ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну да! Щасс! — Девушка гордо вздёрнула носик, фыркнула, словно

большая кошка, и отвернулась.

— Ты нос-то не вороти! — повысил голос коротышка. — У меня к тебе

разговор!

Маша неохотно повернулась обратно.

— Ну, что ещё?

— Повежливее надо со старшими быть! — не удержался от нравоучения гном,

и, видимо, хотел добавить что-то ещё в этом духе, но, увидав, как его

собеседница набирает в грудь побольше воздуха, очевидно, готовясь к

горячей (и громкой, что сейчас было, мягко говоря, не совсем уместно)

отповеди, приложил палец к губам: — Тсссс! — и, понизив голос, стал излагать

суть вопроса: — Поговори там со своим Оборотнем. Пусть впереди бежит,

дорогу указывает. Во-первых, будем одновременно и от врагов удаляться, и к

цели приближаться. А то сойдём далеко с пути, выйдем из… этого…

графика… и наши печати… — коротышка сделал многозначительную паузу, в

ходе которой Маша непроизвольно схватилась за грудь. Ей показалось, что

печать уже начала нагреваться. — А во-вторых, — продолжал Нар, степенно

поглаживая бороду, — Если мы успеем уйти в соседнее Отражение, погоня…

если она будет, конечно… Нас не найдёт. Так как останется в своём мире.

— А погоня будет, — внезапно вмешался в беседу Элдуисар. — Уже есть. — он

указал рукой в сторону зарева вдали.

Действительно, на его фоне отлично были видны быстро приближающиеся

преследователи.

— Так, все залегли! — скомандовал остроухий, поднимая лук.

— Так трава же мокрая! — возмутилась девушка.

— Хочешь быть утыканной стрелами, как тот кабанчик? — улыбнулся эльф,

проникновенно посмотрев Маше в глаза. — Ладно, можно не ложиться. Вон

там небольшая ложбинка… Давайте туда, и присядьте хотя бы, что ли…

— Быстрее! Быстрее! — привычно заторопил землян гном. Хотя торопить

никого было не надо. Жить хотелось всем, так что все быстренько смотались

в укрытие.

Кроме Элдуисара, который застыл на месте, словно нерукотворный

памятник самому себе.

— Чего это он? Жить надоело? — удивился Витя.

— А ты погляди! Только сильно не высовывайся, — ухмыльнулся Нар. Витя

осторожно высунул голову из кустов, которыми порос склон ложбины. Рядом

показалась голова Маши. Ей тоже было любопытно.

Погоня приближалась… Уже слышны были возбуждённые крики людей и

громкий лай собак.

— Так вот как они нашли наш след! — сообразила девушка.

— Ну так это ж элементарно! — покровительственно улыбнулся Витя, и тут

же прикусил язык, встретившись с сердитым взглядом девушки. — Какое ж

село без собак? — уже тише проговорил он и быстренько сосредоточился на

наблюдении за остроухим, безучастно ожидающим, когда враги подойдут

поближе.

Элдуисар перестал изображать из себя статую, когда враги приблизились

на полтора полёта стрелы. Обычной стрелы. Не эльфийской.

Эльфийская стрела может лететь дальше. Гораздо дальше. И при этом

метко поражать цели. Что ушастик и продемонстрировал. Он быстро вскинул

свой лук, и на несколько секунд его руки словно расплылись в воздухе,

настолько быстро они двигались. Щёлканье тетивы слилось в непрерывный

тихий звук 'т-р-р-р-р-р', похожий на звук стрельбы из автомата с глушителем.

Со стороны погони послышались громкие вскрики и собачий визг.

— Все живы. Но самостоятельно передвигаться не могут, — отчитался эльф,

легко соскальзывая в лощину через четверть минуты после того, как

закончил стрельбу.

— А собачек-то за что?! — возмутилась Маша. Как и многие другие,

выросшие в извращённой земной цивилизации, жестокое обращение с

людьми она воспринимала гораздо спокойнее, чем жестокое обращение с

животными.

Витя ожидал, что остроухий ответит девушке что-то вроде: 'следующий раз

оставлю собак невредимыми — сама с ними разбирайся', но тот своим ответом

сразил наповал обоих землян:

— А чем собаки хуже людей?

