ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Таблица 7

Государственный внутренний долг России, США, Японии и Германии в 1996—1997 годах (на конец года), % ВВП

Россия

Германия**

США*

Япония**

1996

18,2

57,9

67,3

100,5

1997

21,0

57,1

65,6

107,2

* Federal public debt.

** General government debt (gross).

Источники: Данные по России — Минфин РФ; по США — US Office of Management and Budget (http://www.whitehouse.gov/omb/budget/fy2010/assets/hist.pdf); по Японии и Германии — МВФ. World Economic Outlook, April 2009.

Экономический рост в России начался позже, чем в Восточной Европе. Это нетрудно понять, учитывая большую протяженность периода социалистического эксперимента в России, структурные диспропорции, связанные с милитаризацией экономики СССР. Но в 1997 году этот рост стал реальностью ( рис. 16). Отсюда энтузиазм инвесторов, готовность вкладывать деньги в Россию.

Развилки новейшей истории России - i_017.jpg

Рис. 16. Темпы экономического роста/спада в России в 1993—1997 годах, % к предыдущему году

Источник: МВФ — World Economic Outlook, April 2009.

В 1997 году процентные ставки по государственным краткосрочным обязательствам (ГКО) снижались ( рис. 17). В реальном исчислении они приближались к нулевым. Зато кредитный рейтинг России к 1996 года постепенно стабилизировался39 ( табл. 8).

Развилки новейшей истории России - i_018.jpg

Рис. 17. Реальная процентная ставка по ГКО с июля 1996 года по июль 1997 года, %

Примечание. Реальная ставка по ГКО рассчитывается на основе темпов инфляции за предыдущие шесть месяцев в годовом выражении и равняется среднему доходу по ГКО на вторичном рынке для всех сроков обращения за вычетом изменений индекса потребительских цен за предыдущие шесть месяцев в годовом выражении. С сентября 1995 года по март 1996 года — среднему доходу по ГКО на вторичном рынке для всех сроков обращения за вычетом изменений индекса потребительских цен за предыдущие три месяца в годовом выражении.

Источник: Обзор экономики России. Основные тенденции развития, II квартал 1996 — IV квартал 1997 годов / Российско-европейский центр экономической политики. М., 1997, 1998. — http://www.budgetrf.ru/Publications/Magazines/recep/RECP_index0.htm

Таблица 8

Кредитный рейтинг России по материалам Standard&Poor’s в 1996—1999 годах

Дата

Рейтинг по международной шкале

Рейтинг по национальной шкале

В иностранной валюте / Прогноз

В национальной валюте / Прогноз

07.10.1996

BB-/ Стабильный/B

—/—/—

19.12.1997

BB-/ Негативный/B

—/—/—

27.05.1998

BB/ CreditWatch Негативный/B

—/—/—

09.06.1998

B+/ Стабильный/B

—/—/—

13.08.1998

B-/ Негативный/C

—/—/—

17.08.1998

CCC/ Негативный/C

—/—/—

16.09.1998

CCC-/ Негативный/C

—/—/—

27.01.1999

SD/ —/SD

—/—/—

07.05.1999

SD/ —/SD

CCC/ Стабильный/C

Источник: Standard&Poor’s.

Однако сочетание мягкой бюджетной и жесткой денежной политики, открытость экономики, растущая зависимость отечественных финансов от притока или оттока капитала на развивающиеся рынки, зависимость платежного баланса страны от трудно прогнозируемых и изменявшихся в широком диапазоне цен на сырьевые ресурсы создавали риски устойчивости экономического роста, финансовой стабильности.

Таким образом, к концу 1997 года экономика, сохранявшая серьезные уязвимые для внешних факторов риски, тем не менее впервые с конца 1980-х годов вошла в зону экономического роста. По совокупности всех экономических и политических внутренних факторов Россия имела реальные шансы превратить начавшийся экономический рост в долговременный. Однако проблемы пришли, откуда их не ждали.

К середине 1990-х годов Юго-Восточная Азия считалась образцом экономического роста. Выражения «юго-восточное экономическое чудо», «азиатские тигры» стали общим местом в газетных заголовках. Причинам такого многолетнего динамического роста, финансовой стабильности посвящено немало квалифицированных работ40. Авторы некоторых публикаций обсуждали проблемы устойчивости экономического роста в этом регионе41, но и в них не было конкретного анализа возможности развития кризиса в нем.

