ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Чердыня обвел собравшихся взглядом, потом повернулся к Власову:

– Ну, господин генерал?

Власов поднялся. Он был высок, худ, с большими залысинами. В «Кобре» он служил с момента создания Русской службы комитета в 2010-м, довольно быстро дорос до начальника аналитического отдела. Все знали, что Власов умен, можно сказать – талантлив, но у него не сложились отношения с первым руководителем службы – полковником Лысенко. Это означало, что карьеры Власову не сделать… Но после того, как в октябре 13–го боевики группировки «Гёзы» уничтожили штаб-квартиру НК «Промгаз» – знаменитую Башню, Лысенко был обвинен в пособничестве, и прямо из этого кабинета едва не отправился в подвал, в «душевую». Лысенко в «душевую» не захотел – отлично знал, что его там ждет. Здесь же, в кабинете он покончил с собой, раздавив зубами ампулу с ядом, зашитую в кончик галстука. После этого карьера Власова пошла в гору. Спустя всего полгода он занял место начальника и в кратчайшие сроки вырос из майора в генерал-майора.

Власов кашлянул, бросил взгляд на часы и начал доклад:

– Чуть больше трех часов назад, в 3:02, в экспрессе «Мегаполис», следовавшим из Москвы в Санкт-Петербург, был совершен налет на спецвагон, в котором бригада сотрудников комитета осуществляла транспортировку особо важного груза. О характере груза я скажу чуть позже… Транспортировка – код два ноля семнадцать – осуществлялась под грифом «совсекретно», и о ней знал очень ограниченный круг сотрудников. Поэтому мы имеем веские основания полагать, что имела место утечка информации… Налет был подготовлен и проведен профессионалами. Уже сейчас мы знаем, что трое террористов сели на поезд в Москве. Все трое ехали в пятом купе восьмого вагона. Билеты они приобрели за три часа до отправления через интернет-кассу. Подлинность заявленных паспортных данных проверяется, но уже сейчас нет сомнений, что террористы использовали поддельные документы. Поезд остановили, примитивно сорвав стоп-кран. Сделано это было примерно в сотне километров от Твери, неподалеку от железнодорожного переезда возле станции Спирово. – Власов вывел на большой плоский монитор на стене, карту, показал: – Вот здесь… Бронированную дверь спецвагона открыли с помощью пластичной взрывчатки типа «Сим-сим» или «Отмычка». Четверо сотрудников, сопровождавшие груз, были убиты. Все – выстрелом в голову. Единственным. Понятно, что стрелял профи… Можно предположить, что там орудовал Кот. Об этом же косвенно свидетельствует отсутствие на месте стрелянных гильз – как известно, Кот предпочитает наган. Впрочем, в самое ближайшее время мы будем иметь результаты вскрытия и заключение баллистической экспертизы… Рядом с переездом террористов уже ожидали сообщники на автомобиле УАЗ типа «буханка». Груз похищен, увезен в неизвестном направлении. Похищены также документы сотрудников и их оружие. Оперативно-розыскные мероприятия по задержанию террористов результата пока не дали… В полусотне километров от переезда, где был совершен налет на спецвагон, в лесу у поселка Ивантеевка, был обнаружен брошенный УАЗ. – Власов показал фото – на лесной опушке стояла «буханка» с распахнутыми дверями. Отдельно – фотография номера. Номера были местные, тверские. – Номер, – добавил Власов, – местный. Происхождение автомобиля пока не установлено. Сейчас в поезде работают наши оперативники и эксперты. Допрашивают свидетелей, ищут следы. Примерно в одиннадцать часов поезд прибудет в Петербург. Будем проверять остальных пассажиров на причастность. Отпечатков пальцев ни в УАЗе, ни в купе, в котором ехали террористы, не обнаружено. Вероятно, они применили лак типа «Перчатка». Зато у нас есть копии паспортов, которыми пользовались преступники. Прошу внимательно посмотреть на фото. – Власов вывел на монитор копии паспортов и – отдельно, крупно – фотографии владельцев. – Больше никаких следов не обнаружено, – подвел итог Власов и замолчал. Он молчал довольно долго. Потом сказал: – А теперь о главном – о том, что было похищено при налете на спецвагон… По коду «два ноля семнадцать» из Москвы в Санкт-Петербург осуществлялась транспортировка шести антенн-усилителей к генератору биоволны «Ужас».

