ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ДУЭТ

Мастер:
И кто бы знал, что это так возможно —
Пойти гулять под вишнями в цвету,
Забыть про тьму, и злую пустоту,
И обо всём, что истинно и ложно.
Нам ляжет под ноги полынь-трава,
Друзья по ней простелят к нам дорогу,
И вступит счастье в давние права —
Как прежде. Только прошлого не трогай.
Мы всё простили — значит, нет долгов,
Вино почти черно в тяжёлых кубках —
Так за тебя, тебя, моя голубка,
Пришедшая с нездешних берегов!
Так за тебя, спасающую нас
Движением руки, единым взглядом,
Одним упрямством пребыванья рядом,
Когда друзья ушли, и Бог не спас...
Маргарита:
Это лишнее, лишнее, лишнее —
Ах, не надо, не вспоминай!
Мы пойдём под цветущими вишнями —
Видишь, как он нас ждёт, этот край.
Ты забудешь, забудешь, забудешь —
Перестанет болеть голова,
И придут к нам хорошие люди,
И задышат в камине дрова.
Ах, не думай, не думай, не думай —
Больше нету ни слёз, ни оков.
Мы же дома, мы дома, мы дома —
Навсегда, во веки веков.
Мастер:
И кто бы знал, что это так возможно...
1987 Чикаго

СТИХИ КРИСТИНЕ

Быть бы голубем в Амстердаме,
Вить гнездо под мостовой аркой.
Слышать плеск воды между снами,
Старый город с почтовой марки
Облетать по утрам дозором:
Все ли башни видны в тумане?
Затевать с воробьями ссоры
И души никому не ранить.
И не помнить сырого хлеба
Пополам с прошлогодним снегом,
И не знать о смертях нелепых,
О которых и плакать некому.
Быть бы голубем — мирной птицей,
В правоте своего бессилья!
Только боль моя не вместится
В голубином размахе крыльев.
Только проволокой колючей
Мне вонзилась родина в душу!
Что ж, наверное, это к лучшему.
Что ж, наверное, как-то сдюжу.
1987 Амстердам

«Дом под соломенной крышей...»

Дом под соломенной крышей
На берегу канала.
Белоголовых мальчишек
Стайка возле причала.
— Эй, перелётные птицы!
Месяц февраль на изломе.
Где вас найдёт за границей
Грусть о маленьком доме?
Вам забывать не больно.
Но что у вас в сердце, птицы?
— Воды да колокольни,
Да красные черепицы.
1987 Роттердам

СОНЕТ

Опять дорога и опять закат.
Опять поля печальные лежат,
И родина чужая под ногами.
А кто-то там над нами молча ждёт,
Напоминая о себе дождём.
Он знает всё, что приключится с нами.
И сколько нам отмерено пути,
И то, куда нам велено дойти,
И что Он спросит, встретившись глазами.
А птицы чертят крыльями ветра,
А это значит, что и нам пора,
Но каждый путь мы выбираем сами —
Упрямее, чем прежде, во сто крат!
Опять дорога и опять закат.
1987 Роттердам

«Засвети мне зелёный огонь среди ночи...»

Засвети мне зелёный огонь среди ночи,
Я пойду на него напролом,
как на свет из окна.
Что ты странно глядишь,
почему так измучены очи,
Моя грустная кровь,
моя вросшая в сердце страна?
Что ты поровну хлеба на всех не ломаешь, Россия,
Ты, меня научившая пайку делить пополам?
Что так горько в разлуке щемишь
перехваченной ксивой,
И от каждой свечи
что за тени встают по углам?
Засвети одинокий огонь, расстели своё поле —
Мне дорогу во тьме всё же легче найти, чем тебе.
Хочешь — я напророчу:
не будет ни страха, ни боли —
Только ласковый свет на твоей непутёвой судьбе.
Погоди убивать — я тебе доброты напророчу,
И простят тебя дети твои,
только слёзы не лей.
Лишь огонь засвети,
лишь решись на огонь среди ночи!
И не бойся: вот видишь — тебе уже стало светлей.
1987 Лондон

МАРСИАНСКИЙ ТРИПТИХ

1
Самолётик летит,
Басом песенку поёт.
Два пилота в нём сидят —
Один с усами, другой без.
Нам усов не разглядеть,
Потому что высоко.
Самолётик не видать,
Потому что темнота.
Только видно огоньки:
Они сверху, мы внизу.
...Если с Марса поглядеть —
Будет всё наоборот.
2
Вот котёнок идёт —
Весь из лапок и хвоста.
Вот старушка прошла —
Из авосек и платков.
Вот трамвайчик бежит —
Из жестянок да звонков.
А вот мы, дураки —
Из вопросов и стихов.
...Если с Марса посмотреть —
То останутся стихи.
3
Вот мы едем в метро,
Отражаемся в стекле:
Две косички, седина,
Чья-то шляпка набекрень,
Чьи-то серые усы
И усталые глаза,
Чьи-то тёмные очки
И с перчаткою рука.
Все мы сами по себе,
Все стоим плечо к плечу.
...Если с Марса поглядеть —
Будет видно лишь траву.
1987 Лондон
44
{"b":"154435","o":1}