ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Илон Маск. До встречи на Марсе
Я решил прожить до 120 лет
Сто лет одиночества
Тестостерон. Мужской гормон, о котором должна знать каждая женщина
2017. В терновом венце революций
Далёкие милые были
Наедине с Боссом
Напряжение сходится
Секреты спокойствия «ленивой мамы»

Каждый прицельный выстрел с борта биремы отзывался у девушки частым сердцебиением, наполняя ее гордостью за свою могучую родину, за Республику, которой верой и правдой служила прекрасная «Аквила».

Завороженный величественным зрелищем космического боя, забывая дышать в моменты, когда «Аквила» давала очередной залп, Гай не орал вместе с напарницей нечто нечленораздельно-воинственное только потому, что горло ему перехватило от восторга. Однако эмоции… право же, ради того, чтоб испытать столь сильные и разнообразные чувства, стоило пережить опалу и изгнание. Это стоило всего, и высокомерным индюкам в Сенате никогда, никогда не понять и не пережить подобного!

Гай как раз утирал навернувшиеся на глаза слезы, когда вновь ожил пульт связи и уже такой родной голос с «Аквилы» сообщил:

— «Танит», приготовьтесь к толчку. Мы зацепим вас корвусом [27]и поднимем к нам на борт.

И только теперь Ацилий до конца поверил, что они и в самом деле спасены.

***

Больше всего Квинт Марций терпеть не мог бессмысленную суету на ровном месте. В конце концов, человечеством давным-давно изобретены такие замечательные вещи, как планы, регламенты, инструкции и меморандумы, которые прекрасно помогают справиться с любой непредвиденностью. Ибо, в отличие от Вселенной, в человеческой жизни нет ничего нового, а есть лишь вариации из уже когда-то случившегося. И, конечно же, префект никак не мог ожидать, что наварх окажется способна потерять голову по такому ничтожному поводу. Спрашивается, ради кого она устроила на борту образцовой биремы форменный балаган? Ради нетрезвого изменника в исподнем! О боги!

— Пыль… — бормотала Ливия, нервно теребя край парадной туники и прикипев взглядом к шлюзу, откуда вот-вот должен был показаться долгожданный и почетный гость. — Как я могла проглядеть пыль!

Наварху Аквилине, всегда такой чистоплотной, теперь казалось, что палубы ее биремы покрывает прямо-таки слой грязи. Свинарник какой-то, а не боевой корабль! Стойло, то есть курятник аптериксов! Кстати, о курах… Но мысль, едва мелькнув, уже скрылась, ибо женщину целиком поглотила новая идея, гениальная, хоть и несколько спорная.

— Квинт Марций! — забывшись, Ливия дернула угрюмого префекта за руку. — Как думаешь, может быть, мне синтезировать цветы для каюты, а? Розы? Или розы будут слишком вульгарны?

В обитаемых мирах галактики растут и благоухают миллионы видов цветов, однако ничего, кроме роз, наварху не вспоминалось. Хотя нет, еще гиацинты, но это для погребения Пассии, которое пришлось временно отложить. И если выбирать между розами и какими-нибудь асфоделями, то розы, без сомнения…

— Розы? — безжизненным голосом переспросил префект. Он не верил своим ушам, правда-правда.

И больше всего хотелось ему схватить наварха за плечи и трясти до тех пор, пока из её головы не посыплются опилки, в которые обратились мозги Ливии. Но ничего подобного Квинт не сделал. Он задумчиво поскреб подбородок и вздохнул.

— Розы будут выглядеть нарочито. Без роз обойдемся. Как-нибудь.

— Ты уверен? — будто и не заметив его тона, продолжила причитать Ливия. — А вообще, ты прав. Розы — это не то. Но вот драпировки… наверняка он привык к изысканным вещам! Где же мне взять хоть что-то изящное на этом корабле?! — она заскрипела зубами и нервно сплела и расплела пальцы. — Вино! О, боги, конечно же, вино… — тут блуждающий взгляд наварха остановился на Квинте Марции и вспыхнул ужасом: — Ты не надел свой Гражданский венок! Как можно пренебрегать своими наградами, особенно в такой день?

Хотя Квинт Марций был весь наградами увешан так, что звякал при ходьбе. Три комплекта серебряных фалер на груди и на спине, а руки — сплошь в золотых браслетах-армиллиях. Но, по мнению командира «Аквилы», этого было недостаточно. Если заслужил попущением богов и начальства свой венок из дубовых листьев — носи! Тем паче, что в Секторе Вироза не так уж много офицеров, награжденных Гражданским венком за спасение в бою товарищей.

Префект, вынужденный по настоянию наварха вырядиться в парадную форму, задышал чаще и глубже, медленно наливаясь пунцовой яростью.

