ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Желтозубый замахал руками.

— Ну что вы, что вы. Нет-нет, вы очень любезны, но я не заслуживаю такого внимания. — Он смиренно склонил голову и стыдливо продолжил. — Талант всегда одинок. И тот дурак об этом знал, вот и дал мне пинка под зад. Не потерпел конкуренции.

Квейгмайер откинулся на спинку сиденья, вцепился в руль и вздохнул, всем своим видом демонстрируя, как глупо тратить такие грандиозные способности на простое управление машиной.

Бригадиру почудился запах горелой пластмассы.

Желтозубый горестно взглянул на пассажира.

— Один, один, совсем один. — Он обиженно потрогал подбородок. — И всегда я был один. Такому могучему интеллекту разве легко ровню сыскать?

* * *

Убийца стоял на углу возле здания суда. Он сунул в рот пальцы и с удовольствием потрогал гладкие ямочки и мягкие припухлости в тех местах, где когда-то были зубы. Подушечка нащупала острый обломок гнилого резца.

На другой стороне улицы стоял сын убийцы. Вот оно — живое подтверждение человеческого бессмертия. Генетическое море. Мелькнула знакомая ассоциация, убийца улыбнулся.

«Море крови внутри каждого из нас, и оно вечно проливается наружу».

Щен нервничал, но держал себя в руках, он настороженно оглядывался и разговаривал с Джой. Скажет пару слов и быстро взглянет на дорогу. Разве можно так себя вести! Убийца посмотрел на здание суда и сплюнул под ноги. Липкая струйка слюны протянулась по краю тротуара. Розовая от крови. Он удовлетворенно покивал, но тут же снова вспомнил о мальчике и сердито фыркнул.

«Парнишка он башковитый, — подумал убийца. — Выживет. Весь в отца. Но вот инстинкта хищника у него нет. Он какой-то другой, в чем-то даже — прямая моя противоположность».

Словно почувствовав его сомнения, Щен повернулся и помахал убийце рукой. Щен всегда знал, когда отец рядом. Интуиция. В такие моменты мир вокруг словно отражался в луже крови.

Убийца нырнул в поток машин. В сантиметре от него просвистел бампер, но человек оказался проворнее.

— Слушай, — тут же закричал мальчик, потянул отца за рукав и таинственно прошептал: — Помнишь того парня, с которым я был в баре? Помнишь его?

— Ясное дело. Человек, который должен был стать мной.

Убийца глянул на Джой, приподнял брови, но девушка не обратила на него никакого внимания. Тогда он разочарованно сунул пальцы в рот, темные пятна на коже окрасились свежей алой краской, по нижней губе растеклось розовое пятно.

Джой отшатнулась, потрогала шрамы на лице, нажала пальцем на каждый по очереди, как будто шифр набирала.

Убийца сконфуженно вытер губы и пробормотал извинения. Он робко улыбнулся девушке:

— У меня с зубами ужасные проблемы.

— Слушай, — тряс его Щен. — Ну послушай же, не отвлекайся! Того парня скоро привезут сюда и будут судить.

— Ага, я понял, Щен. Успокойся. Я слышу. И не только здесь. Мне повсюду мерещится твой голос. — Убийца рассмеялся и тронул сына за плечо.

— А там, на ступеньках, стоит один тип. Только не поворачивайся, не смотри на него… — Мальчишка зашипел и закрыл глаза, как будто ждал удара — Он сразу догадается, что мы за ним следим.

— Тогда как же я его увижу?

— Ладно, только осторожно. — Щен коротко глянул на здание суда. — На нем коричневая кожаная куртка, худой такой, нервный. Видишь его? В армейских штанах. Ну, видишь?

— Да, да, да.

— Он говорил мне, что хочет убить дурака. Я с ним разговаривал. И он так сказав.

Убийца нахмурился.

— Спокойно. Какое тебе дело до этого придурка? Чего ты так раскипятился?

— Ничего.

— И кто он вообще такой? Чего ты его слушаешься? Может, он к тебе подход нашел? Тебя к нему тянет, а ты и не знаешь с чего, а? Главное, чтоб инстинкт выживания сработал. Ну давай, рассказывай, я же должен понять, что происходит.

Щен никак не мог подобрать нужных слов. Тогда он решил выдать самый убийственный аргумент.

— У него куча денег.

— Деньги — пыль. Послушай отца, у меня мудрости полон рот. — Убийца улыбнулся Джой и подмигнул. — Хорошая шутка!

Она снова отступила на шаг, всеми пальцами ощупывая паутину белых шрамов.