Власов произнес последнюю фразу и бросил взгляд на Чердыню. Чердыня сидел, положив на стол сжатые кулаки, и на них же, на кулаки, смотрел, молчал. Власов хорошо знал Чердыню и хорошо знал, что означают сжатые кулаки.

Собравшиеся в кабинете офицеры тоже молчали. Чердыня поднял глаза, обвел их взглядом.

– Я вижу, – сказал он, – вы пока еще не поняли, что именно произошло. – Чердыня вытащил из кармана пачку сигарет. Он был единственный, кому было дозволено курить в этом кабинете. Впрочем, он и не спрашивал разрешения… Власов достал из ящика стола пепельницу, поставил ее на стол. Чердыня прикурил, затянулся и выпустил колечко дыма. Потом сказал: – Что такое «Ужас», известно всем. А про антенны-усилители почти все вы слышите впервые. – Чердыня еще раз затянулся и раздавил только что прикуренную сигарету в пепельнице. – Так я вам объясню. Антенна-усилитель принципиально меняет характеристики «Ужаса». На порядок увеличивает его мощность. Дальность действия стандартного «Ужаса» составляет порядка четырехсот пятидесяти метров. А с антенной-усилителем он «бьет» едва ли не вдвое дальше… Впрочем, пусть лучше специалист объяснит. – Чердыня повернулся к Власову: – Специалист здесь?

Власов нажал на кнопку в основании массивного письменного прибора, спросил:

– Михельсон здесь?

– Так точно, ждет, – ответил прибор голосом адъютанта.

– Давай его сюда.

Через несколько секунд в кабинет распахнулась, вошел полный рыхлый мужчина лет тридцати пяти, в очках, с бабьим лицом. Он остановился на пороге, представился:

– Лейтенант Михельсон, старший специалист двенадцатого департамента.

Чердыня уже несколько раз общался со Михельсоном и знал, что специалист толковый, но тип неприятный и сильно потеет.

Власов произнес:

– Подойдите сюда, лейтенант, и расскажите об антеннах-усилителях.

Михельсон подошел, обратился к Власову:

– Позволите подключиться к вашему компьютеру для демонстрации…

– К моему не позволю, – перебил Власов. – Но компьютер вам сейчас принесут.

Генерал нажал кнопку в основании письменного прибора, сказал: принесите Михельсону дежурный комп… В ожидании «дежурного компа» лейтенант Михельсон переминался с ноги на ногу. Он явно волновался – формально Михельсон являлся кадровым офицером «Кобры», но был всего лишь техническим специалистом двенадцатого (технического) департамента. Через полминуты адъютант внес в кабинет ноутбук. Михельсон воткнул флэшку в гнездо и начал говорить:

– Полагаю, что о воздействии на человека генератора биоволны, известного также как «Ужас», наслышаны все. Значение этого прибора для разгона митингов и демонстраций невозможно переоценить. Однако должен заметить, что вокруг этой темы гуляет много домыслов. Поэтому я считаю необходимым сделать некоторые пояснения… Итак, генератор биоволны был разработан НИИПр[2] по заказу нацкорпорации «Промгаз». Первые полевые испытания прошли в лагере общего режима под Смоленском в августе 2009–го года. Там прибор зарекомендовал себя не совсем удовлетворительно и после некоторых доработок его вновь испытали в лабораторных, а после и в полевых условиях. На этот раз прибор показал вполне приемлемые характеристики, был поставлен в производство. Первое реальное применение прибора прошло в Санкт-Петербурге в октябре 10-го. Генератор применили против колонны демонстрантов численностью около четырех тысяч человек. Колонна двигалась по мосту. На этот раз прибор проявил себя в высшей степени эффективно – некоторые из демонстрантов настолько не контролировали себя, что даже прыгали с моста прямо в Неву… Я могу продемонстрировать документальные кадры, снятые нашим оператором…

– Это ни к чему, – ответил Чердыня. Он хорошо помнил эти уже далекие события – лично наблюдал их с шестнадцатого этажа строящейся Башни.

вернуться

2

Научно-исследовательский институт приборостроения (г. Жуковск)

14
{"b":"154346","o":1}