ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Летим отсюда! — закричал Йорш.

Ещё один вираж, и они направились в сторону моря за Чёрными горами. Иногда они поднимались высоко над облаками, иногда, наоборот, чуть не касались вершин лиственниц. Йорш увидел, что его библиотека практически изолирована от окружающего мира: оползни, случившиеся, очевидно, предпоследней весной, с её сильнейшими дождями и таянием ледника, засыпали как лестницу, по которой пришёл он с Сайрой и Монсером, так и дорогу, по которой его спутники покинули пещеру. До библиотеки теперь можно было добраться только на крыльях. И вот перед ними наконец-то открылся горизонт, чья чёткая линия нарушалась лишь летающими чайками. Ветер развевал волосы эльфа. Шум моря сливался со свистом ветра и голосами птиц.

Спина дракона будто предназначалась для всадника: между настоящими крыльями находились два внутренних маленьких крыла, покрытые мягкой шерстью. Когда дракон заметил, что Йорш трясётся от холода, он накрыл его этими малыми крыльями. Более удобного места невозможно было и представить.

Долина под ними расстилалась во всём своём великолепии. Эрброу бесстрашно опустился к земле, почти задевая вершины деревьев, потом снова взмыл вверх, опять вниз, касаясь травы на поляне, и снова в небо.

Небо огласил рёв дракона — намного ниже, чем его привычный «пиииииииип», и перед ними запылала огненная полоса. Они быстро пронеслись сквозь пламя, почти не чувствуя его, подобно тому как не ощущаешь огня, быстро проведя рукой над свечой.

С каждым рёвом небо на мгновение превращалось в огненное золото, чтобы потом сразу же принять свою обычную светло-голубую окраску. Дракончик опустился прямо к поверхности моря, коснулся волн. Йорш почувствовал солёную пену на лице и волосах. Вокруг одна за другой бежали волны, и чайки кружили над бесконечным горизонтом.

Йорш подумал, что жизнь делится на «до» и «после»: до и после того момента, когда впервые видишь море. И чего-то наверняка не хватает той жизни, в которой нет этого момента.

Эрброу крепко сомкнул над ним свои внутренние малые крылья, чтобы согреть его и удержать на спине… и вдруг нырнул. Йорш снова представил себе, что он — рыба, и солёная вода вокруг него стала сущим наслаждением. Навстречу им плыла стая дельфинов, которые с интересом наблюдали невиданное зрелище. Среди них была дельфин-мама, рядом со своим малышом, и на мгновение сердце Йорша наполнилось тоской по его непрожитому детству, но стоило дракону вновь взмыть в небеса, прямо в стаю чаек, как тоска рассеялась крошечными пузырьками морской пены, оставшейся под ними.

Дракон снова заревел низким и громким, как охотничий рог, голосом. Из пасти его не вырвалось никакого огня.

Йорш рассмеялся: наконец-то он нашёл нужное средство. Чтобы потушить огонь дракона без аконитуса, наперстянки и арники, достаточно простой морской воды!

Он смеялся не переставая, потому что взмывать в небо, опускаться в море и вновь парить в небесах, когда ветер развевает волосы, а вокруг кружат чайки, и маленький дельфин смотрит из воды и кувыркается, приглашая играть, — это и есть счастье. Йорш смеялся потому, что одиночество его было нарушено, а это ещё большее счастье, чем полёт. Рядом с ним, а точнее, под ним был настоящий брат, большой и сильный.

Своим полётом он и Эрброу разорвали линию горизонта и вместе с ним круг грусти, круг одиночества.

Эльф наклонился к дракону и обнял его. Зарылся лицом в изумрудную шерсть и замер. Дракон заревел от радости. В этот раз его пламя пронзило воздух, словно длинная солнечная шпага.

Солнце опустилось за горизонт и скоро совсем исчезло. Звёзды усеяли небо. Единственное, что можно было различить внизу, — маленький островок с огромной дикой вишней и совершенную линию горизонта там, где море сливается с небом.

Глава седьмая

Роби лениво нежилась на солнце, в то время как минуты и часы текли мимо неё, как вода течёт вокруг камня.

