ЛитМир - Электронная Библиотека

— Spondeo [40], - ответил префект, блюдя традицию.

Он сделал Кассии знак, чтоб та встала, взял её за ледяные от волнения пальцы и передал, как говорится, из рук в руки будущему супругу.

Ацилий торжественно вложил в ладонь невесты железное кольцо и многозначительно пошевелил бровями, дескать, надевай. К счастью, сообразительность бывшей манипуларии ничуть не пострадала от недавних приключений, и многие вещи Кассия понимала без слов.

«Как-то всё это слишком сложно для простого конкубината, пусть даже совмещенного с обязанностями интенданта», — подумалось девушке, когда она надела на палец символический подарок.

— Благодарю тебя, Квинт Марций, и тебя, почтенный Гней Помпилий. Надеюсь, боги благосклонно отнесутся к нашему грядущему союзу. Позволь попросить тебя так же, префект, сообщить о случившемся наварху и внести соответствующую запись в судовой журнал.

«Какой умный мужик! — оценил маневр Ацилия префект. — Тут он прав! Не следует лишний раз искушать Ливию».

Квинт подхватил растерянного авгура под локоток и быстренько уволок из каюты, пока тот на радостях не поженил патриция и плебейку окончательно. Гнею Помпилию еще предстояло растрезвонить новость по всей биреме, а это требовало сил и сосредоточенности.

Едва за свидетелями спонсалий закрылась дверь, Кассия начала яростно ерзать в своей одежде, пытаясь распутать столу. Ей было жарко и душно, но больше всего бесило чувство притаившегося неведомого подвоха, который сулил новый статус. Подробностей Кассия знать не могла, но чуяла, нюхом чуяла, точно её виртуальный лис — мышиный запах из-под снега, что с этой вакансией не всё так просто, как кажется.

— Уверен, тебе совершенно необязательно так нервничать, дорогая, — мурлыкнул довольный Ацилий и ловким движением освободил Кассию от непривычных одежд, не упустив возможности заодно и приласкать возмущенно пыхтящую невесту. На его придирчивый взгляд, дестината [41]во время церемонии вела себя безупречно и заслуживала всяческих похвал и поощрений: — Возможно, тебе теперь хочется посетить спортзал? Или провести время в вирт-поле? Ты вольна заниматься всем, что только взбредет тебе в голову, дорогая, в разумных пределах, конечно. Только вынужден напомнить, что теперь от тебя потребуется соблюдать определенные правила поведения.

Хмурая Кассия надоедливые тряпки отшвырнула подальше, но затем, немного подобрев от нежностей Гая, решила, что не так уж и плохо всё складывается, надо лишь обрисовать для себя круг первоочередных задач.

— Ты бы мне инструкцию дал. Чтобы я ненароком твои «определенные правила поведения» не нарушила.

Среди манипулариев на «Фортуне» тоже частенько заключался конкубинат, но правила в нем были неписанные. Что-то типа «С чужими партнерами не мути» и «Меньше верти жопой». Инструктор по психологической подготовке регулярно читал лекции о контроле собственнических чувств, с которыми бороться бесполезно, но крайне необходимо оные держать в узде. У патрициев, небось, тоже с чувством собственности полный комплект.

— Я непременно озабочусь этим вопросом, Кассия, — пообещал Ацилий. — И составлю для тебя подробную инструкцию… или поручу это сделать профессионалу… А пока… Думаю, будет неуместно, если ты, скажем, воспользуешься общим санузлом с членами экипажа «Аквилы» или начнешь оказывать знаки внимания кому-то, с кем все равно не сможешь вступить в интимную связь. Потому что, дорогая, теперь у меня в отношении тебя не просто приоритет, а исключительное право. Да! — спохватился он, осознав, что чуть не забыл самое главное: — И еще леденцы. Я попрошу тебя употреблять это лакомство исключительно в каюте. Договорились? На досуге поройся в корабельной базе данных или обратись за советом к Квинту Марцию. Я уверен, что общие сведения о правилах поведения ты сможешь почерпнуть самостоятельно из соответствующей литературы или вирт-симуляций. Ты же у меня такая умница.

От этих слов Кассия прямо расцвела вся. Куда только делись все подозрения. Она любила определенность и точность формулировок, избавлявших простого исполнителя приказов от необходимости мучительно размышлять над правильностью или ошибочностью своих возможных поступков.

