ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Куклу с моющимися волосами!..»

Куклу с моющимися волосами!
С голубыми испуганными глазами!
С круглой попкой и пальчиками-конфетками
Во дворе купала дочка соседки.
Вдохновенный обряд напоказ творила:
Наливала воду, взбивала мыло,
Локтем пробовала: не горячо? —
И лила на розовое плечо —
Дорогое, немецкое (мягкий пластик)!
Мы сгорали молча, в жестокой власти
Аккуратных ресничек в шёлковых бликах,
Добросовестных щёчек цвета клубники,
Русых локонов и ладошек зябких,
И бесстыдства кружев, снятых хозяйкой.
А наш худенький круг обходила зависть
И моргала пластмассовыми глазами.
И уже выбирала: кого — себе —
Навсегда? Кому судьба — поседеть
У неё под мякотью локотка,
В пышной сласти сахарного лотка,
В нежной ванночке,
что в коробку — комплект! —
Упакована? Кто за входной билет
В изобильную благодать
Первым взносом — попросить дать
Подержать! Дотронуться! Посмотреть!
Заплати — и конец игре!
И щенкам, посягающим на газон,
И слезам над обиженной стрекозой,
И ещё чему-то. Мы знали это,
Отступая в босяцкую вольность лета:
К самодельным коням, хворостинке-шпаге,
Треугольному киверу из бумаги...
Как с арены звери, презрев опилки,
Мы ушли, деревянно держа затылки.
И свой гордый выбор перестрадали,
Подчиняя сердце такту сандалий.
1983 тюрьма КГБ, Киев

«Мне в лицо перегаром дышит моя страна...»

Мне в лицо перегаром дышит моя страна.
Так пришли мне книгу, где нет ничего про нас.
Чтобы мне гулять по векам завитых пажей,
Оловянных коньков на крышах и витражей,
Чтоб листать поединки, пирушки да веера,
Чтоб ещё не пора — в костёр, ещё не пора...
И часовни ещё звонят на семи ветрах,
И бессмертны души, и смеха достоин страх.
Короли ещё молоды, графы ещё верны,
И дерзят певцы. А женщины сотворены
Слабыми — и дозволено им таковыми быть,
И рожать сыновей, чтобы тем — берега судьбы
Раздвигать, и кольчуги рвать, и концом копья
Корм историкам добывать из небытия.
Чтоб шутам решать проблемы зла и добра,
Чтобы львы на знамёнах и драконы в горах,
Да в полнеба любовь, да весёлая смерть на плахе,
А уж если палач — пускай без красной рубахи.
1983 тюрьма КГБ, Киев

«Чёрная картинка...»

Чёрная картинка —
Стрелолист!
Витая тропинка —
Расстелись!
Дрогни, белогривый,
Под седлом!
В штрихи-переливы —
Напролом!
Пробираться чащей
В сласть и жуть!
За святою чашей —
Грешный путь.
Озёра, драконы,
Зверь-единорог...
Гибнуть — так без стона,
Жить — так без дорог!
Мёртвые, живые —
Сплетены в бою.
В церкви кружевные
Мальчики поют.
Дамы за шелками —
Страстоцвет! —
Слабыми руками
По канве
Пышный герб выводят,
Подают:
— Сбереги в походе.
А убьют —
Воспоют сторицей
Каждый бой...
Мой весёлый рыцарь,
Бог с тобой!
1983 тюрьма КГБ, Киев

«Мне как-то снилось: кони и попоны...»

Моему другу Валерию Сендерову

Мне как-то снилось: кони и попоны,
Рука с колючим перстнем на плече,
И горький лик коричневой иконы,
И твёрдый ропот тысячи мечей.
Потом не помню. Травы уставали
Оплакивать надломы, волки — выть,
И кто-то пел по мёртвым на привале,
И сохли раны, и хотелось пить.
Был месяц август. Дозревали звёзды
И падали в походные костры,
И родину спасти ещё не поздно
Казалось нам. Мы дождались поры,
Мы встали, и в который раз, спасая,
Ушли в траву и перестали быть.
Юродивая девочка, босая
По нам бежала с криком.
Не убить —
Так просто. Кажется, сейчас усвоит
Моя земля бесхитростный урок...
Но нет! Ржавеют воды, бабы воют.
А мы встаём, когда приходит срок.
1983 тюрьма КГБ, Киев

«Зачем бояться манекенов?..»

Зачем бояться манекенов?
А вот поди ж: до тошноты!
Они молчат в прозрачных стенах
И улыбаются... А ты
Кричишь: — Скорей, пойдём отсюда!
И тянешь за руку. Но вслед —
Они... О, детская причуда!
Не оставляешь столько лет —
Зачем?
Недвижные уроды
При галстуках и в пиджаках,
Младенцы мертвенной породы
В передничках и ползунках,
И женщины... У них снимают,
Меняя платье, кисти рук...
Кадавров линия прямая!
А вдруг однажды поутру
Ты выплеснешь своё отродье
На улицы? Войдёшь в дома?
И родине моей юродивой...
А впрочем, ведь она сама
Хватает за руки — проверить:
Снимаются? Ну, значит, свой!
А нет — в наручники!
И двери —
На ключ!
И встанет часовой,
Обшитый синим кантом — рядом,
И ты тогда поймёшь по взгляду,
Что он — тот самый! Неживой.
1983 тюрьма КГБ, Киев
25
{"b":"154435","o":1}