— Ливия, он — недавний заключенный, приговоренный к смерти и в последний момент помилованный Сенатом, какие… хм… драпировки? Остынь, — прошипел он сквозь зубы.

Впереди префекта ждала ночь в компании с синеязыкой тварюкой, а потому он берег силы.

— Да какая, к в оронам, разница?! — яростно прошипела в ответ наварх, уже примеряя радушную улыбку. — Он — живорожденный патриций, ты, чучело! Много ты встречал патрициев в своей никчемной жизни? Вот что, Квинт Марций, учти — если ты хоть попытаешься мне всё испортить, клянусь, я…

Но грозные посулы прервал долгожданный сигнал открывающегося шлюза, и Ливия проглотила дальнейшие обещания, расцветая восторгом и наливаясь благоговением.

Еще никогда прежде за всю свою жизнь наварх Аквилина не испытывала такого душевного трепета. Даже когда палубы «Аквилы» почтил своим визитом дуумвир Эмилий Скавр, тоже, к слову, вполне себе родовитый патриций, и то так не переживала. По правде сказать, тогда она не переживала вовсе. Какой-то худосочный заморыш Эмилий, пусть он хоть трижды дуумвир, недостоин был даже пыль смахнуть с сандалий Самого Ацилия. Пыль! О, боги!

Занятая высматриванием пылинок на надраенной до стерильного блеска палубе, Ливия отвлеклась так, что почти пропустила момент, когда…

И вот он возник совсем рядом, светловолосый и почти обнаженный, словно древний бог, взошедший на борт «Аквилы» прямо из ледяной пучины космоса, такой, такой… Ах! Как жалела сейчас Ливия о том, что не родилась кем-то повыше всего лишь флотского командира, кем-то ему под стать, чтобы хотя бы попытаться достойно встретить такого гостя!

Вся ее тщательно заготовленная приветственная речь забылась во мгновение ока, едва Аквилина встретилась глазами с Ним, не просто благородным, но — божественным Ацилием. Но, взяв себя в руки, женщина хриплым от волнения голосом начала:

— Благородный Ацилий! Ливия Терция Аквилина, наварх, счастлива приветствовать тебя и… — тут она заметила за плечом Божественного Куриона его напарницу и по долгу службы уделила внимание и ей: — … и твою достойную спутницу на борту этого корабля и дерзнуть предложить тебе наше скромное, но искреннее гостеприимство.

Прервавшись на вдох, Ливия набрала побольше воздуха и продолжила:

- Располагай нами, если тебе то будет угодно, и знай, что невзирая на печальные обстоятельства, наше счастье от твоего визита безмерно. Есть ли какое-либо пожелание, которое я могла бы исполнить, господин?

Благородного Ацилия во время этой речи несколько перекосило, однако восторженно токовавшая наварх этого не заметила. Должно быть, божественный свет ей глаза застил.

Квинт Марций растерялся. Даже у голого патриция речь наварха вызвала некое оцепенение. Его напарница — крутобедрая лихая девица-манипулария — с непривычки остолбенела. Все остальные встречающие пялились на Ацилия так, словно тот сейчас начнет чудеса творить. Какая-то опасная и коллективная инфекция головного мозга, не иначе. Рука префекта сама тянулась к кобуре «гладия», но он сдержался, чтобы не застрелиться. А подчиненным он сделал знак, чтобы помалкивали: покосил сверкающим от злобы глазом и поиграл желваками на скулах. Мол, кто хоть звук издаст — жестоко пожалеет.

— Добро пожаловать на борт «Аквилы», господа, — отчеканил он резко и сделал приглашающий жест.

— Э… благодарю за столь теплый… э… прием, благородная наварх Аквилина, — от шока, вызванного этой поистине очень радушной встречей, Ацилий даже не заметил, что обращается к Ливии, словно к такой же живорожденной патрицианке — «благородная». — И тебя, э… префект. Если позволите, мы с напарницей прежде всего желали бы… э… посетить медиков, а затем смыть с себя все следы наших злоключений. Кроме того, боюсь, нам понадобится кое-какая одежда…

— Конечно же! — вскричала Ливия. — Разумеется! Медчасть! — замахала она настороженно наблюдавшим за действом докторам. — Луций Ицилий, я прошу тебя лично заняться здоровьем наших дражайших гостей. Мой контубернал проводит вас обоих в каюту и предоставит все необходимое. А затем, если ты не против, благородный Ацилий, я надеюсь, что вы оба примете приглашение к нашему скромному столу… Добро пожаловать, — и улыбнулась счастливой улыбкой влюбленной школьницы.

вернуться

27

[27] Корвус — здесь — абордажный и/или буксировочный силовой луч

15
{"b":"154422","o":1}