ЛитМир - Электронная Библиотека

Лана смутилась:

- Да, что-то я… Ну, в общем, творческая личность мой отец. Со всеми вытекающими из этого определения последствиями.

* * *

Квартира Инны Михайловны была на первом этаже. Тимка, отыскав глазами знакомые окна, воскликнул:

- У бабушки кошка в окошке! Ой, я стих сочинил!

На их звонок отреагировали не скоро. Олег уже телефон достал, чтобы позвонить теще, но в это время дверь наконец открылась.

- Олег! Тимочка! - обрадовалась Инна Михайловна и тут же огорченно констатировала: - Остальные не приехали… Ну, проходите, проходите! Господи, Тимка вырос-то как! Олег, он так на Тошку в этом возрасте похож…

Тимка, заходя в тесную прихожую, первым делом похвастался:

- Бабуль, а я сам стих сочинил! Вот слушай: что у тебя за кошка на окошке? Здорово?

- Ага, кажется, у нас еще и поэт растет? Этого нам только не хватало! - засмеялась Инна Михайловна. - А на окошке… Нет, уже не на окошке, вот она пришла… - Она наклонилась и взяла на руки пушистую кошку. - Это моя подружка Палитра, Палечка. Смотри, Тим, какая разноцветная!

Кошка жмурилась и мурлыкала на руках у хозяйки.

- Ух ты, она вся исчерканная! - восхитился Тимка. - И белая, и черная, и рыжая, и серая, и… еще какая-то… Ба, ты ее сама разукрасила?

Нет, милый, это природа постаралась… Ну, долго вы еще в прихожей топтаться будете? Пойдемте уже! Олег, как там Лана? Все мучается?

- Мучается, Инна Михайловна, никогда так не было.

- А знаешь, я точно так же себя чувствовала, когда ее ждала. Вот увидишь - девчонка будет.

Они прошли в комнату, сплошь заваленную книгами, карандашами, красками, эскизами… Так здесь было всегда. И пахло как всегда - гуашью, акварелью и еще чем-то. Тошка, когда был маленький, говорил, что это пахнут сказки.

- Ребята, вы располагайтесь, посмотрите - вот в этой папке рисунки к новой сказочной книжке. А я в магазин сбегаю: у меня в холодильнике - один Дед Мороз.

- Никуда ходить не надо, Инна Михайловна. Мы гостевой набор привезли, с учетом вкусов всех присутствующих, - остановил тещу Олег.

- Вот стыдоба, а не бабка! - засмеялась она. - Тогда хоть блинов напеку, как и полагается при наезде зятя?

- Блинов, ба! - обрадовался Тимка.

«Бабка… Какая там бабка! Многие молодые позавидуют, - думал Олег, глядя на свою тонкую в талии, грациозную в движениях тещу. - И чего она к мужу не едет? Подумаешь, творческая личность… А здесь такая красота пропадает».

* * *

Степан Байкин выехал на МКАД и теперь катил по ней, никуда не сворачивая. Ехал, ругаясь и вслух, и про себя, всеми черными словами, какие только знал. А знал он таких слов очень много…

Что делать? Что ему теперь делать? К Петракову он сунулся в горячке, не подумав. А с бабой деньги делил, бизнес ей доверил - подумав?! И теперь из-за излишней своей доверчивости всего лишился!

Ему казалось, что он себя от всех опасностей оградил. Что со сбытом наркотиков его никто не свяжет. Кто зелье получал? Люба! Кто зелье оптом продавал? Опять она! Кто денежки считал и в банк относил? Карцева, Карцева, Карцева!!!

А он только одно знал - код доступа. Такой бизнес был - все отлажено, все отработано! Так он все устроил, что и безопасно ему было, и она без него ничего не могла. Только он знал снабженца и где он обитает. А ее дело было - товар принять и обеспечить сбыт.

И с этим Камневым… «Я все сделаю, я все сделаю, не вмешивайся…»

Кто ее просил киднепинг устраивать? Достаточно было снимки по городу разбросать, чтобы в семейке Камневых раздор пошел, да соответствующие статьи в «Параллели» тискать время от времени. Разрушить репутацию непогрешимого редактора и верного мужа. Нет, ей еще и свои счеты с ним свести захотелось! Идиотка, дура, стерва! Кокнули тебя - туда и дорога, но ты же, тварь, мне все, все, все разрушила! Деньги со счетов ушли, компру какую-то твой племянничек наснимал…

Ах, племянник, гнида тихушная… Кто бы и подумал, что он во всем этом так петрит… Даже Любка его талантов не знала, считала дураком забитым, психом ненормальным. А он…

Что теперь делать? Что?! ЧТО?!!

