ЛитМир - Электронная Библиотека

— О… — после недолгого молчания выдохнула Ливия и воскликнула так, словно это всё объясняло: — Но ты же Марций!

А потом осеклась. Вот именно. Он — Марций, а Марции не летают. Представители этой фамилии предназначены для того, чтобы хорошо стрелять и умело командовать легионерами, но управлять кораблем… Это — не просто недопустимое желание, это желание преступное. Но возможно ли, чтоб… Наварх потрясла головой, пытаясь собрать вместе разбегающиеся мысли. Немыслимо!

«Я — Марций! Я — то, что делает „Аквилу“ опасным бойцом. Но узкая специализация, как глубокий желоб, где лишь стены с двух сторон, а бежать можно только вперед. Но если все время видишь звезды над головой, то рано или поздно до них захочется допрыгнуть. Ты понимаешь это, Ливия?» — хотелось кричать префекту.

— В этом все и дело, верно? Ты — Марций, который хочет летать, — она потерла лоб и уставилась на него с оттенком мрачного восхищения: — И все эти годы ты так умело маскировался, что ни одна комиссия не смогла выявить эти отклонения! Ну, еще бы! Никто не допустил бы тебя на борт звездного корабля с таким дефектом сознания… — Ливия снова замолчала и нахмурилась. А потом вдруг улыбнулась: — Странно, что ты так невзлюбил Ацилия. Насколько я понимаю, он пострадал как раз ради таких, как ты. Желающих невозможного. Пей кофе, пока он окончательно не остыл. И дай мне минуту подумать.

— Кто? — Квинт Марций вздрогнул, словно ото сна очнулся. — Курион? А он что, хотел Марциев в пилотов превратить? Ох, прости, я не слишком вдавался в нюансы политического закулисья. Нет, серьезно? — мужчина оживился. — Надо будет с ним встретиться. Потом… на Цикуте… Хм… А я — да, я когда увидел «Аквилу»… — Квинт порядком смутился своего восторженного тона и остальных примет мальчишеской наивности. — Никто и никогда специально меня не спрашивал, в тестах на вопросы давал правильные ответы. Да и зачем маскировка, когда все и так знают, кем могут быть Марции? Я прекрасно понимал, что это невозможно, совершенно невозможно. Не уверен, поймешь ли…

— Вечные боги! — вздохнула Ливия, безошибочно узнавая не только слова, но даже интонации. Да-да, всё верно. Словно не префект манипулариев сидит напротив, а юный кадет из «пилотской» фамилии, какой-нибудь Флавий или Фурий, и делится сокровенным так, будто он — первый из тех, кто мечтает о полетах. — Вот это да…

Квинт Марций в глазах Ливии только что совершил невероятный переход из разряда опасных, но ограниченных и хорошо управляемых солдафонов в высший класс истинных «небожителей». Заговори вдруг Фиделис человеческим голосом, она удивилась бы меньше.

Сдать его претору теперь — значит, не просто убить одного конкретно взятого дефектного Марция, но и растоптать собственные убеждения, а так же взгляды, за которые пострадал Божественный Ацилий. И почему бы и нет, в конце-то концов?

«Смогла бы я жить без „Аквилы“, окажись вдруг на его месте? Без слияния, без полета, без единения, когда, даже не входя в нейро-сеть, все равно ощущаю ее — как себя? И кто из нас мятежник, в таком случае?»

Она повернулась к своей консоли, бросив через плечо:

- Я решила. Третий вариант. Мне и «Аквиле» нужны лучшие. И я не отдам лучшего префекта Сектора Вироза на растерзание преторианцам только потому, что в его голове бродят необычные… фантазии.

«Не просто лучшие, а уникальные, — подумала Ливия, не собираясь, впрочем, озвучивать эту, слишком уж льстящую Марцию мысль. — Не просто образцовая, а уникальная бирема. С префектом, который в случае чего сможет полностью заменить наварха. Вечные боги! Если об этом узнают, нам обоим конец!» — Дай свой планшет, — приказала она.

Он безропотно отдал требуемое, даже не спросив, зачем. И не сказать, чтобы Квинту полегчало от решения наварха. Вовсе нет. Его вина перед «Аквилой» существовала вне зависимости от Ливии и её на удивление милосердного выбора.

