ЛитМир - Электронная Библиотека

— Капитан Баскаков! Служил срочную на погранзаставе в Таджикистане! — молодцевато вскочив и встав по стойке «смирно», отрапортовал тот самый средней внешности крепыш, который первым заговорил со мной.

— А почему капитан? — поинтересовался замначштаба.

— Шесть лет назад привлекался в качестве переводчика при составлении контрактов на поставку военного снаряжения в Таджикистан. Ну и кто-то из начальства написал представление, — разъяснил недоумение Баскаков.

— Так, — обвел глазами присутствующих майор. — Офицерских должностей для вас у нас практически нет. Своих, калининградских, не знаем куда пристроить. Рядовых вот не хватает. Поэтому формируем из вас сводную роту, — отрубил он. — Капитан Баскаков!

— Я!

— Назначаетесь командиром сводной роты 1-го батальона.

— Есть!

— Командиром 1-го взвода у вас утверждаю старшего лейтенанта Тюрина. Остальных назначьте сами и представьте мне на утверждение.

— Есть! — снова отозвался Баскаков.

— А сейчас — постановка на довольствие, получение оружия и амуниции, размещение в казарме. К ужину жду ваших комвзводов и старшину роты на утверждение.

Так мы стали сводной ротой. К немалому моему облегчению, взвода мне не досталось, но вот от должности командира отделения отвертеться не удалось. Впрочем, в первый день это еще не особенно напрягало. Все время мы потратили на бюрократические формальности, получение оружия и экипировки. Стрелковку получили почти по штату (по древнему, еще советскому) — не слишком новые «АКМ» каждому, по одному «РПК» и «РПГ-7» — в каждое отделение. Чей-то вопрос — «А пристрелять?» — повис в воздухе, оставшись без ответа. Потом наконец за ужином удалось поесть по-человечески нормальную горячую пищу. После ужина на скорую руку познакомился со своим отделением. А перед самым отбоем Баскаков собрал в отведенной ему комнате всех командиров взводов и командиров отделений только что испеченной роты. Только тут я узнал, что всего у нас личного состава 44 человека, разбитых на три взвода аж по 14 человек, и, соответственно, по два отделения во взводе. Оказалось, что на всю роту нам дают всего три БМП-1 и два БТР-60ПБ с консервации (я уж думал, что это старье все списали давно). А экипажи к ним обещали завтра.

— Так, мужики, — начал новый командир роты. — Что делать-то будем?

— В каком смысле? — подал голос мой комвзвода Тюрин.

— А ты еще не допер, что в нашу роту завтра сольют все, от чего кадровые командиры отпихнутся руками и ногами? А технику и вооружение дадут — старье, и того в обрез? Но вот расходовать нас будут безо всякого сожаления.

— На то оно и начальство, чтобы за нас решать — как нам жить и как нам умирать, — философски заметил кто-то.

— Надо умереть — умрем, — голос Баскакова стал жестким. — Но вот по дури отдавать жизнь неохота.

— Первым делом, — решился подать голос я. — Надо из глотки у них вырвать больше машин, чтобы отделения по разным коробочкам не делить.

— Говорил уже, — вздохнул капитан. — Майор этот, Ярославцев, ответил так — если добавится людей, то и коробочки добавим.

— А что до остального, — продолжил я. — Тот факт, что они нас за черную кость держат, мы пока отменить не в состоянии. Вот как покажем себя в бою, так и будут к нам дальше относиться. Другого пути я не вижу.

— Мыслишь в правильном направлении, — одобрил меня Баскаков. — А шанс нормально показать себя в бою у нас только один: держаться друг за друга, оставить все понты в прошлой жизни и работать в бою так, как если бы мы два года вместе в этой роте отслужили, из одного котла хлебали, в одних окопах ночевали. И если еще кого нам подкинут, вбить им в голову ту же мысль.

На том и закончилось наше совещание. Устроившись на своей койке, я думал, что не засну — столько мыслей сразу ворочалось у меня в башке. Но сон подкрался внезапно, и я заснул глубоко, без сновидений — видимо, прошедший день достаточно вымотал меня.