Нар не дал опешившей девушке подумать над достойным ответом,

напомнив ей, что, всё же, чем скорее они окажутся подальше от этого места,

тем лучше.

— Давай, командуй своей псине! — добавил он после этого напоминания.

- 'Псине!'…'Командуй!' — фыркнула Маша. Фу, как грубо! Оборотни любят

ласку. Особенно белые и пушистые оборотни…

Она наклонилась к Пушку, почесала у того за ухом, и попросила:

— Пушочек! Миленький! Выведи нас отсюда! Пожалуйста!

Довольный Белый Оборотень вильнул хвостом, лизнул девушку в нос, и

потрусил вперёд, как вскоре выяснилось, огибая пристанище разбойников по

большой дуге, пока не вышел на петляющую между невысоких холмов

тропинку. Дальше пес бежал уже прямо по ней, никуда не сворачивая. Его

двуногие спутники не отставали, тем более, что пушок не сильно-то и

торопился, как Маша, обеспокоенная возможностью повторения погони, не

уговаривала его бежать быстрее.

Монотонный бег продолжался часа два, пока Шарик вдруг ни с того, ни с

сего не застыл, как вкопанный, склонив морду набок, словно к чему-то

прислушиваясь.

После чего обернулся к отряду, и негромко тявкнул.

— Эх, если б ты ещё разговаривать уел — цены б тебе не было! — с досадой

вздохнул Нар.

— Тихо! — Элдуисар предостерегающе поднял руку, так же, как и пёс перед

этим, склонив голову и вслушиваясь в симфонию ночных звуков.

— Быстро прячемся! — скомандовал он через несколько секунд. — Слышу стук

копыт! Кто-то скачет нам навстречу! Давайте, давайте, быстрее! Туда, в

кусты! Затаиться и не дышать!

— Ну что сегодня за день! — буркнул Витя, ныряя в указанные остроухим

заросли.

— И ночь!.. — пропыхтела рядом Маша, протискиваясь сквозь густой

кустарник, и при этом пытаясь протянуть за собой Пушка.

Получилось. Едва путники успели укрыться, как из-за поворота тропинки

вылетели девять огромных чёрных коней, на спинах которых восседали

укутанные в тёмные, как сама ночь, плащи, всадники.

'Кого-то они мне напоминают…' — мелькнуло в голове у, так же, как и все,

вжавшейся в землю Маши.

Всадники преодолели расстояние до места, где путники сошли с дороги,

меньше чем за минуту. Можно было подумать, что они спешат куда-то по

очень важному делу. Но, поравнявшись с кустами, процессия резко

остановилась. Причём казалось, что кони застыли, как вкопанные, сами, без

участия всадников.

Воцарилась тишина. Слышалось только всхрапывание коней, да тихое

посапывание, какое бывает, когда кто-то принюхивается. Всадники при этом

остались недвижимы, только головы под капюшонами медленно

поворачивались из стороны в сторону.

Путешественники перестали дышать…

Но это не помогло. Внезапно, не перемолвившись и словом, чёрные

плащеносцы разъехались в стороны, охватывая полукольцом место, где

спряталась разношерстная команда.

Капюшоны повернулись в одну сторону. В воздухе запахло озоном. Вите

даже показалось, что он слышит треск электрических разрядов. Взглянув на

залёгшего рядом гнома, парень увидел, что у того волосы в буквальном

смысле встали дыбом, причём даже приподняли чуть-чуть шлем. В правой

руке коротышка сжимал свой Молот, а из сжатого кулака левой струился

какой-то тёмный дымок. И вряд ли это была курительная трубка. Похоже, что

Нар собирался применить очередной боевой артефакт.

'Ну да, у него же оставалось второе 'яйцо'!' — вспомнил Витя.

Парень припомнил последствия недавнего применения этого местного

аналога гранаты, и ему стало не по себе.

Витя перевёл взгляд на эльфа. Тот, очевидно как-то почувствовав, что на

него смотрят, чуть повернул голову в сторону землянина. Парень ткнул

пальцем в эльфа, потом в сторону странной девятки и сделал жест, словно

53
{"b":"154405","o":1}