ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ты что, рехнулся? – заорала Сара еще громче, чем Эльза. – Ты ненормальный, что так ее бьешь? Она же не понимает, что говорит!

– Она говорит то, чему ты ее учишь. Она повторяет то, что слышит от тебя.

– У тебя точно не все в порядке с головой!

Сара не знала, что сказать в свою защиту, он бы все равно ей не поверил. Она подошла к дочери, взяла ее на руки и принялась гладить по голове. Но Эльза не прекращала кричать.

Фрэнки молча смотрел на них. Потом он свернул газету, швырнул ее на стол, взял куртку, ключи от машины и вышел из квартиры.

Еще в тот момент, когда он ушел, у Сары появилось нехорошее предчувствие. Она побежала в гостиную и распахнула окно во двор, где стояли припаркованные машины, чтобы окликнуть его. Но она не видела, чтобы он выходил из дома. Наверное, он все-таки вышел на улицу, но как – она не могла понять. Или же он ждал на лестничной клетке, чтобы через несколько минут вернуться и обнять ее.

Прошло несколько часов. Фрэнки не вернулся. Около пяти часов Сара, которая варила кофе, поглядывая во двор, заметила, что машины нет.

Около шести часов шум постепенно стих, потому что Эльза от усталости уснула. Сара вздохнула и села за письменный стол.

Необычная тишина царила в квартире. Такая, какой она давно уже не слышала. И Сара поймала себя на мысли, что действительно ли это будет конец света, если с Фрэнки что-то приключится.

Фрэнки появился в час ночи. У него был бандаж на шее, бровь рассечена и распухла, и вел он себя тихо, как нашкодивший ребенок.

– Мне очень жаль, – пробормотал он, – но я разбил машину.

– Великолепно! И где она сейчас?

На Саре были только футболка и трусики, потому что она уже легла спать. Она машинально пыталась нащупать сигареты.

– Без понятия. Наверное, на площадке для металлолома. Или полиция оттащит ее туда. Там нечего больше спасать.

Он подошел к роялю, сел и проиграл аккорд. Сара подошла и ударила ладонью по клавишам.

– Это все, что ты можешь сказать? Там нечего больше спасать? А я скажу так: тебя больше нечего спасать.Ты куришь гашиш и напиваешься, а значит, уничтожаешь не только себя, но и нас, Эльзу и меня. Эльза орет целый день. Да, это так, но почему? Потому что ее отец – наркоман, который наградил ее гнилой кровью и отравленными наркотиком генами. Но тебе же все равно! Главное, чтобы ты спокойно мог свернуть себе очередной косячок!

– Прекрати орать, дура, идиотка!

– А машина? Может, скажешь, за какие деньги мы купим новую машину? Или тебе хочется каждое утро возить Эльзу в детский сад на метро? А покупки? Теперь нам придется все в руках таскать или как? Но ты не можешь думать своими обкуренными воробьиными мозгами так масштабно!

Фрэнки встал и изо всех сил ударил ее в лицо. Сара упала.

– Знаешь что, Франк Шворм? Ты действительно настоящий говнюк, – прошептала она. – Иногда я думаю, что лучше бы я тебя никогда не встречала.

Берлин, 1987 год – за восемнадцать лет до смерти Сары

13

– Наверное, у меня есть квартира для тебя, – сказал Романо и был счастлив, как еще никогда в жизни. Весь свой свободный день он посвятил тому, чтобы убрать квартиру, застелить постель свежим бельем, повесить пару фотографий со своей родины, сделать покупки, побриться, вымыться в душе и ожидать ее. И она действительно приехала. Она стояла перед его дверью, как будто это было самой нормальной вещью в жизни, и улыбалась. Без Эльзы, зато со множеством чемоданов.

– Не бойся, – сказала она. – Я не буду надоедать тебе. Это всего лишь на пару дней, пока я что-нибудь найду. А потом ты от меня избавишься.

Сначала она пошла под душ. Он сидел в гостиной, слушал, как журчит вода, и чувствовал себя в раю.

Когда она вышла из ванной, на ней был только его купальный халат. Она уселась на ковер и принялась вытирать волосы полотенцем.

– Две комнаты, – сказала она. – Больше мне не нужно. Одна комната для меня, одна – для Эльзы.

– Мой коллега как раз выселился из квартиры, – сказал Романо. – Он уезжает назад в Италию. Ты, наверное, можешь получить эту квартиру. Недорого и недалеко.