— Я понимаю, ты думаешь глазами, а не мозгами, — сказал ей убийца. — Глаза просто наблюдают, судят обо всем по внешним проявлениям. Подсчитывают очки, оценивают жизни людей, видят смысл в бессмыслице, привносят порядок в хаос. Особенно весело бывает, когда точно знаешь, как они ошибаются. Вот это потеха так потеха. Для меня. Для тебя. Для всех.

— Ты можешь заткнуться и просто послушать? — Щен почти кричал.

— А ну полегче, мальчик! Не забывай, с кем разговариваешь, понял? — Щен разочарованно поглядел на убийцу, и тот сдался: — Ладно, проехали. Уважать отца тебе и правда не за что. Небось такого папашу на Новый год не заказывают.

Убийца нервно улыбнулся. Джой испуганно посмотрела сначала на него, потом на ступени суда. Девушка была очень взволнована. Она молчала, но что-то дрожало у нее под кожей, словно какое-то существо билось и брыкалось.

— Ты должен остановить этого типа! Он собрался убить дурака.

— Я с ним встречался. Его зовут Ерш.

— Да знаю я, — провыл мальчик. — Знаю.

— А что это он такое держит, как ты думаешь?

Убийца погладил узкий подбородок, провел тыльной стороной ладони по щетине, потер, довольно покачивая головой в такт. Приятный звук.

Щен нетерпеливо ждал, пока отец придет в себя.

— Да что угодно. У него руки все время в карманах. Наверное, это… Раньше у Ерша был пистолет и пара ножей в придачу. Он их прятал в тайнике в стене.

— Шепотом, пожалуйста. Давай потише.

— Ладно.

— Людей в форме я вижу, — тихонько сказал убийца. — А в штатском ты никого не заметил?

— Видел пару-тройку. Вон один в сером костюме у дверей ошивается. Другой в плаще и темных очках на верхней ступеньке башкой вертит.

— Ага, вижу. У тебя мой глаз. Зоркий. Все примечает.

— Ты можешь взять Ерша на себя? С ним еще девушка. Бывшая девушка Черрепью. Ее зовут Голубица.

— Черрепью? Чудесное имечко. Прямо слезы наворачиваются, — спокойно сказал отец мальчика.

— Это тот парень, которого зарезал дурак. — Щен горестно вздохнул.

— А-а, — пробормотал убийца.

— Я могу ее отвлечь, — сказал парнишка. — Подрезать ей сухожилия под коленками. Я видел, так Ерш делал. Человек просто падает как подкошенный.

— Хороший мальчик. Вот это дело, вот это я понимаю. Весь в меня. — Убийца с гордостью посмотрел на Щена. Он хотел для сына самого лучшего, но при этом чувствовал непреодолимую потребность поделиться не только опытом, но и кошмаром своей жизни с единственным близким ему человеком. — Очень ты об этом дураке печешься, а? — слегка огорченно спросил убийца.

— Я же тебе говорю, у него много денег. Ты меня вообще слушаешь или как?

— Не надо пудрить мне мозги. Ничего страшного, если твое сердце тянется к людям. Думаешь, ты один такой? Просто не расслабляйся… Не дай любви разорвать себя на куски. А не то тебе худо придется. Кстати, ты нашел тот зуб, что я тебе оставил?

— Вот он.

Щен быстро вытащил из кармана бумажный платок с зубом и шмыгнул носом. Мальчик показал талисман отцу, улыбнулся, снова завернул и сунул обратно в карман. Он старался не отвлекаться надолго от толпы на ступенях.

— Очень хорошо, — сказал убийца. — Сохрани его. Это номер девять, а тела у нас еще нет. Ради тебя я нарушил правила, уравнение, которое создал сам, учение о ничтожности и страдании человека. Зуб у тебя, значит, ты должен стать мостиком от одной части целого к другой. И не вздумай с треском сломаться. Ты в самом центре событий, так что не давай мне повода задуматься над твоей ролью. Я на тебя рассчитываю.

Щен кивнул. Он всегда так делал, когда не понимал сказанного отцом.

— Так ты мне поможешь? Поможешь ведь?

— Ты же мой сын, разве нет? — Голос убийцы стал мягче, в нем зазвучала печаль. Он поднял руки, как будто заиграл на невидимой скрипке. — Я мог дать тебе так немного. Бедняга, ты же даже живешь на улице. Это меньшее, что я могу для тебя сделать. Для тебя и того человека, который должен был быть мной. В каком-то смысле я буду спасать самого себя. Чувствуешь связь? Врубаешься?

50
{"b":"154360","o":1}