ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Взаперти
Битва трех императоров. Наполеон, Россия и Европа. 1799 – 1805 гг.
Джек Ричер, или Прошедшее время
Остров кошмаров. Паруса и пушки
Глубокий поиск. Книга 1. Посвящение
Выгорание
Наше время не пришло
Основы Теории U
Имитация страсти

Дело было после ланча.

— Вы сиделка? — спросила мисс Бекинсейл.

Миссис Доналдсон вздохнула.

— Нет, Вайолет. Я Джейн.

Студенты еще не вернулись после перерыва, и миссис Доналдсон совершенно не желала подыгрывать мисс Бекинсейл.

— Вайолет, мы еще не начали.

Мисс Бекинсейл зажмурилась.

— Я ничего не начинаю. Какая я есть, такая и есть. Вы сиделка.

— Я не сиделка, — сказала миссис Доналдсон. — Я твоя дочь, Лойс.

— Ты? Какая ты мне дочь? Начнем с того, что ты слишком стара. И еще: моя дочь ни за что не надела бы кардиган такого цвета.

Это была обычная для мисс Бекинсейл тактика. Отлично понимая, что обвинить ее будет трудно, она, хоронясь в зарослях своего гипотетического слабоумия, кидала в коллег напоенные ядом дротики, и одним из симптомов ее «сумасшествия» было то, что она ничего не держала в себе.

Стали подтягиваться студенты, и мисс Бекинсейл прикрыла глаза и пустила свой рассудок по волнам.

Вести прием должен был Меткалф, флегматичный молодой человек, который весьма положительно относился к геронтологии. Он поднялся на подиум, где его уже ждали дамы, пожал руку изображавшей дочь и готов был так же поздороваться и с предполагаемой матерью, однако мисс Бекинсейл, уже вошедшая в роль, не заметила ни Меткалфа, ни его протянутой руки.

Он усаживается за стол, делает какие-то пометки.

— Итак, мисс Мергатройд…

— Миссис, — поправила его миссис Доналдсон.

— Прошу прощения. Значит, имеется и мистер Мергатройд?

— Имелся. Он умер.

— Она его убила, — сообщила ее мать. — Выкинула в окно.

— Простата… — пояснила дочь.

— Я даже как звать ее не знаю, — заявила старая дама.

— Кстати, как вас зовут? — спросил Меткалф.

— Лойс.

— Вовсе нет, — сказала ее мать. — Ее зовут… — И мисс Бекинсейл стала подбирать имя попротивнее. — …мою дочь зовут Трейси.

— Лойс, — повторила миссис Доналдсон.

Меткалф еще что-то записал.

— Я задам вам пару вопросов, чтобы понять, какой именно уход требуется вашей матери. Она страдает недержанием?

— Только когда сама этого хочет.

— А может обделаться?

— Когда ей это удобно.

— Что она такое говорит? — подала голос старая дама. — Спрашивайте меня, а не ее.

— Мне приходится все делать, — сказала Лойс.

— Интересно, — донесся голос Баллантайна из дальнего угла. — Когда говорят «Мне приходится с ней возиться», обычно имеется в виду только одно.

— У нее столько мужиков, — сказала старая дама. — Стаи.

Баллантайн пропускает это мимо ушей.

— Вот что еще интересно, — продолжил он, — дочь говорит о престарелой матери «Мне приходится с ней возиться», а вот на другом отрезке жизненного пути мать никогда не скажет про младенца «Мне приходится с ним возиться». Почему мы принимаем безропотно беспомощность младенцев, но совсем иначе беспомощность стариков? Кулли, есть идеи?

Кулли задумался.

— Начнем с того, что у стариков дерьмо сильнее воняет.

Студенты разразились хохотом, но Баллантайн к ним не присоединился.

— Это серьезный аргумент. Действительно, сильнее. Продолжайте.

Меткалф задавал все положенные вопросы — про память, способность передвигаться, про ночные вставания, но ничего особенного не выяснил. Понятно, что между матерью и дочерью согласия нет. Мать хочет остаться дома, дочь не справляется и хочет отправить ее в совсем иное место. Если бы они хоть немного друг друга любили, это было бы трогательно, но чего нет — того нет.

— А раньше вы с матерью ладили? — спрашивает он.

— Да мы ладим, — говорит мать. — С чего вы взяли, что мы не ладим?

— Вы только что назвали ее коровой.

— Она же моя дочь. Как хочу, так и называю.

Меткалф ни с того ни с сего спросил:

— Кто у нас сейчас премьер-министр?

— Ну, этот… — ответила она. — Я знаю, но вам не скажу.

— Вы можете вычесть из семи пять?

— Это еще зачем?

Меткалф оборачивается к дочери.

