ЛитМир - Электронная Библиотека

   Потянулись часы ожидания.

   Крепость активно готовилась к обороне. Сооружались баррикады на стенах и в проходах. На северном конце форбурга, в месте примыкания городской стены и ворот, завершали постройку сторожевой вышки с выложенными в ее основании из плитняка стенами, напоминающими своим видом настоящий мини-форт, который должен был стать ключом к обороне нижнего двора. Строились многочисленные лестницы для подъема на стены с внутренней стороны. Группа модонов во главе с Наростяшно чистили во дворе колодец перед зданием мегарона, в противном случае вода могла стать серьезной проблемой, если осада затянется. Многочисленные водопроводы, ранее подававшие воду в крепость с гор, сейчас бездействовали, а восстановление требовало много времени. Потому колодец становился единственным источником воды. Третий взвод спешно сооружал недостающие ворота внутри крепости. В предыдущие два дня успели срубить только внешние и ворота цитадели. Двери западного бастиона только начаты, а к трем вратам внутренних дворов еще не приступали.

   Войо оказались не настолько наивны, они вовсе не ринулись сломя голову на штурм высоких каменных стен. Когда достаточно рассвело, обнаженные по пояс высокие, рослые войны, облаченные в домотканые штаны, вынесли из леса большие деревянные щиты - мантелеты - и с предельного расстояния начали обстреливать стены, прикрываясь прочной защитой. Средиосажденных появились раненые. После первых панических минут обстрела, когда люди на стенах прятались кто куда и не знали что делать, постепенно страх исчез, переселенцы находили места, недоступные для стрел за парапетами, в нишах, мертвых зонах между домов. Ранения постепенно прекратились, люди поняли, что следует вести себя осторожно, не высовываться, не толпиться на открытых местах, укрываться щитами. Крепость простреливалась практически насквозь, и наиболее безопасными местами оказались комнаты, крытые черепицей, и многочисленные ниши в стенах.

   Понимая, что больше не добьются попаданий, войо закончили массированный обстрел, метая стрелы только по хорошо видимым целям. Более сотни воинов вышли из леса, потрясая копьями и издавая душераздирающие крики. Заранее отрепетированные, эти звериные вопли должны вселить страх в души врагов и сломить способность к сопротивлению. На удивление стройные ряды, ощетинившиеся копьями и прикрытые щитами, подошли к стенам примерно на сотню метров. Впереди, как и положено, выступали вожди в бронзовых доспехах, начищенных до солнечного блеска.

   Среди завываний послышались выкрики на чужом языке, но никто из переселенцев не знал языка войо. Впрочем, о смысле сказанного можно было догадываться по интонации и применяемым недвусмысленным жестам. Войо требовали выйти и сразиться как следует смелым воинам или убираться вон из долины. Можно было разобрать и явные обвинения в трусости.

   Близился момент атаки, но Ярослав замечал некоторую искусственность происходящего, у войо не было лестниц! Чувствуя подвох, переселенцы (отсутствие лестниц заметили и другие) лихорадочно начали искать засаду. Жиган с разведчиками бросились осматривать город и побережье залива, но никого не нашли, а войо, простояв минут двадцать под стенами, отступили, как бы приглашая людей выйти из-за неприступных стен и заняться благородным делом, а не как трусам - отсиживаться.

   Испытывая насмешки в свой адрес, многие из аборигенов и даже некоторые из землян стали требовать выйти из-за стен и дать бой. Но видя угрюмое лицо Шестопера и качающего головой Тимофеича, Ярослав убедился, что не одинок в своей уверенности не поддаваться на провокации. Вероятно, войо что-то задумали.

   * * *

   Ворота крепости остались закрыты, и войо решились на следующий маневр, который должен вывести людей из равновесия. Из леса волоком вытащили Питошно с сыном и бросили на землю перед строем. Несколько войо, оставив копья и щиты, стали проводить приготовления к казни. Они большими деревянными киянками вбили в землю невысокие колья и привязали к ним жертвы. Жестоко схватив за волосы, отогнули головы назад, готовые в любую секунду резать пленным горло сверкающими на солнце бронзовыми ножами.

