ЛитМир - Электронная Библиотека

Угу… Метнулась.

Деревянная полуприкрытая дверь радостно поприветствовала меня лоб в лоб. Полюбовавшись некоторое время на трещины в потолке, я поднялась с пола и, потирая голову, удивлённо и воинственно воззрилась на дверь. Не поняла… Открывающаяся и закрывающаяся от малейшего дуновения ветерка, сейчас она не сдвинулась и на миллиметр. Чтобы окончательно в том удостовериться, я упёрлась в неё здоровым плечом и надавила изо всех сил. Когти на ногах заскреблись по линолеуму, не оставляя на нём не единой царапины. Выдохнувшись, я сдалась и от переизбытка эмоций пнула упрямую деревяшку.

- Й-я-а-ау! – тут же взвыла от боли я, прыгая на одной ножке. Да что ж такое, а?! Это… это что, я и гардероб не открою?! Просочившись в щель между дверью и косяком, я приступила к проверке этой версии.

Да, так и есть! «Я» в своём новом обличье не только не могла открыть дверь, но даже сдуть пылинки! А тут ещё предательски заурчало в животе… Я в бессилии опустилась на пол и перевела взгляд на отдыхающих родичей. Мама спала на краю кровати, лицом ко мне. По спокойствию, умиротворению на её лице, лёгкой улыбке я догадалась, что ей снятся добрые сны… Что-то дрогнуло у меня внутри. Я подалась вперёд и неожиданно жалобно мяукнула:

- Мама? Мама-а…

Тишина. Меня никто не слышал…

Я почувствовала настоящий страх.

На пушистых коленях я подползла поближе к кровати и родителям. Глотая слёзы и бормоча что-то ласково умоляющее, я пыталась коснуться усталого лица своего самого близкого человека, усталого, но по-прежнему красивого (да и какой мерзавец не считал бы прекрасной свою маму?!); пыталась погладить её по волосам с ниточками седины в них, небрежно разметавшимся по подушке… А она не слышала и не чувствовала. В конце концов я прекратила бесплодные попытки и, опустив мордочку на одеяло, крепко зажмурилась и замерла.

Я не любила фильмы ужасов. Не только из-за эстетических соображений, но ещё и из-за того, что потом они мне снились. Но даже этих кровавых, неестественных снов я не боялась так, как тех, в которых мои родители уходят… уходят и не возвращаются… Да, я знаю, что все мы смертны, но не надо лишний раз об этом напоминать!

И вот теперь я чувствовала, как будто это один из таких снов. И хотя мои родные здесь… То, что они не видят меня, не слышат… и никто не видит и не слышит… я одна…совсем…

Кажется, меня тогда затрясло, знаменуя приближающуюся истерику.

Вдруг я насторожила уши и оторвала голову от одеяла. Мне показалось, будто кто-то негромко позвал… меня?...

«Нейра?»

От удивления у меня даже высохли слёзы. Почему Нейра? Я же Саша! Александра Серафимова (кстати, из-за фамилии надо мной вечно подтрунивали друзья – мол, у тебя фамилия и характер – две полные противоположности)…

«Нейра?»

Я поднялась с колен. Я не знаю, кто и почему зовёт меня так… но то, что он… или она – по голосу этого нельзя было определить – зовёт именно меня, я чувствовала каждой шерстинкой.

«Нейра?»

Да слышу я, слышу! Я раздражённо фыркнула. Думаю, стоит пойти на голос, а там… Либо мне вернут моё первоначальное обличье, либо я там всех перецарапаю и перекусаю!

Рядом что-то знакомо дзинькнуло. Я прижала уши и с оскалёнными клыками и рвущимся из горла рыком ме-едленно повернулась на звук. На том же месте, где я его оставила, лежал злосчастный кристалл. Ах ты… поганая стекляшка!!! Я схватила этот не-то-алмаз-не-то-не-знаю-что и от переизбытка чувств зарычала на него после чего со всей дури швардакнула его об стенку. А-а-г-гр-р!!!

Кристалл срикошетил от стены и на излёте разбил мне бровь. Ах ты!..

Я была уже продолжить борьбу со злонравной вещицей, которая наверняка бы окончилась тем, что я пробила бы себе череп, но…

«Нейра?»

Я выпрямилась, поводя ушами и пытаясь определить источник звука. Потом с ненавистью взглянула на алмаз, теперь покоящийся на родительском одеяле.