Оренбургская область. Виталий Сергеев. Юрист районной администрации

Утро Того Дня я помню смутно. Просидел до пяти утра в интернете, а в отпуске торопиться некуда. В восемь жена разбудила, уходя на работу, жаловалась, что интернет стал виснуть. Ей на это всегда везет. Встал только к обеду. Поел и «уткнулся» в интернет. Все же с ним были какие-то проблемы. Гуглевский Хром вис по-страшному, пришлось пытать Эксплорер, с ним пошло лучше, хоть что-то стало открываться. На мейле четыре письма — три рассылка, одно — от друга, сидящего в Одессе на проекте, наверное, про турпоездку в Египет… Что за хрень! «Нас бомбят! Сообщи моим…» и телефоны… Шутник, блин. А что в новостных лентах… Вчерашнее. Пойдем в ЖЖ — виснет… Черт. Когда это я лимит исчерпал? Полмесяца дома не был! Что это жена качала?! Соцсети… Ну, эти всегда виснут. Да ну его, пойду делом займусь, до первого шесть дней осталось — как-нибудь проживу без скоростного интернета!

Дел дома — мама не горюй. Светильник маме починить, канализация вон забилась. А я пялюсь в монитор…

Так… Надо Косте позвонить, он должен уже отоспаться со смены, заскочит объяснить — куда в колеса секретные болты вкрутить. Сотовая молчит. Все три симки показывают «нет сети». Как всегда, вовремя! Но почему все три оператора-то? Что, стационарным пользоваться? Нахожу в справочнике номер.

— Алло, здравствуй, Ларис, Костя дома?

— Нет. На работе.

— Он же с ночи?

— Вызывали. Мобилизация.

— Учения у них, что ли? А я-то думаю, что вся связь молчит!

— Не учения, — Лариса срывается в плач. — Война!

— Какая война? Казахи, что, сбрендили?

— С НАТО, телевизор смотри, — и снова плач. Лара вешает трубку.

Что-то, брат Костя, ты с женой перемудрил! Ну, работаешь в секретной связи на погранзаставе, ну, учения у вас, пошто милку-то пугать? Стоп. Телевизор.

Молча подхожу к телику, включаю его. «Теленяня» — «нет сигнала от спутника», «Дискавери» — «нет сигнала от спутника», «Евроньюс» — та же песня… Так, а если без тарелки… По «Первому» фоны, но заставку хорошо видно: «ВНИМАНИЕ! Трансляция обращения президента РФ Д. А. Медведева…» Приплыли, что-то действительно стряслось. Но война?! С кем? Если с НАТО, то о ее начале я уже через пять минут бы знал, а теперь бы уже и не помнил. Маточная точка в трех верстах — если «Сатана» из шахты пойдет, не от падающей крыши, так от гептиловой вони проснешься! Да и накрыло бы нас уже давно, разнесло на атомы. Пальцы немеют, в правом подреберье просыпается тяжесть. Начинаю растирать. Что ж doleo ergo sum! С кем воюем-то? Наши-то, понятно, боятся нажать «большую красную кнопку», а натовцы, если уж начали, то могли бы хоть по РВСН отработать? А я вроде еще живой? Снова «бежали робкие грузины»? Китай? Во хрень!

Снова тянет к компу, но тут просыпается телик, и Медвед начинает вещать…

Вот это да! Все-таки немцы… Опять… Снова тянет к компу, но тут просыпается телик: на экране появилась морщинистая башка в очках.

— Итак, здравствуйте. Сегодня внеочередной выпуск информационно-аналитической передачи «Времена», и с вами я, ваш Владимир Познер. Сегодня у нас в гостях — эксперты. Правозащитница Валерия Ильинична Новодворская, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, журналист Леонид Млечин, историк Николай Сванидзе и политолог Сергей Кургинян.

Интересный форматик. Познер обычно вечером, один на один и не во вторник, а тут, поди ж ты, как!

— Итак, — продолжила голова с глубокомысленными морщинами, — тема нашей сегодняшней передачи Миротворческая операция сил НАТО на территории Белоруссии и Украины. Сегодня, как вы знаете, около четырех часов утра по Минску, Киеву, Львову, ряду других городов были нанесены ракетно-бомбовые удары странами НАТО.

— Все же НАТО. Стоп! СТРАНЫ НАТО?!!

— Имеются жертвы и разрушения. Пока нет официального заявления стран-участниц Североатлантического блока. Однако времена не терпят отлагательства. Я прошу высказаться наших экспертов. Как вы думаете, с какой целью войска НАТО вошли на территорию Белоруссии и Украины?

11
{"b":"154268","o":1}