«Исключительное право на секс — это понятно. Тут никто и не спорит, — рассуждала она. — На то мы с тобой, Гай Ацилий, и официальные партнеры, чтобы спать только друг с другом. А леденцы, что в каюте, что в столовой одинаково вкусные. И уж наверняка в базе корабельного вирт-поля сыщется материал про жизнь патрициев и патрицианок в их естественной среде обитания».

— А заодно у тебя есть уникальная возможность полностью изучить корабль, — добавил Курион, занимая место за столом и активируя вирт-консоль. — Если возникнут вопросы, скажешь, что я попросил тебя это сделать. А я сообщу наварху, чтобы она дала тебе доступ всюду, куда сочтет возможным. Прямо сейчас. Уверен, что Ливия Терция мне не откажет.

«О! Вот и первое задание! — возликовала манипулария, по-своему переведя умные патрицианские намеки. — Вынюхать, чем тут, на „Аквиле“, народ дышит — это правильно». И тут же полюбопытствовала:

— А ты чем займешься?

— О, моя дорогая, — вздохнул патриций, поигрывая световым пером и не скрывая нетерпения. Он и сам не подозревал, насколько истосковался по умственному труду. — Я займусь нудной, но жизненно важной работой — составлю списки моих вероятных сторонников, перечень мест, куда мы могли бы отправиться, и набросаю хотя бы примерный план действий, чтобы мне было, что показать наварху и префекту на ближайшем совещании.

***

Почти весь личный состав биремы «Аквила» пребывал в унынии. Исключение составлял только контубернал наварха — Флавий. И Кассия, робко просочившаяся в спортзал, решила набраться терпения, вопросов до поры до времени не задавать, а только слушать и запоминать. Вдруг они что-то задумали против Ацилия? Но причина всеобщей печали оказалась проще и прозаичнее: доблестные Аквилины ставили на то, что Квинт Марций и Ливия непременно переспят либо из-за внезапной симпатии, либо после совместной пьянки. Но вышло так, что Флавий и Гней Помпилий сорвали банк. С авгуром всё ясно, рассуждали осиротевшие, кто на десяток, а кто и на сотню сестерциев, Аквилины, авгур через аптериксов у богов дознался. Но сучонок-Флавий каков? Даром, что на пару с Луцием Марцием за начальством подглядывали-подслушивали, а все равно порученец префекта лишился половины жалования. «Флавии, они все такие подлючие!» — постановил коллективный разум и немедленно переключил внимание на Кассию.

Девушка отлично знала, как стремительно расходятся по кораблю новости. Что на квинквиреме, что на биреме, не проходит и получаса, чтобы о происшествии не узнал самый последний техник-ассенизатор. Но Гней Помпилий же побил все рекорды, раструбив об их с Гаем помолвке по всему кораблю в течение двадцати минут. И теперь Аквилины взирали на патрициеву невесту, как на двухголового монстра. Манипулария, ставшая лигарией — полбеды, но плебейка, вошедшая в патрицианскую фамилию через партнерство — это что-то невероятное. В спортзале воцарилась тишина, нарушаемая только тихим шорохом беговой дорожки да звуками шагов Кассии.

Она выдержала ровно три минуты, а потом вспомнила, что еще совсем недавно служила на флагмане Республиканского флота и среди своих, среди манипулариев, считалась храбрым солдатом. Девушка демонстративно остановила тренажер и развернулась к собравшимся.

— И что такого случилось-то, а? — спросила она с нескрываемым вызовом. — Только и делов, что мой напарник — Гай Ацилий Курион — оказался человеком чести. Обещал право соглаша… согласи… согласовательного слова — и дал, обещал ввести в семью — сделал. Разве это плохо? Так и знайте, квириты, как Гай Ацилий скажет, так и будет. И я тому живой пример. Так-то!

Никогда не имевшая опыта публичных речей, Фортуната вдруг почувствовала вкус к риторике. Конечно, так гладко вещать, как это вчера делал Блондинчик, она бы все равно не смогла, но как говорится, главное — ввязаться в бой, а там всё само получится.

вернуться

40

[40] «Spondesne?» — «Spondeo». — «Торжественно обещаешь?» — «Клятвенно обещаю» (лат.)

вернуться

41

[41] Сговоренная, нареченная (невеста)

92
{"b":"154422","o":1}