ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

словно кружку для пожертвований.

— У вас нет денег?! — продолжал ломать комедию Нар. — Значит, придётся

отработать. За мной, герой!.. — гном снова надел шлем и обернулся к

валяющимся на тропинке мешкам. 'Неужели всё это тащить дальше?!' -

ужаснулся Витя, и хотел было уже последовать за гномом, как за спиной у

него раздалось громкое 'Кх-м!…'

Голос вроде был Машин, а вот тон, которым было сказано это 'Кх-м…'. По

опыту Витя знал, что такой тон не предвещает ничего хорошего…

Обернувшись, он увидел, что девушка стоит, уперев руки в боки, и

внимательно смотрит на гнома и эльфа.

— Ещё четыре стрелы… — начала говорить она ласковым голосом,

совершенно не вязавшимся с выражением её лица. Витя на всякий случай

сделал шаг назад, и чуть не наступил на гнома, которому пришлось

отпрыгнуть в сторону. — Ещё четыре трупа… — продолжала Маша.

— Ну да… Двое с луками были, а двое с кистенями… — подтвердил

умозаключения девушки Нар. — Луки, кстати, так себе, — он презрительно

скривился, — Но до вас бы дострелили…

— Так вы заранее знали, что тут засада?! — голос Маши поднялся и перешёл

почти в ультразвук. Гном поморщился, эльф дёрнул ушами, а Витя сделал

ещё шаг назад и чуть не упал, споткнувшись об один из мешков. — Да как вы

могли!? Да его бы… — Маша ткнула пальцем в Витю, — Этот… — теперь палец

указывал на покойного громилу, — …Убить мог!

'Надо же, какая трогательная забота о моей скромной персоне', - подумал

Витя. — Вот уж никогда бы не подумал…'

— Да они бы!.. Меня!.. Могли… — продолжила было девушка зачитывать

список обвинений, но от возмущения у неё сбилось дыхание, и теперь она

только широко раскрывала рот, словно выброшенная на берег рыба.

— Не могли… — тихо произнёс Элдуисар, ковыряясь своим неразлучным

кинжальчиком в ногтях. — Ни тебя… Ни его…

— А ткнуть вас носом в местные… — гном наморщил лоб, — реалии… Было

надо. Так что… — развёл он руками.

— Да сколько ж можно тыкать-то?! — возмутилась снова обрётшая дар речи

девушка.

— Столько, сколько нужно. Для вашей же пользы, между прочим, — отрезал

гном, и склонился над мешками. — Так, что тут у нас?..

В первом мешке оказались какие-то шмотки, пара дырявых сапог, пара

коротких ножей, маленький мешочек, в котором, когда Нар его встряхнул,

что-то приятно звякнуло, моток верёвки, ржавая подкова, деревянная миска,

деревянная же кружка, и почему-то большой амбарный замок без ключа.

Озадаченно повертев замок в руках, гном положил его на траву и принялся за

второй мешок.

— Мародёрствуем? — эльф, как обычно, подкрался незаметно и теперь стоял

прямо за спиной у гнома.

— Хомячим… — буркнул Нар, не отрываясь от процесса потрошения трофеев.

— А в чём разница? — заинтересовался Элдуисар, заглядывая коротышке

через плечо.

— Ну-у… — Нар изобразил своей лапищей в воздухе какую-то

неопределённую фигуру, — Мне слово больше нравится.

— Аа-а… — понимающе протянул остроухий и отошёл в сторонку, доставая

свой неизменный кинжальчик, которым он обычно чистил ногти при каждом

удобном случае.

Через пятнадцать минут содержимое всех мешков, кроме одного, валялось

на тропинке, разделённое на две неравные кучи. Гном посмотрел на кучу, что

была побольше, оценивающе оглядел Машу и Витю, сокрушённо покачал

головой, обернулся в сторону ковыряющегося в своих ногтях остроухого,

открыл было рот, но, так ничего и не сказав, огорчённо вздохнул и принялся

пересортировывать трофеи по второму разу.

Процесс шёл тяжело. Гном уже почти сроднился с каждой из отложенных

вещей, и теперь расстаться с чем-нибудь для него было, как от сердца

оторвать. Однако делать было нечего. Жадность жадностью, но рассудок

говорил, что всё унести не удастся, а если удастся — то недалеко. На себе всё

не попрёшь, а 'эта хилая современная молодёжь' и без груза-то передвигается

с трудом, и если их ещё и нагрузить… Свалятся через пару-тройку сотен

шагов.

