ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Вандербикеры с 141‑й улицы
Исцеляйся сам. Что делать, когда все болит и ничего не помогает
Ханна Грин и ее невыносимо обыденное существование
Образ магии от Каннингема
Великие мужчины
Любимые английские сказки / My Favourite English Fairy Tales
Мы против вас
Технологии будущего против криминала
Когда пируют львы. И грянул гром
A
A

— Вы, простите, курили обыкновенный табак? — перебил его Ледогоров.

— Ха-ха! — Олег ткнул ведущего пальцем в грудь. — Вы подумали, я курил марихуану? Нет, не употребляю. Это были настоящие американские "Мальборо". Привез пару блоков из командировки в Гонолулу.

— Хорошо слетали? — веселился Ледогоров.

— Черт, что он ему слова сказать не дает? — разозлилась Ульяна. — Терпеть не могу таких ведущих. Не передача, а сеанс нарциссизма.

— Ну, этому гомику тоже палец в рот не клади, — заметил Влад.

Ульяна укоризненно цыкнула.

— В том-то и цимес, что я никогда не был на Гавайях! — Олег развел руками. — Но в ту ночь я твердо знал, что я недавно вернулся из командировки в Гонолулу, что я живу на правительственной даче в Сочи и что моя мать — генеральный секретарь ЦК КПСС!

Олег зашелся смехом. Ледогоров, согнувшись пополам, хохотал еще громче.

— Сын генсека! Я вас поздравляю! Вам повезло!

— Не то слово. Видели бы вы дачку. Тадж-Махал отдыхает!

— А кто ваша мама на самом деле? — поинтересовался Ледогоров.

— Хозяйка небольшого салона красоты. Она у меня до перестройки была партийной активисткой. Потом стала стричь подруг на дому. Дело пошло, она открыла свою парикмахерскую. Мы работаем вместе, я мастер-колорист.

— Мастер педикюра, — буркнул Влад.

Ульяна сказала задумчиво:

— Надо же… Оказывается, Тропинина в Реальности-1 бизнес-леди. Впрочем, все логично.

— Как вы объясняете этот феномен? — спросил Ледогоров.

Гость пожал плечами.

— А никак. Чудо. Понимаете, мы пашем каждый день, как папы карлы, — пожаловался он. — Дачку построили под Выборгом. В ипотеку впряглись — сестре на свадьбу подарок. В общем, деньги на кухне не шинкуем и на Мальдивы по выходным не летаем. А тут я попал в персональный коммунизм.

— Но вы же понимаете, что все это — причуды воображения? — настаивал Ледогоров. — Вы обратились к врачу?

— Зачем? Мне же не кошмары мерещатся. Мои галлюцинации приятны и безобидны. Шизофрения, как и было предсказано, ха-ха!

Олег исчез, и камера крупно показала демоническое лицо Ледогорова.

— У нас в гостях был Олег Тропинин. И это только одна жертва. Есть информация, что вирус распространяется с невероятной скоростью. Завтра его жертвами можете стать вы или я. Врачи не в силах скрывать, что все больше людей обращается к ним со сходными симптомами. А сколько несчастных просто постесняется пойти к психиатру! Ученые наотрез отказываются комментировать происходящее. Так возникают нездоровые сенсации, потому что всегда есть люди, готовые во всем видеть вмешательство сверхъестественных сил и даже… — Ледогоров сделал ироническую паузу, — всемирный масонский заговор. Один из таких людей согласился с нами встретиться. Наш следующий гость — Геровит.

На экране появился человек, сидящий спиной. Софиты подсвечивали его глянцевую лысину.

— Доброй ночи, Геровит. Простите, это ведь не ваше настоящее имя?

— Нет, — утробно проскрежетал лысый.

— К чему такая таинственность? Вы скрываете лицо, потребовали изменить голос, теперь представляетесь именем языческого бога…

— Потому что я не имею права говорить то, что собираюсь сказать. И существует могущественная организация, которая накажет меня за это.

— И что же такое вы имеете нам сообщить? — скептически поинтересовался Ледогоров.

— Нет, во дает! — восхищенно вскричал Влад. Потому что Геровит с экрана телевизора очень доступным языком поведал о Сбое.

— Позвольте, но должны же быть какие-то доказательства! — остановил его рассказ Ледогоров.

