ЛитМир - Электронная Библиотека

У Кассии язык присох к нёбу. Она быстренько сунула в ладонь напарника свое сокровище и взмолилась шепотом:

— Только не потеряй, пожалуйста.

— Не беспокойся, — Ацилий попытался улыбнуться, но попытка провалилась. Гримаса, перекосившая породистое лицо патриция, улыбкой считаться никак не могла.

И ведь словно в воду глядел. Первое, что потребовал Марк Марций от лигариев, это сдать личные средства развлечения.

— У меня ничего нет, — честно сказала Кассия и разочарованно заскулила. — А можно пользоваться станционным вирт-полем?

Её разочарование, к слову, было натуральным. Явная ложь тоже очень удачно, с помощью Ацилия, замаскировалась под конкретную правду. В самом деле, сейчас у Кассии не было карты. Манипулариям ведь несвойственно врать непосредственному начальству, такое у них врожденное качество. Которое, как только что убедилась лигария, вполне можно обойти.

- К моему сожалению, Кассия, я не могу тебе этого позволить, — грустно, но категорично отозвался Марк Марций. — Видишь ли, погружение в виртуальное пространство перегружает твои… твой мозг. Он должен отдыхать, ведь твои… твой мозг крайне важен для работы.

Куратор повернулся к Ацилию.

— А у тебя имеется личное устройство доступа в вирт-поле, Гай Ацилий?

— Нет, — покачал головой тот. — Я никогда не был любителем бегства от реальности, какой бы она ни была. Тем паче, в виртуальные фантазии, — и привычно выдвинул челюсть.

— Однако у тебя, кажется, есть… книги? — не отставал Марций. — Бумажные книги. Это так?

«Ага, значит, всё верно. И книги тоже», — Ацилий бы порадовался подтверждению своей догадки, если бы ему не было так больно. Расставаться с книгами… это практически то же самое, что для Кассии — потеря ее виртуального леса. Или лиса. Или кто у нее там бегает? С той лишь разницей, что два увесистых старинных томика, в отличие от крохотной вирт-карты, не припрячешь на запястье под браслет пропуска.

- Абсолютно верно, книги имеются. Я обязан их сдать?

— Боюсь, что да. Видишь ли, твой нынешний статус не подразумевает прав на владение подобной собственностью и… — Марций замялся. Видимо, напоминать в очередной раз бывшему патрицию о том, что тот теперь — бесправное имущество, центуриону не слишком нравилось. Но порядок есть порядок.

«Вот незадача! — неожиданно расстроилась Кассия. — Даже в руках подержать не успела. Вот! Вот она, истина — не откладывай на потом то, что можно сделать прямо сейчас». А еще ей стало бесконечно обидно за напарника. Ну какой от книги вред? Издеваются они, что ли?

- Я понял, — вежливо кивнул Ацилий. — Безусловно, станционным вигилам не составит труда найти обе книги в нашей каме… в нашем жилище.

— Рад, что ты верно все понимаешь, Гай Ацилий, — с искренним облегчением выдохнул центурион. Одни боги ведают, чего ожидал Марций от опального патриция. Сопротивления, вероятно. Может, даже попытки бунта. Но Курион не доставил куратору такого удовольствия. Самочувствие не то, чтобы сопротивляться, да и смысла нет.

— Следующий полет состоится через три дня. Пока вы можете отдыхать.

- Нам дозволено иметь близкие отношения друг с другом? — внезапно поинтересовался Ацилий. — Или это тоже нежелательно?

— А… — центурион на мгновение впал в ступор. Вероятно, интимные отношения — это последнее, чем должны были интересоваться лигарии после полета. — А… насколько близкие?

— Секс, — невозмутимо уточнил патриций, произведя бесшумный, но от того не менее выразительный взрыв эмоций в коннекторском штабе. Техники и медики, и даже вигилы у двери переглянулись и стали рассматривать Ацилия с нездоровым любопытством, а рыженькая техник с «Циркона» нерешительно хихикнула. «Силен мужик!» — долетел до ушей Куриона потрясенный шепоток.

Кассия немедленно уставилась на Ацилия с нескрываемым интересом. Разумеется, в своей привлекательности для других манипулариев или флотских она нисколько не сомневалась, и допускала, что, возможно, и патрицию её внешность с характером придутся по душе. Поцеловал же тогда, на миопароне, значит, ему было, как минимум, не противно. И всё же как-то слишком резко Гай Ацилий возжелал крепкого тела бывшей манипуларии.