— Видите ли, миссис Мергатройд, отлично известно, что пожилые пациенты лучше себя чувствуют в знакомой обстановке, к тому же это ведь дом вашей матери.

— Вовсе нет! — встревает мать. — Он хоть и выглядит как мой дом, и улица выглядит как моя, но сейчас каких только декораций не делают. Честно говоря, я считаю, я давно уже в доме престарелых, только мне боятся сказать.

Меткалф что-то записывает, а Лойс понимающе улыбается.

— Дело-то в том, — говорит мисс Бекинсейл, — что она хочет пустить постояльца.

Студенты навострили уши.

Поскольку в сценарии про постояльцев не было ни слова, миссис Доналдсон сразу понимает, что это очередной дротик из колчана мисс Бекинсейл.

— Муж у нее помер, вот она и хочет постояльца.

— Не хочу я никакого постояльца, — говорит Лойс. — Для него и комнаты-то нет.

— Все зависит от того, как улечься, — сказала мисс Бекинсейл.

Кто-то засмеялся. Миссис Доналдсон посмотрела на публику. Еще кто-то тихо усмехался.

— Они будут этим заниматься, — сказала ее мать.

— Чем это этим? — спросил Меткалф.

— Ну, чем обычно занимаются, — сказала мисс Бекинсейл. — И стар, и млад. — Кто-то аж взвизгнул. Обычно мисс Бекинсейл ни о чем подобном речи не заводила.

— Ты про то, — сказала Лойс, — что тебе пришлось делать до моего рождения?

— Прекрати говорить гадости! Я никогда этого не делала. Я ни с кем этого не делала. Я была учительницей в воскресной школе. Это ты так делала. И делаешь. — Тут она стукнула кулаком по столу.

Все это было на нее совсем не похоже. Какую бы белиберду она ни несла, тему секса мисс Бекинсейл обходила стороной.

По столу ей стучать понравилось, поэтому она стукнула снова.

У миссис Доналдсон в сумке всегда есть бутылка воды, поэтому, воспользовавшись суматохой и прикрывшись сумкой, она наклоняется и льет воду под стол.

— А как же муж? — спрашивает старую даму Меткалф. — Вы с ним ладили?

— Ее спросите.

По полу растеклась лужица.

Миссис Доналдсон мило улыбнулась Меткалфу.

— Кажется, у мамы небольшая авария.

— Со мной такого не бывает, — возмутилась мисс Бекинсейл то ли от лица мамы, то ли от своего.

— Она этого даже не осознает, — сказала Лойс. — Ей нужен профессиональный уход.

— Я позову сестру, — сказал Меткалф. — Пусть здесь все вытрет. По таким вопросам можно же обращаться к сестре?

— Да, — устало кивнул Баллантайн. — По таким можно.

Пока студенты расходятся, а мисс Бекинсейл выходит из образа, Баллантайн отводит миссис Доналдсон в сторонку.

— Отлично, просто замечательно. Только я не уверен, что все получилось. Как по вашему, Вайолет была достаточно безумна? Мне показалось, она слишком уж хорошо соображала. Она правда обмочилась?

— Ей так не показалось, — сказала миссис Доналдсон.

— Да вы что? Бедняжка. Однако она еще тянет, хотя — не сочтите это диагнозом — она в последнее время слишком уж погружается в свои фантазии.

— Однако, не могу не заметить… — Он положил руку чуть пониже талии миссис Доналдсон, чего она не могла не заметить, — …каким бы безукоризненным ни был сценарий, вы с непонятным упорством изображаете то, что так далеко от вас настоящей — равнодушную дочь, обиженную вдову, затаившую обиду на супруга. Все ваши героини малоприятные дамочки.

— Я не очень умею изображать чувства, — сказала миссис Доналдсон.

— В жизни, — осмелился спросить Баллантайн, — или только на занятиях? Вы все еще по нему горюете?

— По кому горюю? — удивилась миссис Доналдсон.

— По мистеру Доналдсону.

— А-аа, — сказала миссис Доналдсон. — Наверное.

— Быть может… — его рука все еще лежала на спине миссис Доналдсон, — …вы согласитесь как-нибудь со мной поужинать? Это вас отвлечет.

— Что он так долго собирался? — сказала Делия. — Надеюсь, ты согласилась?

Миссис Доналдсон согласилась, причем чуть ли не с радостью, поскольку приглашение свидетельствовало о том, что даже если о ее эскападе с Лорой и Энди кто-то и знает, то ушей доктора Баллантайна слухи не коснулись.

11
{"b":"154424","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Темная империя. Книга третья
Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
Метро 2033: Харам Бурум
Мое преступление (сборник)
Лес теней
Фаэрверн навсегда
Технарь: Позывной «Технарь». Крот. Бессмертный палач императора (сборник)
Сладкое зло
Гиблое место в ипотеку