— Та-ак… — наварх подключилась к вирт-консоли, вошла в свою личную базу и принялась там шарить. Пособия и справочники касательно пилотирования и управления кораблем предназначались только для летного состава. Уже один факт передачи этих материалов постороннему лицу отчетливо пах трибуналом. Но Ливии в кои-то веки было наплевать на правила:

- Ага! Нашла. Это пока слишком сложно… а вот это будет в самый раз. И еще симуляцию, — перекачав несколько секретных файлов, наварх совершила как минимум пару должностных преступлений и с удовольствием почувствовала себя настоящей мятежницей: — Вот, держи. «Динамика полета и пилотирование», старенький учебник, но тебе подойдет. Теперь ты сделаешь следующее: во-первых, изучишь пособие. Во-вторых, пока длится наш ремонт, найдешь время, чтобы подготовить анализ своего, хм, полета и тех ошибок, которые ты совершил. В письменном виде. В одном экземпляре. Только для меня. И, заодно, дашь мне слово, что никому и никогда не расскажешь об этом разговоре — и всех последующих. Это понятно?

Щедрость Ливии обескураживала. Квинт поспешно кивнул, опасаясь ненароком спугнуть неожиданную и такую странную доброжелательность наварха.

— Если ты меня сдашь, Квинт Марций, я найду способ скормить твою печень Фиделису перед тем, как застрелиться, — предупредила Ливия и безжалостно припечатала: — Я наблюдала, как ты летел. Как аптерикс с насеста. Но… семь из десяти кадетов летают не лучше в свой первый раз. Так что считай, что в этой каюте теперь два мятежника. Свободен.

— Спасибо, — сдавленно буркнул Квинт.

Он просто не знал, что сказать Ливии в таком экстраординарном случае.

— Я тебя не подведу. Обещаю.

— Ты сам пока не понимаешь, как ты попал, Квинт Марций, — хмыкнула наварх. — Но ты скоро поймешь и десять раз пожалеешь, что не посадил сам себя под арест. Обещаю! — и кивком указала на дверь. — Отдыхать, префект. Это приказ.

***

Разумеется, от префекта вовсе не требовалось облачаться в штурмовой бронекостюм, брать в руки винтовку или лично садиться за пульт торвентория, и уж тем более не было никакой нужды вмешиваться в отлаженную систему распределения обязанностей. Квинт Марций ограничился формальностью — переслал приказ о переподчинении своих манипулариев инженерно-технической службе. Хотя все и так в курсе. Ведь даже новичку хватит трех учебных тревог, чтобы раз и навсегда запомнить, где потребуется его подготовка и знания в случае экстренного ремонта. И, тем не менее, на сон Квинт отвел себе ровно четыре часа. Вполне достаточно для человека, едва не угробившего целую бирему, решил он. Однако не тут-то было. Что стало тому виной — горячка недавнего боя, чувство вины или послевкусие, оставленное разговором с Ливией — непонятно, но и заснуть у префекта никак не получалось.

Он вертелся в постели с боку на бок, считал звезды, медитировал на собственный планшет, в котором теперь хранились вожделенное пособие по пилотированию, но никак не мог расслабиться. И уже собрался подключиться к вирт-полю, как вдруг вспомнил о том, о чем следовало бы подумать с самого начала опасной эскапады: а откуда на данном участке системы Вироза взялись парфийские корабли в таком количестве?

Унирема-разведчик, бесспорно, могла бы проскользнуть незамеченной. Или, скажем, бирема аналогичного с «Аквилой» класса, посланная в глубокий рейд в тыл врага с диверсионной целью. Но небольшой флот? У Квинта Марция совсем не укладывалось в голове, как такое вообще возможно. Звездная система Вирозы, за исключением стратегической червоточины, место, исключительно бесполезное. Ни тебе пригодных для терраформирования планет, ни каких-то особо богатых залежей редких руд, зато полным-полно мелких планетоидов — естественного пристанища для пиратских миопарон. Казалось бы, вся мощь здешнего подразделения республиканского флота должна быть сосредоточена на защите станции. Однако же, Сенат посчитал за необходимость организовать полноценное патрулирование, как если бы пять-шесть миллиардов человек считали зловещую Вирозу своим родным солнцем.

Пираты, конечно, не давали расслабиться, но это и к лучшему для поддержания боевого духа и должного уровня подготовки.

49
{"b":"154422","o":1}