В результате вторичной переборки куча очень ценных и нужных вещей,

которые совершенно необходимо было унести с собой, стала всё-таки

немного меньше кучи бесполезного… ну, почти бесполезного барахла,

которое, скрепя сердце, можно было бросить на тропинке.

— А ну-ка, подойди… — обернулся Нар к Вите.

'Сейчас начнёт грузить', - догадался сообразительный парень. — 'В смысле -

наделять грузом.'

Однако тут он не то, чтобы угадал, но угадал не совсем…

— Примерь, — гном кинул Вите вытянутые из кучи барахла потёртые

кожаные штаны.

— Витя автоматически поймал брошенную вещь, и тут же протянул её

обратно коротышке.

— Не хочу я этот сэкондхэнд носить, — безаппеляционно заявил он, брезгливо

держа продукцию местной швейной промышленности на вытянутых руках.

— Во-первых, не ругайся, — нахмурился Нар, — Ты, между прочим, в

приличном обществе, и некоторые, — гном ткнул себя пальцем куда-то в

бороду, — таких ругательств, как твой 'сэкондхэнд', просто не знают. А во-

вторых: давай надевай быстрее! Вентиляция сзади, это, конечно, здорово, вот

только застудиться недолго… Да и комашки тут разные ядовитые водятся…

паучки там всякие… Укусит оно тебя за энто место… И поминай, как звали. А

штаны чистые, стиранные — не переживай. У кого-то запасная пара была…

Вот и пригодилась… Только не ему. Может, конечно, тебе вон те больше по

душе, — гном ткнул пальцем в сторону трупа, — ну так, иди, снимай…

Предложенная альтернатива парню не понравилась, так что он, тяжело

вздохнув, направился 'в примерочную', то есть — к ближайшим кустам.

Штаны оказались как раз впору. Немного пришлось повозиться только с

деревянными шпеньками, котрые, по видимому, заменяли здесь пуговицы.

Ремень Витя оставил старый — от джинсов.

— Так… — с удовлетворением кивнул гном, когда Витя явился в обновке пред

светлы очи честной компании. — Годится… Подштанники бы ещё достать, но

пока и так сойдёт… А вот сапожки тебе всё же придётся у покойничка

позаимствовать. Больше здесь ни у кого подходящего размера нет.

— Может, не надо? — замялся парень.

— Надо, Витя, надо… — покачал головой гном. — Сейчас можешь не одевать -

понесешь в мешке. Но вот это… Гм… которое на тебя обуто, вот-вот

окончательно развалится. На руках тебя, как сам понимаешь, никто носить не

собирается, а босиком далеко не уйдёшь. Так что вперёд!

Рассудив, что выдёргивать из трупа стрелу противнее, чем снимать с него

сапоги, а следовательно — самое страшное уже позади, Витя поплёлся к

покойнику.

Маша, давно уже определившая, что ни в куче трофейных шмоток, ни на на

трупах, нет ни одной вещи её размера, и следовательно, участь несчастного

парня ей сегодня не грозит, с интересом наблюдала за процессом со стороны.

Действительно, первый сапог снялся относительно легко… Снялся-то он

снялся… Но Витя сразу выпустил его из рук и, согнувшись, закашлялся.

Стоявшая неподалёку Маша резво отпрыгнула в сторону, зажимая нос

руками. Похоже, бывший обладатель этой обувки последний раз мыл ноги

минимум полгода назад.

— Этими сапогами… во врагов… бросать надо! — в промежутках между

приступами надсадного кашля выдал рацпредложение Витя, — Больше двух

минут никто не продержится… Задохнутся!

— Между прочим, в цивилизованных странах химическое оружие запрещено

— в кои веки поддержала земляка Маша, вытирая выступившие на глазах

слёзы, и на всякий случай отступая ещё дальше.

— Где ж ты тут видела 'цивилизованные страны'? — удивлённо огляделся по

сторонам гном. — А про оружие… Это… Химическое — вы хорошо придумали.

35
{"b":"154405","o":1}