   Увидев пленных соотечественников и приготовления к убийству, модоны Нидамцы просто обезумели. Они бросали порученные им места на стенах, бежали к дверям западного бастиона, беспорядочной толпой скапливаясь в узком проходе меж стен у подножия башни, на вершине которой находился Ярослав и все основное руководство переселенцев. Безумцы, презрев опасность открытого боя, вероятную засаду, устроенную войо, требовали немедленно выйти из крепости, напасть на врага и спасти Питошно. Ярослав с высоты старался образумить несчастных:

   - Вылазка бессмысленна, мы потеряем много людей, а Питошно не спасем! Войо убьют их раньше, чем мы выйдем из крепости!

   Но Нидамцы не унимались, их охотно поддерживали Агеронцы, подбадривая громкими криками со своих мест на стенах. Банула Наростяшно, всегда сдержанный, и то просил Ярослава:

   - Великий Дхоу, прикажи открыть двери крепости. Если вы и ваши люди не поддерживаите нас, мы одни выйдем и отомстим за наших братьев.

   Ярослав в ярости на оказанное неповиновение кричал с башни.

   - Кто посмеет без приказа открыть двери, будет убит на месте лично мною из арбалета, - он в отчаянии потрясал оружием, чувствуя, что теряет контроль над людьми, - остальные будут повешены на стенах, если не разойдутся по своим местам.

   - Великий Дхоу, мы ваши слуги, - всплеснув руками, воскликнул Наростяшно, - вы можете казнить нас, когда пожелаете, но оставить без помощи наших людей мы не можем.

   - Приведите сюда пленных войо, - зарычал Ярослав в сторону Шестопера, - может угроза смерти своих войнов остановит мерзавцев.

   Одобрительные возгласы раздались со всех сторон.

   Происходящее на стенах не укрылось от взоров осаждающих, они медлили, ожидая событий, которые явно намечались внутри крепости. Ожидая, когда люди Шестопера притащат из погреба пленных, Ярослав в порыве ярости медленно приходил к пониманию, что в устройстве колонии следует провести серьезные изменения. Прежнее разделение на национальные группы с их личными интересами окончательно изжило себя. Взводы и роты громоздки и не отвечают существующим условиям. Следует все менять, делить на более мелкие подразделения по пять-десять человек во главе с преданными лично ему людьми.

   Грязных и изрядно побитых пленных шпионов войо приволокли на бастион и связанными поставили на краю парапета. Ловкие руки людей Меченого набросили им на шеи петли и приготовились столкнуть со стены по первой команде Ярослава.

   В рядах войо образовалось затишье, вероятно, дикари не подозревали о случившейся менее суток назад поимке шпионов. Пауза затянулась, а когда до них все же дошло, что у людей есть пленные, разразился скандал. Воины без команды покидали ряды, разражались бранью, бежали к стенам, чтобы их могли лучше слышать люди. Некоторые, понабравшись модонских слов, вероятно от своих более образованных собратьев, усиленно выкрикивали оскорбительные слова.

   - Грязные свиньи! - неслось с одной стороны.

   - Трусливые черви! - неслось с другой.

   - Убей! Убей! Убирайтесь вон!

   Некоторые из самых отмороженных делали попытки сразу прирезать Питошно из мести за схваченных людьми братьев. Они, с копьями и мечами, как безумные бросались на пленников в стремлении немедленно прикончить. Вождям пришлось самим защищать пленных от неминуемой смерти. Несколько наиболее преданных и трезвых на голову воинов щитами прикрывали людей, пока другие отвязывали их от кольев и тащили за рассыпавшиеся ряды войо. В свою очередь Ярослав собрал на башне своих арбалетчиков и лучших лучников с приказом, если будет реальная угроза смерти пленным, осыпать болтами тех, кто посмеет прикоснуться к людям. Но вожди войо спасли людей от разъяренной толпы своих собственных воинов, и необходимость в обстреле отпала. Когда Питошно увели в лес, Ярослав убрал со стены и своих пленников.

15
{"b":"154419","o":1}