут реализованы.

Все эти боевики были одеты в однотипную форму — она представляла собой форму германских африканских стрелков, серо-желто-бурый камуфляж старой расцветки, купленный на распродаже. Все боевики были вооружены современным оружием — автоматами Маузер Stg-60 и «колониальными» пистолетами-пулеметами МР-40, только в специальном исполнении — с глушителями. Головы они прикрыли шарфами — длинными полотнами из очень прочной, бурой ткани, из которых можно сделать чалму, маску, удавку, связать бревна для плота или соорудить наскоро носилки. Они были похожи на германских пфадфиндеров [19]или скорее бурских «Скаутов Селуса», в которых были как белые, так и черные бойцы — вот только ни те, ни другие так далеко на северо-восток Африки не забирались, они действовали южнее. И они готовы были действовать по их же правилам: тихое, тщательное проникновение, быстрый, молниеносный удар и отход. Как можно больше пуль и как можно быстрее…

В город Доло Одо нельзя было проникнуть просто так, дороги по ночам перекрывались — но они знали, как проехать. Машины свернули на бездорожье, покатили по отдыхающей от дневного зноя земле. Фары головной машины были включены, но на них стояли специальные светофильтры, не пропускающие видимую часть света: водитель надел на голову вертолетный шлем с прибором ночного видения и видел дорогу как днем. Водитель замыкающей машины тоже надел на голову подобный же шлем — но фары не включал: он ориентировался по тряпке, смоченной в специальной, видимой только в ПНВ краске, привязанной к заднему борту головной машины. И сомалийцы и итальянцы любят поговорить — но это за всю дорогу — не издали ни звука.

Город Доло Одо стоит у подножия гор, поэтому машины, объезжая город с западной его стороны, оказывались выше его, так — что весь город был виден, ну… или почти весь. Когда водитель головной машины решил, что достаточно — он остановил машину и боевики с бесшумными пистолетами-пулеметами и автоматами мгновенно, без единой команды выбрались, заняли оборону на все четыре стороны света: как на дневке в западной Сахаре, где того и гляди налетят похитители и разбойники…

Но никого не было. Лишь придушенно запищал какой-то мелкий зверек, но писк его тут же оборвался. Змеи, до темноты скрывавшиеся в норах и потаенных местах — это, кстати, неправда, что змеи любят жару — вышли на охоту…

Старший посмотрел на часы — они у него были дорогие, MTM, не баран чихнул — время. Из бардачка достал мощный аккумуляторный фонарь, насадил на него насадку, такую же как на фары, отсигналил условный сигнал в сторону города — три — один — три. В ответ — раздалось — два и еще раз два. Все в норме.

— Ба! [20]— сказал старший и боевики точно так же, организованно и быстро погрузились в машины. Маленький караван направился вниз.

Их связной — связной генерала — ждал их у бараков, нищих жилищ на окраине города, которые негус приказало построить для самых обездоленных своих подданных — бесплатно. [21]Обычно здесь бывало шумно, всю горели костры, раздавались крики — то наслаждения, то боли, то ужаса — но сейчас все было тихо. Связной был полицейским, настоящим, он приехал сюда на полицейской машине — а все те, кто жил здесь знали, как опасно связываться с полицейскими. Поэтому — вся местная беднота-блатота попряталась по норам, лишь омерзительно пахло мочой, навозом да едва слышно дышали, возились в темноте животные.

Луч света осветил связного, его пикап, точнее не пикап — а дешевый внедорожник «Ауто Юнион» с мигалкой и громкоговорителем. Связной был в форме, как ему и приказали, и он был напуган. Его лицо блестело в свете фонарей, сам он — того и гляди мог броситься бежать, куда глаза глядят. Африканцы плохо умеют справляться с подобными ситуациями, их очень легко соблазнить деньгами или чем-то там — но они плохо понимают смысл и суть понятия «ответственность» и не готовы ее нести. Этого полицейского — купили за небольшую ежемесячную выплату, что при семье в девятнадцать человек было как нельзя кстати и подсунутую информацию о партии контрабанды, которая помогла ему удостоиться похвалы германского офицера и продвижения по службе — теперь у него было звание, эквивалентное унтер-вахмистру в германской полиции. До сих пор все, что от него требовалось — это закрывать глаза на склады с оружием и нелегальные явки на своей территории. Но теперь — он знал, что люди генерала задумали что-то недоброе и знал, что германцы этого просто так не оставят и обязательно дознаются. Но сделать — ничего не мог.

— Селам — поздоровался по-амхарски командир группы, осматриваясь в поисках опасности.

— Селам нех вей, рас [22]— голос полицейского дрожал, он чуть было не сказал привычное «герр офицер»

— Индемин але? [23]

вернуться

19

пфадфиндеры, следопыты — германский аналог спецназа ГРУ в Африке, в Европе они назывались «егерями». В нашем мире — так называют немецких скаутов. Скауты Селуса — одно из подразделений армии Родезии, входившей в Бурскую Конфедерацию, названо так в честь Фредерика Кортни Селуса, британского охотника, путешественника и исследователя, погибшего в Мировой войне от пули германского снайпера. В Бурской конфедерации и в Родезии его уважали и назвали в его честь отряд следопытов — разведчиков, выполнявших примерно те же самые функции, что и пфадфиндеры. И та и другая группа — наводила ужас на бандитов и повстанцев, финансируемых… понятно, откуда.

вернуться

20

пошли, поехали (сомалика)

вернуться

21

Надо сказать, что в нецивилизованных странах — у многих вообще не было никакого жилья.

вернуться

22

Рас — уважительное обращение к мужчине в амхари. Например — титул знаменитого и долго правившего этой страной монарха будет звучать как Рас Хайле Селасси Ай — Император Хайле Селасси Первый

вернуться

23

Как дела? (амхари)

9
{"b":"154231","o":1}