ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

вот только ещё недавно не хотел расставаться с кроссовками.

— Отставить разговорчики! Подтянулись! На горизонте ужин и ночлег! -

подбодрил молодёжь Нар. — За мной!

Через минуту отряд уже подходил к трактиру. Или постоялому двору? По

крайней мере, двор вокруг трактира точно имелся. Вообще, местный

культурно-развлекательный центр до боли походил на остальные домишки

этого богом забытого села. Только размерами был примерно в два раза

больше. Как и расположенный рядом с ним сарай, соединённый с основным

зданием крытым переходом.

Похоже, ветер опять переменился, так как обоняние уставших и

проголодавшихся путников вновь уловило очень вкусные ароматы,

пробивавшиеся даже сквозь запах субстанции, налипшей на обувь Маши и

Вити. Что характерно, и гном, и следовавший позади всех, подобно

безмолвной тени, эльф, как-то избежали попадания в пахучие ловушки.

Очевидно, сказывался опыт.

Едва путники вошли во двор, как откуда-то то ли из здания, то ли из-за

него, раздался душераздирающий визг. Маша и Витя, вздрогнув, замерли на

месте, а остроухий с коротышкой, не поведя и ухом, продолжили свой путь к

широким дверям трактира, рядом с которыми в держаке весело пылал

одинокий факел.

Через несколько секунд визг резко оборвался на самой высокой ноте.

— На ужин будет поросёнок, — удовлетворённо заметил гном.

Маша поморщилась. Нет, она была совсем не против отведать поросятины,

даже наоборот — двумя руками 'За'. Сегодняшний день был богат на

приключения, но крайне скуден на кормёжку. Вот только хотелось, чтобы еда

перед приготовлением вела себя тихо и цивилизованно, а не орала, как

резанная. Хм… Почему 'как'?

'Хорошо хоть режут за домом, а не перед' — мрачно подумала Маша. А

вслух заявила, обличающее указывая на корыто с водой, лежащее на земле у

входной двери заведения.

— Дыра! У них даже поилка для свиней у главного входа трактира стоит.

— Это не поилка для свиней, а мойка для сапог, — наставительно заметил

гном, снимая со стены один из висящих над корытом скребков. — Или ты

собираешься зайти в приличное заведение в таком, — он демонстративно

потянул носом, — виде?

— Приличное заведение… — пробормотала Маша, скептическим взглядом

окинув неказистую постройку. Но всё же взялась за скребок. Витя, тяжело

вздохнув, последовал её примеру. А вот чистюля-эльф к собравшейся у

корыта честной компании не присоединился. Странным образом его обувь

была всегда чистой, по какой бы пыли или грязи не приходилось топать.

'Магия, блин!', - бросил Витя завистливый взгляд на замершего в отдалении

Элдуисара. — 'Хорошо некоторым!..'.

Наконец обувь была вычищена. Маша, с удовлетворением оглядев свои

потрёпанные, но теперь чистые кроссовки, мечтательно произнесла:

— Теперь бы ещё принять ванну…

— … выпить чашечку кофе… — подхватил Витя, в отличие от своей спутницы

отнюдь не страдавший от того, что в походе не получалось помыться в конце

каждого дня.

— Аристократы, блин… — протянул Нар. — Так! Ванну не обещаю, а вот лохань

с горячей водой получить сможет любой желающий. За свои деньги,

естественно — поспешил он уточнить, увидев обрадованное лицо девушки.

Но даже это уточнение не смогло испортить ей настроение.

Гном хмыкнул, и скомандовал:

— Вперёд!

Машу и Витю не надо было долго упрашивать. Они ринулись к заветной

двери трактира, подобно небольшому стаду голодных бизонов.

Коротышка только тяжело вздохнул: 'Эх, молодёжь!..', и сокрушённо

покачав головой, неторопливо и солидно взошёл на крыльцо.

Изнутри местный культурно-развлекательный центр оказался столь же

неказист, как и снаружи. Деревянные некрашеные стены, деревянный же

некрашеный пол… Потолок, наверное, тоже был деревянный и некрашеный,

но за толстым слоем чёрной копоти этого было не видно.