Мировая экономика на протяжении последних 200 лет динамично менялась. Конфигурация финансовой и денежной систем, сложившаяся к моменту кризиса в Юго-Восточной Азии (отсутствие золотовалютного стандарта, плавающие курсы мировых резервных валют, открытые рынки капитала), сформировалась сравнительно недавно — в 1970—1980-х годах. Экспертное сообщество плохо понимало, как эта система работает, поэтому квалифицированные специалисты не сумели предвидеть ни мексиканский кризис 1994 года, ни кризис в Юго-Восточной Азии 1997—1998 годов42.

Важнейшим фактором изменения динамики экономического роста было резкое и неожиданное для большинства экспертов и инвесторов и менение баланса притока-оттока капиталов в страны Юго-Восточной Азии ( рис. 18). За ним после­довали радикальные изменения темпов роста этих экономик ( рис. 19).

Развилки новейшей истории России - i_019.jpg

Рис. 18. Баланс притока/оттока капитала* в Южную Корею в 1996—1998 годах, млн долларов

* Баланс счета операций с капиталом и финансового счета.

Источник: МВФ — IFS database, CD-ROM ed., June 2009.

Развилки новейшей истории России - i_020.jpg

Рис. 19. Темпы прироста ВВП в Индонезии, Малайзии, Таиланде и Южной Корее в 1996—1998 годах, % к предыдущему году

Источник: Всемирный банк — World development indicators, 2009.

Инвесторы опасались, что происходившее в некоторых развивающихся странах могло распространиться на экономики сходных уровней развития. Они начали выводить финансовые ресурсы с таких рынков, принимая гипотезу, что проблемы, с которыми столкнулись страны Юго-Восточной Азии, могут распространиться на Латинскую Америку и постсоветское пространство. В таких ситуациях главные заботы участников рынка связаны не с долгосрочными перспективами той или иной экономики, а с сохранностью денег собственников. Временной горизонт ключевых решений становится коротким. Для стран, относящихся к категории развивающихся рынков и имеющих значительную краткосрочную задолженность, это создает непростые проблемы. Особенно это относит­ся к страна­м, где финансовый и платежный баланс зависит от динамики цен на рынке сырья ( рис. 20).

Развилки новейшей истории России - i_021.jpg

Рис. 20. Динамика цены на нефть марки Brent в июле 1997 — августе 1998 го­да, доллары за баррель

Источник: МВФ.

Инвесторам нетрудно понять, как происходящее на сырь­евых рынках скажется на финансовых рынках. Отсюда их естественная реакция — вывод средств с наиболее рискованных рынков ( рис. 21).

Развилки новейшей истории России - i_022.jpg

Рис. 21. Приток/отток капитала* в России в 1996—1998 годах, млн долларов

* Баланс счета операций с капиталом и финансовыми инструментами.

Источник: МВФ.

Начавшиеся позитивные тренды в российской экономике позволили, в частности, создать и нарастить золотовалютные резервы. В июле 1997 года в России они достигли 10,3% ВВП (24,4 млрд долларов), в Бразилии — лишь около 7% ВВП (63,8 млрд долларов)43. Тем не менее, обе страны входили в зону высоких экономических рисков, вызванных разворачивающимся кризисом в Юго-Восточной Азии.

Таким образом, едва сформировавшаяся российская рыночная экономика оказалась под двойным ударом — резкого снижения мировых цен на нефть и кризиса, начавшегося в Юго-Восточной Азии и перекинувшегося на Латинскую Америку. Кризис охватил более 20 государств. В Таиланде, Южной Корее, Филиппинах, Аргентине и Эстонии он привел к смене действовавшей власти. Причем в Индонезии и на Филиппинах был нарушен конституционный выборный процесс. В Индонезии в 1998 году и в Аргентине в 2001 году кризис сопровождался кровавыми столкновениями демонстрантов с властью, имелись раненые и погибшие ( табл. 9).

15
{"b":"154258","o":1}