ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Зу расплылась в широкой улыбке и затряслась всеми подбородками.

— Ну, держись! — воскликнула она. — У-у, вун-дер-кинка!

Она уже развернулась было, чтобы спуститься вниз, к пещерам племени, но шаман окликнул ее.

— Еще одна вещь, — сказал он. — Колдовство, как я тебе уже сказал, непростое. Потребуется еще кое-что…

Зу нахмурилась, ей казалось, что двадцати копченых рыб с лихвой должно хватить на любое колдовство.

— Ты должна устроить им бойкот, — сказал шаман. — Иначе магия не сработает.

— Бойкот? — наморщила лоб Зу. — Это вроде как лохмы выдрать, да? Ну, завтра я буду коптить для тебя рыб, а вот послезавтра…

— Нет, — перебил ее шаман. — Это значит, ты не должна появляться на пороге их пещеры. И вообще, не показываться им на глаза.

Зу уперла руки в бока.

— Это как так? — спросила она. — Это что, я должна прятаться от моего мальчика? А эта пакостная девка будет в это время зудеть моему сыну, какая я плохая мать?..

— Не будет, — махнул ей рукой шаман. — Это я беру на себя. Гнев духов… Ну, в общем, ты поняла. Пока вы с ней не видитесь, ей удачи ни в чем не видать. Хоть раз с ней повздоришь — вся магия насмарку. Понятно? Придется потом снова колдовать. И двадцатью рыбами уже не обойдешься.

Зу неуверенно топталась на месте.

— Но…

— Иди, Зу, — твердо сказал шаман. — И помни, рыбы должны быть большими. Не забудь про ослиную голову.

Зу развернулась и медленно побрела вниз по тропинке, пиная мелкие камешки. Шаман, прищурясь, глядел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом, потом опустил глаза на костяную фигурку, которую держал в руках. Поскреб ее кремневым ножом, дунул, чтобы убрать крошку.

— Можете выходить, — сказал он громко. — Она ушла.

Из-за выступа скалы высунула голову робкая тень. Выбравшись из укрытия, тень оказалась патлатым юношей в набедренной повязке из енотовых шкур.

— Ты же не будешь в самом деле колдовать? — с волнением в голосе осведомился он.

— Я только что избавил вас от визитов мамаши на неопределенный срок, — сердито сказал шаман. — Это что, по-твоему, не чудо?

Следом за юношей появилась худенькая рыжеволосая девушка. Юноша тут же ухватил ее за ладонь.

— Спасибо можете не говорить, — сказал им шаман. — Пары зайцев вполне хватит.

Агу понимающе закивал.

— А теперь идите, — разрешил шаман. — Только не слишком быстро, а то догоните мамашу.

Агу потянул девушку за руку и повел ее вниз по той же тропке, по которой ушла несколько минут назад Зу. Через несколько шагов девушка выдернула свои тонкие пальцы из его лапы, в два прыжка подбежала к пещере, быстро чмокнула шамана в заросшую щеку и так же бегом вернулась к мужу.

Солнце уже почти совсем скрылось за скалами. Шаман сидел на куче листьев, привалившись спиной к камню, и смотрел, как парочка спускается по тропинке вниз. Когда они скрылись из виду, он буркнул:

— Не за что, — и снова взялся за костяную фигурку. Он трудился над ней, пока не погасли последние лучи солнца, и он не перестал различать черты лица фигурки.

Тогда он встал и ушел в пещеру.

И жили они долго и счастливо... (СИ) - i_002.png

Чтобы помнили

— Шаман! — негромко позвал вождь.

Ответа не последовало. Вождь осторожно взялся за краешек шкуры, закрывавшей вход в пещеру, и потянул.

— Шама-ан! — повторил он. — Шаман, ты тут?

В пещере завозилось, зашуршало, зачавкало губами, потом из дымной полутьмы донеслось недовольное:

— А где еще мне быть?

— Я тут это…

— Заходи внутрь, — перебил его голос шамана. — Тепло не выпускай. Небось, не май месяц на дворе.

Вождь боком протиснулся в пещеру, заморгал, пытаясь привыкнуть к слабому свету костра, разведенного под глиняным горшком. Шаман сидел на грязной шкуре, расстеленной в дальнем углу пещеры, позевывая и протирая кулаками глаза.

— Я разбудил тебя, шаман? — ужаснулся вождь. — Прости меня, пожалуйста…

— Я не спал.

