ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Большая и грязная любовь
Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя
Время игр! Отечественная игровая индустрия в лицах и мечтах: от Parkan до World of Tanks
Хозяйка лабиринта
Чему я могу научиться у Илона Маска
Сэндмен Слим
Вещие сны. Ритуальная практика
Уборщица. История матери-одиночки, вырвавшейся из нищеты
Империя Млечного Пути. Книга 2. Рейтар
Содержание  
A
A

«Как бездарно ходит судьба...»

Как бездарно ходит судьба
Собирать оброк!
Двадцать пять годов без тебя —
Это первый срок.
Десять суток с тобою врозь —
Это срок второй.
Ну так что же третий,
Который не за горой?
Ведь не дольше первого,
И второго не голодней...
Отвори старушке:
Грешно смеяться над ней!
1981 Киев

«От застолья выйти на холод...»

От застолья выйти на холод,
Захлебнуться тьмой и услышать
Бой часов и плетенье нитей,
Чей-то шорох и голоса...
Чёрный с золотом космос
Громоздится над нашей крышей,
Гривы спутаны у созвездий
И горят восторгом глаза.
Как над шаром стеклянным дети,
Позабыв дышать от волненья,
Тесным кругом сойдясь, глазея
Из-за худенького плеча —
Те, над нами, толпятся в небе,
Очарованы представленьем,
Так несхожим со всем на свете —
От кулис до взмаха плаща!
Ах, серебряные трубы,
Злые кони да птица кочет,
Плач у стремени, смерть и слава —
Порван занавес, не спустить!
Ни пощады никто не примет.
Ни антракта никто не хочет.
Хорошо ль мы умеем падать
С порыжелой землёй в горсти?
1981 Москва

«Эта осень пахнет кострами...»

Эта осень пахнет кострами.
Там на небе пекут картошку,
Разгребают золу и дуют,
Вспоминая старые песни.
И грустят по мне вечерами,
И стараются хоть в окошко
Разглядеть,
А когда взойду я
На хрустальнейшую из лестниц —
Как там встретят меня: заждались!
Мол, не вечно же в колыбели...
А потом, с оттенком печали:
— Мы ведь тоже не всё успели.
1981 Москва, Бутырки

БУТЫРСКИЕ ВОРОБЬИ

Вот и снег загрустил.
Отпусти обессиленный разум —
Да покурим-ка в форточку,
Пустим на волю хоть дым...
Прилетит воробей
И посмотрит взыскательным глазом:
— Поделись сухарём!
И по-честному делишься с ним.
Воробьи, они знают,
К кому обращаться за хлебом.
Пусть на окнах двойная решётка —
Лишь крохе пройти.
Что за дело для них,
Был ли ты под судом или не был!
Накормил — так и прав.
Настоящий судья впереди.
Воробья не сманить —
Ни к чему доброта и таланты:
Он не станет стучать
В городское двойное стекло.
Чтобы птиц понимать —
Нужно просто побыть арестантом.
А раз делишься хлебом,
То значит, и время пришло.
1981 Москва, Бутырки

«Уже сегодня пальцы не дрожат...»

Уже сегодня пальцы не дрожат.
Стою,
Хоть потолок ещё кружится.
Все стёкла настежь!
Мне бросает взгляд
Весёлая бессмысленная птица.
Я говорю: «Привет!»
Она: «Чирик!»
И мы хохочем, головы закинув.
Какая оттепель!
Какой ребячий крик!
Как тает снег в очистках апельсинов!
Нелепое начало января:
Весна, вне ожиданья и закона
Вот-вот прорвётся мятежом зелёным —
Немедленно!
Пускай ещё горят
Нахохленные ёлки, пахнет снедью —
Апрельский бунт уже не удержать!
По небу, по распластанному снегу —
Дорогу январю перебежать,
И смех пустить под сумрачные своды,
И лужи порасплёскивать в моря!
И задохнуться радостной свободой —
Всё той ещё —
Наследьем декабря.
1982 Киев

«Там на крыше никто не плачет...»

Там на крыше никто не плачет,
Там луна выгибает спину.
Там навек закатился мячик
В уголок за карниз старинный.
Воробьиные разговоры
Принимают размер баталий.
И грустят снеговые горы,
Что уже своё отлетали.
И решается честным боем
Давний спор на кошачьей пьянке:
Валерьянка пахнет весною
Или лестница — валерьянкой?
1982 Киев

«Мой единственный равный...»

Мой единственный равный,
Нездешнего века и дня,
Мой, сумевший заворожить меня,
Не желающий ведать о конце и трубе,
Каково тебе?
Каково тебе средь моих заломленных рук,
Не приявший крещенье слабых,
Не брат, не друг —
Мой владеющий мною, как синева — стрелой,
Сумасшедший мой!
Что смотреть на небо — оттуда идёт зима.
Что бояться жизни,
глотнув февральской воды?
За углом караулит город —
Кому водить?
Ну так что же. Ладно.
Будем сходить с ума.
1982 Киев

«Давай отпразднуем грозу...»

Давай отпразднуем грозу:
В саду истерику сирени,
Окна слепое озаренье
И на балконе стрекозу.
Оглох букет в дрожащей склянке,
А с неба — грохот и пожар,
Как будто лопнул у цыганки
Непроданный лиловый шар!
Как наши праздники случайны
И неожиданны для нас,
Какой судьбой необычайной
Подарены — в который раз!
И, право, стоит ли печали,
Что телефоны замолчали,
Что зимних писем не несут...
Уже Крещенье — за плечами.
Апрель. Мы празднуем грозу.
1982 Киев
15
{"b":"154435","o":1}