Он уже два раза объехал Москву по Окружной, но ярость все не утихала. И все те же мысли лезли в голову: что предпринять, чтобы хотя бы в тюрьму не сесть. Ведь обещал Царь: если всплывет где-нибудь еще такой же диск с видео, какой он в домишке лесном у какого-то придурка отобрать успел, - хана ему, Степану Байкину. Все дела Царь повесит на него.

Да еще тот, которого он поленом стукнул, ментом оказался. И нашли его самые заклятые враги - Камнев и этот колбасник, который Царю дорогу в губернаторы может перейти. Спасибо, что машина все же завелась, а то взяли бы его с поличным быки этого колбасника. Из-под самого их носа ушел…

А может, опередить Царя и сдать его - со всем, что он, Степан Байкин, знает? Он много знает…

Нет, опасно. Он заодно с Царем загремит.

Где же выход, где?

Он все кружил по кольцу, у которого, как известно, нет конца, и все те же злые мысли кружили вместе с ним, и конца у них тоже не было. Но как только он свернул с МКАД, осталась мысль, от которой он весь покрылся мурашками, а короткие волосы на затылке встали дыбом: а ведь он действительно слишком много знает.

Надо спасаться!

Где? Как?!

* * *

Олег с Тимкой выехали из Москвы почти ночью. Машин на трассе становилось все меньше, Тимка, утомленный повышенным вниманием к своей особе - сначала Стаси, потом бабушки, - спал на заднем сиденье.

От спокойной езды и кажущейся бесконечной дороги за лобовым стеклом Олега тоже потянуло в сон.

Чтобы отвлечься, он по давней привычке придумал тему для размышлений: вечные ценности.

В советские времена учили, что закон джунглей - кто сильней, тот и прав - действует только в капиталистическом обществе.

Звери не в счет, там все ясно: либо ты кушаешь, либо тебя кушают. И выживание вида обеспечивается либо силой и свирепостью, если ты хищник, либо многочисленностью стада, если ты травоядное… Олени, антилопы, обезьяны и даже слоны - все они противостоят хищникам коллективно.

И только огромная человеческая стая вбирает в себя хищных, травоядных и всеядных.

Зверье откровенно: не скрывает, кто кого кушает…

А вот люди при любом социальном строе - существа скрытные… Всеядные.

Мысль начала путаться, потому что что-то вмешалась извне. Олег переключил внимание на дорогу. И увидел «мазду» со знакомым номером. Ту самую, что недавно пыталась подрезать его по пути от Матросова. Теперь машина не подрезала, из водительского окна появилась поднятая вверх рука - просьба съехать к обочине.

- Только этого не хватало, - пробормотал Олег и попытался обогнать настырный автомобиль. Но «мазда» поднажала, опередила «форд», съехала на обочину и остановилась. Олег увидел, как из нее выскочил водитель, замахал ему руками, - и узнал Степана Байкина.

Если бы с ним не было Тимки, Олег, пожалуй, остановился бы. Все-таки интересно, чего бы это Байкину от него понадобилось. Но рисковать сыном не стал - прибавил газу и пролетел мимо, успев, однако, рассмотреть отчаянное лицо Степы.

Чего ему надо? Помощи? Или хотел расправиться уж окончательно? А ведь им по пути… Зря он Тимофея взял. Может, свернуть в какую-нибудь деревеньку, переждать? - думал Олег, поглядывая в зеркало заднего вида. Но «мазда» не появлялась.

Остаток пути проехали спокойно, к часу ночи были дома. Лана сказала Олегу о просьбе Васильева позвонить, но он, глянув на часы, решил капитана не беспокоить. Утром, все утром…

* * *

- Олег Дмитриевич, давайте каждую зиму на каникулы уходить! - предложила Татьяна, когда все собрались в кабинете главного редактора.

44
{"b":"154237","o":1}