— Для тех, кто это пережил и переживает через каждые несколько дней, доказательства не нужны. Остальные все равно не поверят, ибо это выходит за пределы их личного и генетического опыта. Но всем нам есть над чем задуматься! Понимаете? — Геровит начал волноваться, так что сквозь искажение послышался живой человеческий голос. — Наступил предел! Мы вмешиваемся в законы природы, и она отвечает экологическими катастрофами разных масштабов. Мы замахнулись на очень тонкие сферы, на физику времени. Даже смерть уже недействительна! Допустим, я умер вчера, — печально предположил Геровит. — Умер в больнице от обширного инфаркта. Но сегодня я сижу перед вами как ни в чем не бывало. Сбой — уникальное явление природы. Но для нас оно оказалось всего лишь товаром. Не представляя, с чем имеем дело, мы тут же начали этим торговать. Сложнейший механизм во Вселенной оказался в руках невежественных и жадных до денег и славы…

Но дослушать Геровита не удалось. Из прихожей донеслось пиликанье домофона. Влад, побледнев, вскочил. Путаясь в джинсах, он попрыгал к окну — у дома ждала незнакомая машина. Полвторого ночи… Кто-то ошибся дверью? Как бы не так.

Звонок требовательно повторился.

— Кто это, Влад? Что нам делать? — прошептала Ульяна. И вдруг ужас в ее глазах сменился пониманием. — Господи! Ну я же говорила, надо было сразу позвонить. Одевайся. Я сама открою.

Влад не успел еще ничего сообразить, как вспыхнул яркий верхний свет. Вместе с ним в комнату ворвалась Лена и сходу отвесила Владу крепкую оплеуху. От бешенства ее волосы, перехваченные лентой, шевелились, как у Горгоны. В Лениной руке покачивалась открытая бутылка "Бэйлиса".

— Как ты себя чувствуешь? — озабоченно спросила Ульяна.

Лена смерила ее тяжелым взглядом.

— Спасибо. Мертвые не потеют. Для свежей покойницы я чувствую себя чудесно. А ты бы свитерок с горлом надела… У тебя на шее засос.

Ульяна схватилась рукой за шею и покраснела.

Лена саркастически хмыкнула.

— Понимаю. Снимали стресс.

Влад держался за пылающую щеку и не находил слов. Лена, живая и невредимая, стояла перед ним во всей красе — в черных лосинах, в голубой тунике, с наспех нарисованными ресницами и легким хмелем в глазах. Воистину, даже смерть недействительна… Вчерашний несчастный случай казался теперь ненастоящим — как дурной сон поутру. Однако Лена, похоже, так не считала.

Она глотнула из бутылки, облизала губы и вкрадчиво поинтересовалась:

— А ты как чувствуешь себя, Владик?

Влад покаянно опустил голову.

— Плохо, Лен. Можешь мне еще раз врезать.

Лена презрительно прищурила глаза.

— Ну что, доюродствовался? Разрулил ситуацию, рембо х…ев? Не доставайся же ты никому?

— Лена, я не хотел! — чуть не плача воскликнул Влад. — И вообще, это, может быть, не я…

— Не ты! — она тоже перешла на крик. — А с ружьем игрался тоже не ты? А на людей его наставлял тоже не ты? Да ты хоть понимаешь, что и тебе теперь конец! Генка не даст тебе ни одного шанса! Но это твои проблемы. Я, собственно, не к тебе.

Оставив обалдевшего Влада, она взяла за руку Ульяну.

— Выручай, подруга. Реальность-2 снова вернуться не должна.

— Лена, я… — Ульяна страдальчески нахмурилась.

Лена не дала ей договорить. Она говорила, вытирая под глазами непролившиеся слезы:

— Ульяна, я тебя прошу. Не убивай меня второй раз после того, как этот неврастеник уже постарался. Если хочешь, наш договор можешь считать расторгнутым. Только сохрани мне, пожалуйста, жизнь.

Лена с удовлетворением дождалась, пока по лицу Ульяны покатятся слезы. Потом, зыркнув в сторону Влада, сказала совсем другим, небрежным тоном:

— Между прочим, для твоего полудурка это тоже важно. Генка его точно засадит. Не в тюрьму, так в психушку. Мать моя женщина, что вы такое смотрите?!

Ульяна с Владом как по команде уставились в телевизор.

На экране вместо лысого широкоплечего Геровита выступал мужчина в хорошем костюме, с симпатичным доброжелательным лицом.

— Чтобы на ночь глядя не утомлять наших зрителей медицинскими терминами, скажу проще: это приступ ложной памяти. В мозгу происходит сбой, и он начинает принимать неизвестное за известное. Это явление еще в 1900 году описал французский медик Флоренс Арно. Оно называется дежавю — от французского "уже видел".

— То есть речь идет все-таки о болезни? — въедливо добивался Ледогоров.

70
{"b":"154311","o":1}