ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

меня есть, моим противникам пока ни холодно, ни жарко…

— Гм… Почесал бороду Нар, хитро прищурив глаз. — А что мне за это будет?

— Повышение боеспособности отряда, — твёрдо заявил Витя.

Гном задумался.

— Ну что ж… Уговорил! — вынес он вердикт через полминуты. — Но гонять

буду как солёного ухра! Не обижайся потом!

— Согласен! — просиял парень, и коротышка получил наконец возможность

продолжить разбор завалов, то есть — трофеев.

Похоже, сейчас настала очередь деревянного ящичка. Перед тем, как делать

вскрытие, гном повертел его в ручищах, что-то при этом недовольно

бормоча.

— Ладно, художественной ценности сей предмет не имеет, магической

защиты вроде тоже, а потому можно применить грубую силу, — в конце-

концов заявил он, — но вы отойдите-ка пока на всякий случай подальше. -

Только перед этим, мой новый ученик, — гном кивнул Вите. — Подай-ка сюда

свою старую ковырялку.

Парень послушно поднял с земли и передал Нару свой бывший недомеч, и

поспешил присоединиться к успевшей сделать шагов двадцать по тропинке

Маше.

Гном между тем всунул импровизированную фомку под крышку,

поднажал… В ящике что-то громко хрустнуло, и крышка резво отскочила.

Под ней оказался ещё один ларец.

— Смерть Кащея, — громко прокомментировал Витя увиденную картину… — В

ларце — яйцо.

Нар озадаченно крякнул, и приподнял крышку ларца.

— Угадал! — обернулся он к парню, запустив лапу внутрь находки. После

чего достал из ларца…

Что-то сильно напоминающее изукрашенное непонятными узорами

пасхальное яйцо.

При взгляде на него Вите почему-то вспомнились слова из известного

анекдота: '…набить морду страусу'. Яичко было явно больше куриного. Хотя

до страусиного тоже не дотягивало. Какой-нибудь ботаник, наверное,

мгновенно бы сообразил, какая птичка могла его снести, но 'ботаник', как

впрочем, и 'зоолог' — это было не про Витю. Среди его друзей по прошлой

жизни слово 'ботан' было ругательным, потому прослыть этим самым

ботаном никто не хотел.

— А сколько у твоего Кащея было смертей? — задумчиво поинтересовался

гном, подкидывая в руке найденное яичко.

- 'Двум смертям не бывать, а одной не миновать', - пожав плечами,

пробормотал удивлённый вопросом парень.

Нар улыбнулся, и жестом фокусника извлёк из ларца второе яйцо.

— Ты уверен?

— Двух смертей не бывает! — авторитетно заявила Маша, которая к этому

времени, заинтересовавшись процессом, подтянулась поближе. — Может, у

него там, как в компьютерных игрушках, не смерти, а жизни были? Типа,

'осталось две жизни…', 'осталась одна жизнь…'

— В яйцах? — с сомнением почесал в затылке Витя.

— Пошляк! — возмутилась девушка, и с негодующим видом отвернулась.

— Ладно, порезвились — и хватит… Продолжим. — Нар расстегнул куртку.

Витя широко распахнул глаза. Под ней у коротышки оказалось нечто вроде

разгрузочного жилета, надетого прямо на кольчугу. — Так… — И пара 'яиц' — не

пустяк, — удовлетворённо заметил гном, распихивая находки по словно

специально для них предназначенным кармашкам. — Ну чего уставились? -

Сюда смотреть надо! — кивнул он в сторону открытого ларца. — Здесь ваша…

как её? Материальная компенсация за понесённый моральный ущерб!

— А где ты таких слов нахватался? — заинтересованно спросила Маша, давно

заметившая, что гном любит время от времени вставлять в свою речь всякие

'умности'.

— А что? Что-то не так сказал? — всполошился гном.

— Да нет… Всё так, — успокоила его девушка. Просто интересно… Так где?

— Гм… Поживёшь с моё, повидаешь разных… Да, очень разных людей… а

иногда и не совсем людей… — важно надул щёки Нар. И тоже будешь такая же

умная.