- Ладно, потом ещё сочтёмся! Отдам тебя первому же ювелиру… на алмазную крошку! – так я буркнула, сгребая его и разворачиваясь на выход. Здесь передо мной встала другая проблема. Раз я не могу передвигать предметы… то как мне выбраться? Ждать утра?

«Форточка!» - мелькнула спасительная мысль. При этом я, не удержавшись, прыснула. Вспомнился мне один случай… на даче.

…Тогда мы собрались под вечер съездить окунуться на озеро. Специально проверив, закрыты ли в новом доме все окна, мама защёлкнула на двери замок. И только тут обнаружила, что ключи от замка остались… где? Правильно: в доме! Не знаю, у кого какая реакция была бы в этом случае, но родители страшно засуетились, тогда как на меня напал приступ просто неуправляемого смеха. В конце концов, старшее поколение пришло к выводу, что единственный выход – пардон, вход! – это незакрывающаяся форточка на террасе, площадью 30*20 см. И кто должен был туда полезть? Угадали…

В общем, смеяться мне быстро расхотелось. Первые две попытки проникновения с участием лестницы прошли неудачно, потом папа плюнул и подставил плечи. С горем пополам, уже передней половиной будучи в доме и руками опираясь на стол под окном, а задней весело болтая на свежем воздухе, я вдруг осознала, что смех возвращается…Вовремя, правда?

Мама с папой всё беспокойно бегали вокруг, пока я, давясь смешинкой, пыталась набраться сил и перевалить последний кордон, вися на раме, как, извиняюсь, собака на заборе. Очень нескоро мне удалось задавить бациллу смеха и ввалиться в дом. Зато потом не пришло и минуты, как ключи через ту же форточку из рук в руки были переданы родительнице, и я, дождавшись открытия замка, торжественно распахнула дверь. Кстати, искупаться мы всё-таки успели…

И вот сейчас мне предстояло нечто подобное. Хотя, по сравнению с той «кошачьей» форткой, наша будет всё же посолиднее. Единственное… Ой-ё…

Я не упоминала, что наша трёхкомнатная квартира находится на пятом этаже? Так уведомляю… И вот, стоя на балконе и вдыхая свежий ночной воздух, я с ужасом оглядывала то, что мне предстояло пройти. Нет, конечно, не всё так страшно: на четвёртом и третьем этаже тоже были удобные для лазанья балконы, а на втором и первом – решётки. Да и сама я давно грезила чем-нибудь этаким, отдающим экстремизмом… Вот только… обидно будет, если я свержусь. Никто не найдёт меня, невидимую; не похоронит, неосязаемую… Тьфу! О чём это я?! Больше оптимизма! Кошки – ловкие существа! Кристалл в зубы и – вперёд!.. То есть – вниз!

…Не буду описывать, как и с какими жертвами я всё же спустилась на газон под окнами. Скажу одно: впечатлений – на всю оставшуюся жизнь!

Знала бы я тогда, сколько ещё подобных впечатлений мне придётся пережить…

Осталось самое простое. По крайней мере, так думала я. Ха! Наивная…

В ожидании обладателя голоса, зовущего меня и, как я считала, скрывающегося за ближайшим углом, я с быстрого шага резко перешла на бег. Но за ближайшим углом его не было. Не было и за следующим… и за следующим…

Острое предвкушение чуда стремительно исчезало. Но ещё быстрее таяло и так небольшое удовольствие от прогулки… босиком… по асфальту и грязи.

А голос всё не приближался. Я пробегала вдоль древних пятиэтажек и прилегающих рядом с ними новеньких двориков; перелезала через заборы и лавировала меж деревьями. Минув два квартала, я вынуждена была перейти с бодрого галопа на более умеренную трусцу. Ещё минуты через три на смену трусце пришёл шаг. Я здорово запыхалась и, несмотря на довольно прохладную весеннюю ночь (в моих глазах – «белую», питерскую), чувствовала, что вся горю от бега.

Поворот… ещё поворот… Да когда же этот голос наконец скомандует финиш?!. Так… нырнуть в арку под домом… Ой!

Я едва успела затормозить перед чем-то, смутно ассоциирующимся у меня с завихрениями воды в стакане. Только это «завихрение» висело в воздухе, и его струи переливались всеми цветами радуги. Слегка вытянутое по вертикальной оси, оно живо напомнило мне высокие элегантные зеркала, очень модные в своё время.

Но самое главное… голос несомненно звучал именно оттуда!

3
{"b":"154418","o":1}