С тех пор как дракон закрыл солнце зелёными крыльями, они ни дня больше не работали. Никто и не думал искать Иомир. Их стали лучше кормить, и она даже не была наказана. Случилось невероятное. Честно говоря, хотя и прошло всего несколько дней, воспоминание о том, что действительно произошло, было так запутано, искажено и переплетено с бесконечными последующими версиями, что стало просто непостижимым.

В итоге всеми поддержанная версия была следующей: огромный дракон появился в небе, похитил бедную Иомир, тогда как остальные сироты были спасены благодаря доблестной отваге Страмаццо, который сразился с драконом и, героически проливая кровь, принудил чудовище к бегству. Самое смешное в этом рассказе (конечно, если обладать достаточным чувством юмора) — что после третьего повторения все действительно в него поверили. Правда просочилась в землю, словно пролившийся виноградный сок. Роби забыли наказать. Наоборот, после многочисленных повторений истории о драконе девочка даже получила роль человека, первым подавшего сигнал тревоги. Конечно, она не стала героиней, но всё-таки одним из главных действующих лиц. Неподалёку от неё Тракарна, опираясь на забор, рассказывала о случившемся посланнику из Далигара:

— …и тогда эта девочка, Роби, подала сигнал тревоги. Родители её были совсем никудышные, настоящие преступники… — лёгкий вздох —…но, к счастью, правосудие над ними уже свершилось, а вот она, благодаря полученному здесь воспитанию, сумела сделать хоть что-то полезное. Конечно, ею руководила не только любовь к справедливости, но и страх перед драконом, — короткий смешок, — но, благодаря нашему влиянию, она смогла сделать правильный выбор. Ах, если бы вы его видели, моего Страмаццо, — трогательная улыбка на лице и теряющийся вдали взгляд, — он вскочил на ноги, схватил огромную корзину с виноградом и, потрясая ею, как импровизированным щитом…

Короче говоря, никакого наказания для Роби, никакой погони за официально погибшей Иомир и четыре награды для Страмаццо: за отвагу перед врагом; за великодушие по отношению к малолетним, спасённым от чудовища, несмотря на их недостойность; за пренебрежение опасностью и за любовь к Далигару, потому что в тот момент, когда он героически прогнал дракона, швыряя в него полную корзину винограда…

— …Страмаццо закричал: «За Далигар и его Судью-администратора!» — и бросился на чудовище. Именно так, героически крича, мой супруг бросился на дракона… — небольшое трогательное всхлипывание со слезой на глазах. — Чудовище было так напугано, что бросилось прочь: оно расправило свои огромные крылья и с тем, что осталось от маленькой Иомир в его пасти…

Роби радовалась, что Иомир была на свободе и со своими родителями, но она ужасно по ней скучала. Как никогда, ей хотелось с кем-то поговорить, обсудить случившееся, понять.

Настоящий дракон в небе. Зелёный. Как в её сне. Драконы не перевелись, и сон не был простой выдумкой. Несмотря на то что солнце било ей прямо в глаза, Роби увидела человеческую фигуру, опасно раскачивающуюся в лапах дракона. Сначала ей показалось, что дракон несёт добычу, но человек вдруг подтянулся и удобно устроился на спине дракона. Он замер на несколько мгновений, потом, весь залитый солнечным светом, широко раскинул руки, как бы желая обнять весь мир: это было последней ясной картиной, а потом дракон повернул в сторону Чёрных гор и быстро исчез за ними. Значит, дракон действительно существовал и в придачу нёс кого-то на спине.

Кто это был? Принц? Кто-то другой? Мысли Роби разбежались. Одни настойчиво твердили, что сон был вещим, дракон прилетал ей на помощь и спас всего лишь своим появлением. Он скоро вернётся, чтобы забрать её с собой. Счастье переполняло Роби, надежда била ключом, воспоминание об изумрудном свете освещало изнутри, как свеча освещает тёмную комнату.

Но другие мысли напомнили, что в таких мечтах нет ни смысла, ни логики: в конце концов, она же не принцесса или что-то в этом роде.

На свете существовал один дракон, с каким-то типом сверху, и совершенно случайно он прилетел как раз в тот момент, когда она была в опасности и в полном отчаянии, прилетел и спас её своим появлением. К тому же совершенно случайно этот дракон был как две капли воды похож на дракона, который снился ей каждую ночь после уничтожения её семьи. Простое совпадение?

29
{"b":"154412","o":1}