– Это было бы классно!

Потом они сидели напротив друг друга, улыбались и молчали.

– Чем ты занимаешься? – спросил Романо.

– Я студентка, изучаю германистику.

Романо кивнул.

– Когда я накоплю достаточно денег, я открою маленькую тратторию. В доме моих родителей. Там достаточно места.

– А где это?

– В Монтефиере. Это маленький городок в Тоскане.

– Классно, – сказала Сара. – Я о таком только мечтала.

Романо посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Вечером он сварил спагетти трапанезе с тунцом, оливками, чесноком, помидорами и маслом, а после ужина она села к нему на колени. Ее рука блуждала по его телу, и Романо не знал, находится он на пути в рай или в ад.

В конце концов он не выдержал и отнес ее в постель.

Через час он голышом прошел через комнату и принес ей пепельницу, хотя ненавидел, когда в квартире, а что еще хуже – в его постели, курили.

Она прижалась к нему, выпуская дрожащие кольца дыма.

– Я люблю Италию, – сказала она тихо, гася сигарету в пепельнице. – И мне кажется, я люблю тебя тоже.

Романо искал слова, чтобы выразить свои чувства, что по-итальянски было таким легким делом и таким непростым на немецком языке. Но прежде чем он смог что-то сказать, он увидел, что она уже уснула.

14

У Фрэнки случился настоящий приступ бешенства, когда он пришел домой и увидел, что Сара забрала свои вещи и вещи Эльзы. Он швырнул полный бокал пива в зеркало в ванной, потому что видел в нем Сару – как она чистила зубы и улыбалась ему. Он слышал, как она говорила: «Фрэнки, тебе не мешало бы побриться». Или: «У тебя слишком длинные волосы, ты ужасно выглядишь». Или: «Лучше надень темно-синий пуловер, в этом ты похож на утопленника». Пуловер на нем был цвета беж, и он без раздумий выбросил его в мусорное ведро.

Зеркало вылетело из рамы, моментально уничтожив всякие иллюзии.

Теперь никто не стоял позади него. Сара не брызгала водой ему в лицо, не щипала его за задницу. Ее просто не было. И это приводило его в бешенство.

Он направился в гостиную, сорвал трубку телефона и позвонил ее родителям.

– Сара у вас? – спросил он.

– Нет, – ответила Регина, и голос у нее был удивленный. – Что случилось? Почему ты спрашиваешь? Вы что, поссорились?

– Нет, но у меня ее нет. А где еще она может быть?

– Не знаю. Извини, Фрэнки, но я ничем не могу тебе помочь.

В этот момент Эльза начала вопить.

– Ага, – сказал он, – значит, Эльза у вас. Уже легче. Поэтому прекратите врать и скажите, где Сара.

– Послушай, – сказала Регина, четко выговаривая слова, словно учительница, которая хочет успокоить разбушевавшийся класс. – Я не знаю, что случилось и что у вас там произошло. Это, собственно, меня и не касается. Могу тебе сказать, что Сара привезла Эльзу к нам на пару дней. Может, на пару недель. Посмотрим. Она сказала, что у нее есть какие-то дела. Переселиться, найти новую квартиру… Не знаю. Думаю, ты скорее, чем я, выяснишь, где она.

Фрэнки ничего не ответил, только хмыкнул.

– Ты знаешь, я всегда помогала вам. Еще ты знаешь, что нравишься мне и что я на твоей стороне. Но ты должен рассказать мне, что случилось, иначе я ничего не смогу сделать.

– Ничего не случилось. Я только хочу знать, где она.

– Она собирается уйти от тебя.

Фрэнки положил трубку.

– Дурная корова, – пробормотал он и пошел в кухню, чтобы открыть новую бутылку пива.

Хоть Регина и была дурной коровой, но врала она очень умело, Фрэнки был убежден в этом. Матери всегда знают, где их дочери и что они делают. Если бы они этого не знали, то искали бы и звонили до тех пор, пока не узнают. Не может быть, чтобы Регина не имела представления, где Сара. Ему захотелось пойти к ним и заставить ее сказать правду, действовать ей на нервы до тех пор, пока она не развяжет язык. Но мысль об Эльзе сдерживала его. Он был рад хоть на время избавиться от ее крика.

12
{"b":"154453","o":1}