— Просто сейчас середина дня, я думал…

— Сказал же — я не спал! — рявкнул шаман и широко зевнул. — Я размышлял. Чего тебе нужно?

Вождь замялся.

— Я тут подумал… — и замолчал, смущенно ковыряя пол пещеры большим пальцем ноги.

— Ну, молодец, — похвалил его шаман. — Делай так почаще, это хорошее хобби.

— Чего? — переспросил вождь. Он быстро заморгал, мохнатые брови сошлись у него над переносицей, что было верным признаком усиленной работы мысли.

— Неважно, — отмахнулся шаман. — Все равно не поймешь. Это все?

— Не, — сказал вождь, запуская палец в нос. — Я это, чего подумал: вот мой отец был вождь племени, так?

Шаман пожал плечами.

— Ну, более или менее.

— И мой дед был вождь племени, верно?

— Тебе виднее, я вас всех не запоминаю.

— Вот именно, шаман. А ведь и до них были вожди! И никто их уже не помнит. Я спрашивал племя — моего отца еще смутно помнят, особенно женщины. А деда даже старухи не вспомнили, память у них уже не та. Ну, а тех, что до деда были, и вовсе никто не знает. А ведь, должно быть, мудрые были вожди, сильные, славные! А?

Палец вернулся из ноздри с добычей, вождь критически ее осмотрел и вытер о набедренную повязку. Шаман вздохнул.

— Очень мудрые, — подтвердил он.

— Так вот, — продолжал вождь. — Я и подумал: а если меня мамонт на охоте затопчет, или я с дерева упаду?

Шаман снова передернул плечами.

— Было бы неплохо, — буркнул он себе под нос.

Вождь быстро замотал головой, грязные волосы разметались вокруг его головы.

— Я не о том, — сказал он. — Что, если и меня племя забудет? Вот, помру я, пройдет время, и никто не вспомнит?

Шаман кивнул.

— Ага, — сказал он.

— Что «ага»?! — взвился вождь. — Я тут вождь или хвост коровий?

Шаман внимательно осмотрел вождя, пожевал губами.

— Вождь, — неохотно признал он.

Вождь кивнул.

— Ну так вот, — сказал он. — Хочу, чтобы меня помнили. Хочу, чтобы внуки моих внуков говорили: «Вот, был вождь Угу, самый лучший вождь племени».

Шаман вздохнул.

— А от меня-то что требуется? — спросил он.

Вождь смущенно почесался под набедренной повязкой.

— Ну… — неуверенно сказал он. — Ты это… Наколдуй чего-нибудь. Ты же все можешь.

Шаман потеребил бороденку.

— Это трудно…

— Пять бизоньих шкур, — поспешно сказал вождь.

— Хм-м-м…

— И нога антилопы.

Шаман кивнул.

— Ну и большой горшок для варки мяса, разумеется, — произнес он задумчиво. — Пусть твоя жена принесет его завтра. Проследи, чтобы она не забыла наполнить его вареным мясом.

— Конечно, — кивнул вождь. — Значит, сделаешь?

Шаман важно кивнул.

— Конечно. Но это еще не все. Нужно, чтобы ты выполнил кое-какие ритуалы…

— А без этого нельзя? — забеспокоился вождь. — Может ты как-нибудь сам? Постучишь в бубен, поколдуешь, а?..

— Я-то постучу, — сурово ответил шаман. — Кого люди должны запомнить, тебя или меня?

— Меня, — уныло признал вождь.

— Ну так слушай сюда, — сказал шаман, загибая на руке палец. — Во-первых, нужны открытые голосования.

— Чего?

— Голосование. Обряд такой. К примеру, ушли олени на юг. Выходишь к племени, говоришь: голосуем! Кто хочет перекочевать на юг, за стадами оленей, поднимите руку. Потом считаешь руки.

— Э-э…

— Я сам посчитаю, ясно? И тебе скажу. Если поднятых рук много, говоришь: большинство проголосовало «за», значит, кочуем.

— Так ведь это… Если стада уйдут на юг, нам и так придется следом идти. Зачем это… как его… голое сование?..

— Сказал же: обряд такой! — рассердился шаман. — А люди потом скажут: мудрый вождь, с народом посоветовался. Никто и не поймет, что выбора не было. Да и вообще, сделать можно по-своему, главное — чтобы голосование было.

— А-а-а… — почесал в затылке вождь. — Понял.

— Ничего ты не понял, — сказал шаман. — Просто делай, как я скажу.

Он загнул второй палец.

3
{"b":"154447","o":1}