— М-дя… 'Комната с белым потолком' — это не здесь, — тихо резюмировал

Витя.

— Ты по потолку, что, ходить собираешься? — иронично поинтересовался

подошедший сзади гном.

— Да нет… Но как-то неэстетично…

— Неэсте… как? — поскрёб Нар свой шлем в области затылка.

— Чего изволят гости дорогие? — освободил парня от объяснений

послышавшейся слева низкий мужской голос.

Все путники, включая подтянувшегося Светлого, обернулись в сторону

источника звука. Мужчины там, к всеобщему удивлению, не оказалось.

Оказалась стоящая за барной стойкой женщина. Правда, размеры у неё…

Вите сия дама напомнила Атаманшу из мультика 'Бременские музыканты'.

Но всё равно, голос как-то не соответствовал…

Мужчины в помещении были. Аж четыре штуки. Но с противоположной

стороны. Они сидели в углу у камина за одним из четырёх столиков, каждый

из которых был рассчитан на полудюжину людей. Типичные крестьяне, судя

по одежде, лохматобородатости, и отвалившимся при виде внезапно

нарушившей их уединение странной компании челюстям.

Так как их рты были раскрыты, но не шевелились, приписать заданный

вопрос местным пейзанам было никак невозможно. Разве что среди них

находился чревовещатель.

— Так чего изволите? — голос, в котором теперь прорезались нотки

нетерпения, как выяснилось, всё же принадлежал Атаманше.

Как и следовало ожидать, роль выразителя воли всего отряда взял на себя

гном. Причём, как обычно, никого не спросив.

Сделав пару шагов по направлению к великанше, Нар задрал голову, и

озвучил общие пожелания:

— Ужин и ночлег на четверых.

Позади послышался негромкий 'тяв'.

— На пятерых, — сориентировался коротышка, скосив взгляд на Пушка,

непонятно когда успевшего проскользнуть внутрь заведения вслед за

остальными.

При виде беззаботно вилявшего пушистым хвостом Белого Оборотня

Атаманша нахмурилась.

Маша уже подумала, что она сейчас скажет 'С собаками нельзя!' и

приготовилась защищать своего четвероногого друга.

Однако та и бровью не повела.

— Это всё? — меланхолично поинтересовалась она, одновременно протирая

перекинутым через плечо полотенцем большое медное блюдо, бросающее по

сторонам блики в мерцающем свете нещадно чадящих настенных масляных

светильников.

— И мне лохань с горячей водой в ном… В комнату! — осмелилась

реализовать свою мечту последних дней Маша.

По два медяка с двуногих и один медяк с четвероногого, — огласила прайс

хозяйка. — Плюс медяк за купальню! Итого — десять медяков!

— Целый медяк за собаку! — возмутился гном.

— И чего он так возмущается? Я думал — минимум золотой сдерут! — шепнул

девушке удивлённый Витя.

— Мне дедушка говорил, что до революции за две медных копейки корову

можно было купить, — вполголоса ответила ему та. — Шарик не съест

полкоровы.

Между тем Атаманша, пожав могучими плечами, равнодушно буркнула:

— Бесплатно пусть ночует на заднем дворе. Привязанный! — повысила она

голос. — Не хватало ещё, чтобы он тут покусал кого-нибудь!

— Учись! — всё так же шёпотом восхитился Витя, — Могла бы просто выгнать

пса, но применила экономические методы! Кто ж будет отдавать целый медяк

за дворнягу?! — парень уже забыл, что только что считал медную монету

никчемным мусором, вроде современной копейки.

— Я заплачу! — Маша распрямила спину, и, задрав подбородок, с вызовом

взглянула в глаза… гм… барменше.

— Хорошо, — согласилась та. — Значит — десять монет.

— Договорились, — буркнул гном.

— Изволите пройти в комнаты? — поинтересовалась Атаманша.

— Сначала поужинаем! — выступил вперёд Витя, у которого живот уже

прилип к спине.

— Сначала дело, — небрежным жестом коротышка отодвинул молодого

41
{"b":"154405","o":1}