Маша с трудом удержалась от того, чтобы не рассмеяться. Пришлось даже

отвернуться на всякий случай. 'Такая же умная!' Это насколько же надо

отупеть, чтобы стать такой же умной, как этот коротышка?. Себя она считала

в два, а может и в три раза умнее, чем все здесь присутствующие, вместе

взятые. Ну, может, вон тот симпатичный ушастик почти такой же умный…

Хотя… Если он уже столько времени не может понять, что рядом с ним уже

столько времени топает счастье любого мужчины… Какой же он умный?

Нет…

Рассуждения девушки прервал приятный звон. Маша встрепенулась. Эти

звуки она уже слышала. Это могут быть… Она обернулась.

Да! Гном перевернул ларец, и из него на подстеленную тряпку посыпались

монеты!

— И что за грабители пошли? — разочарованно вздохнул Нар, окинув

критическим взглядом не очень внушительную кучку медяков, среди

которых каким-то чудом затесалась одна единственная серебрушка. — Это

называется 'добыча'? Тьфу!

У Вити с Машей было другое мнение. На прошлом шоппинге, когда они

снаряжались в поход, на покупки ушло значительно меньшее количество

таких же медяков.

— Это всё ваше. Делите сами, — гном небрежно отмахнулся от валяющегося

на земле презренного металла. Причём, что этот металл именно презренный,

было хорошо видно по выражению его лица.

— А как же вы… с ним? — Витя кивнул в сторону невозмутимо сидящего в

сторонке остроухого.

— Как-то переживём, — зевнул Нар. — Быстрее делитесь, уходить пора.

Землян долго упрашивать не пришлось. Рухнув на колени возле

неожиданно обретённого богатства, они принялись делить одну небольшую

кучку меди на две очень небольшие. Процесс протекал стремительно. Не

прошло и минуты, как медяки были поделены поровну. Заминка вышла

оставшимися ценностями: серебряной монетой, на которой был изображён в

профиль какой-то лысый мужик, и… Невзрачного мутно-голубого

каплевидного кулончика, на взгляд парня, не стоившего и медяка.

Однако он решил проявить широту души: не стал торговаться, а просто

предложил Маше самой выбрать, что она хочет.

Девушка, естественно, потянулась к монете… Но в последний момент её

рука словно сама собой дёрнулась в сторону дешёвой стекляшки, и крепко её

схватила.

— Вот примерно так в средние века конкистадоры выменивали у глупых

американских индейцев золото на стеклянные бусы, — прокомментировал

Машин выбор Витя, подгребая к себе серебрушку. — Вот только в учебниках

истории забыли уточнить, что от аборигенов в торге участвовали не

индейцы, а индейки… или индюшки? — парень задумался.

— Индианки, историк! — Маша потянула за висящую на шее цепочку,

подаренную ей нищим ещё в Малых Сотках.

— По-моему, они одинаковые, — резюмировал Нар, на секунду оторвавшись

от очередного пересортировывания трофеев, к которому он уже успел

приступить, и бросив быстрый взгляд на два лежащих на Машиной ладони

кулончика.

— Только цвет разный, — проявил наблюдательность Витя, глядя, как девушка

цепляет голубую 'каплю' рядом с зелёной.

— Теперь будет две капельки, — Маша заботливо спрятала цепочку с

кулончиками под одежду.

— Чем бы дитя не тешилось… — отвернувшись, пробормотал вполголоса

Витя. В этот момент он явно ощущал своё мужское превосходство. Уж он бы

точно не выбрал дешёвую побрякушку вместо настоящей серебряной

монеты.

Между тем гном, по видимому, окончательно разобрался с трофеями. Они

были разделены на три неравные части.

— Это несу я, это — ты, а это — ты, — распределил Нар ношу. Как Витя и

подозревал, ему досталась самая большая куча.

— А он? — Витя снова кивнул на Светлого. Тот уже закончил с ногтями ('Что-

то очень быстро сегодня' — удивился парень), и сейчас поправлял причёску,

смотрясь в маленькое серебрянное зеркальце. Маша, тоже взглянувшая на

эльфа-метросексуала, тут же полезла в сумку. Унеё же тоже причёска

растрепалась! Как она могла забыть?!

37
{"b":"154405","o":1}