— Друг с другом? — переспросил Марций, отмирая и потирая шею. — А, ну если друг с другом, тогда, конечно же… В нерабочее время.

— Великолепно, — кивнул Курион. — Если позволишь, Марк Марций, теперь мы хотели бы удалиться.

И потянул девушку за собой.

Им вслед прозвучало несколько вздохов и один присвист, но Ацилий на это, естественно, и ухом не повел.

Кассия деловито шмыгнула носом и устремилась вслед за напарником.

— Слушь, — она легонечко дернула Гая за рукав туники. — А ты что, прям сейчас хочешь сексом заняться? Давай завтра, а? Сейчас бы мне в душ и полежать. Давай завтра?

Патриций криво усмехнулся.

— Твой энтузиазм весьма обнадеживает, моя дорогая. Нет, не прямо сейчас. Просто у меня возникла некая теория… пока еще не оформившаяся… и я решил заранее прощупать почву, так сказать. Определить границы нам дозволенного. Уверяю тебя, твоей чести с моей стороны ничто не угрожает, — он изобразил что-то вроде чопорного кивка и внезапно предложил. — Как насчет прогулки в дендрарий? Разумеется, после того, как мы примем душ и переоденемся.

Купание и смена одежды требовалась обоим лигариям безотлагательно. Ибо ароматы, долетавшие до чувствительного носа Ацилия, приятными называться никак не могли. Воняли оба, причем практически одинаково и, несомненно, плебейски. Какой уж тут секс, тут разговаривать-то неприятно!

«И зубы не мешало бы почистить», — подумал он, но манипуларии об этом не сказал, чтобы не озадачивать девушку еще больше.

Кассия неожиданно смутилась собственной наглости и сразу согласилась идти смотреть сраные деревья. За манипулариями тянулась нехорошая «слава» грубоватых и самоуверенных ребят, не знающих отказа. Особенно за женщинами, падкими до плотских удовольствий. Поэтому больше всего лигарии хотелось объясниться с патрицием, чтобы тот не испугался ненароком:

— Ты не думай… Я не настаиваю. Но ты ведь мой напарник, мы — команда, так что у тебя всегда приоритет в этом деле. Так что… Ну, короче, мы всегда можем договориться. Я тебя, как те Аквилины, заламывать в темном углу не буду, обещаю.

— Вечные боги… — пробормотал Ацилий, утирая испарину. Не то, чтобы он всерьез опасался за свою… э… сексуальную неприкосновенность, однако практичный подход репликаторных девиц к интимной сфере все еще слегка обескураживал живорожденного патриция. Впрочем, напарница, как ни крути, а была весьма недурна собой на вкус Куриона, всегда предпочитавшего смуглых брюнеток белокожим блондинкам, так что ее уверения насчет приоритета, возможно, и пришлись бы кстати… Если бы еще всё так не болело!

— Благодарю тебя за такую… э… благосклонность, Кассия. Мне это весьма льстит, поверь. Но пока я подумывал использовать секс как предлог. Чтобы избавиться от наблюдения, понимаешь? Тебе же захочется посетить твой… э… виртуальный мир. А наша комната прослушивается и просматривается, и, я уверен, будет регулярно обыскиваться. Поэтому, во-первых, я бы советовал тебе припрятать вирт-карту где-то вне стен нашей камеры, а во-вторых… Марций не похож на извращенца, вряд ли ему захочется подглядывать. А если и захочется, то вскоре надоест. Если мы приучим соглядатаев, что каждый день, скажем, в 20–00, мы занимаемся сексом на протяжении… м-м… полутора-двух часов, они будут снимать наблюдение на это время. И ты сможешь входить в свое вирт-поле. Понятно?

Кассия запнулась, остановилась и аж рот раскрыла от восхищения.

— Гай… Можно же я тебя буду по имени называть? Гай, ты… ты такой умный. Ты — настоящий стратег!

Она, наконец, поняла, зачем патриции-то нужны. Чтобы мыслить нешаблонно, вот зачем!

И на радостях чмокнула его в щеку, защебетав умиленное:

— Если я не буду хоть иногда заходить к Руфусу, он же помрет, понимаешь? Он такой красивый, такой… — и подумав, добавила совершенно серьезно: — Гай, это так великодушно с твоей стороны. Честно. Я… я всё что угодно для тебя сделаю. Ты на меня рассчитывай, я могу и убить, если надо.

53
{"b":"154422","o":1}