ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

 Если бы ход сражения был таким, каким его обычно описывают, то это сражение было бы одним из самых удивительных сражений всемирной истории.

 Баннер, говорят, располагал немного больше чем 16 000 человек, в лучшем случае немного больше 17 000, в то время как силы противника достигали 22 000-23 000 человек и занимали позицию уже сильную благодаря природе и еще усовершенствованную искусственными сооружениями. Баннер, сознавая, что с фронта противник неодолим, разделил свою армию и обошел одновременно его оба крыла. Если при этом принять во внимание, что в отношении тактической подготовки между обеими армиями существенной разницы уже не было и что все сражение протекало с совершенно перевернутым фронтом, то по смелости замысла и по грандиозности триумфа его следовало бы поставить еще выше Канн. Ибо если Ганнибал и мог нарушить правило, что слабейшая сторона не должна производить одновременно обхода обоих флангов, то он был уверен в безусловном превосходстве своей кавалерии и имел все основания искать решительной битвы; а в данном случае совершенно не видно, на чем Баннер строил свою надежду на победу и почему ему именно в эту минуту понадобилось во что бы то ни стало сражение, так как он имел полную возможность без особого риска маневрировать и дальше.

 Преимущество, каким располагал Баннер, заключалось в том, что оба фланга неприятельского расположения не имели надлежащей опоры и могли быть обойдены не особенно кружным путем, а расположенные перед фронтом лесные заросли прикрывали движения шведов. Таким образом и случилось, что Баннер сначала со своим правым крылом, под командой Торстенсона, довольно неожиданно появился на левом фланге противника - саксонцев. Однако саксонцы устояли; они образовали новый фронт, и вскоре к ним подоспели на помощь имперцы, во главе со своим командующим фельдмаршалом Гацфельдом, с другого фланга; а шведы напрасно ожидали подхода своей другой обходной колонны и резервов, оставленных ими в центре под начальством Вицтума. Если бы численное соотношение было действительно таковым, как было указано выше, то соединенные войска саксонцев и имперцев должны были бы в два раза превосходить силы Торстенсона, и трудно было бы объяснить, как последний мог устоять против них в трехчасовом бою, склонявшемся то в ту, то в другую сторону.

 Понятными станут как замысел, так и проведение сражения, если мы примем, что шведы были, по крайней мере, численно равны союзникам, а может быть, и несколько сильнее. Баннер за последние недели подтянул к себе значительные подкрепления, а в последнюю минуту - и гарнизон Бранденбурга числом более 1 000 человек, которому саксонцы предоставили при капитуляции этого города свободный выход. Между тем 5 000 союзных войск, взявших под начальством генерала Клицинга Бранденбург, еще не успели присоединиться к главным силам. Пусть даже сообщение имперского главнокомандующего141, будто он имел лишь 12 000 против 22 000 шведов, имевшее целью оправдать поражение, сильно уклоняется от истины; но некоторое численное превосходство шведов представляется по меньшей мере не невозможным.

 Таким образом могло случиться, что правое крыло шведов, правда, не одержало победы, но смогло держаться, хотя оно постепенно привлекло на себя почти всю неприятельскую армию: когда же, наконец, при наступлении темноты другое крыло шведов появилось в тылу у союзников, последние не решились продолжать бой со своими сильно перемешавшимися войсками и ночью приступили к отступлению, закончившемуся потерей орудий и разложением армии. По замечанию Монтекукули (Сочинения, II, 58), Баннер выиграл сражение при помощи "12 свежих эскадронов, которые появились под самый конец, когда солнце заходило и все силы имперцев уже были окончательно истощены".

 Если Баннер и не одержал победу над численно превосходным неприятелем, все же слава его как полководца этим не умаляется. Он был далек от того, чтобы во что бы то ни стало добиваться решения в сражении. Когда же обстоятельства сложились так, что неприятель, преследуя второстепенные цели, ослабил свои силы и он почувствовал себя ему равным, он улавливает удобный момент, не страшится кругового обходного движения и перевернутого фронта, решается разделить шведскую армию, усмотрев, что препятствия перед фронтом, прикрывающие неприятеля, в то же время препятствуют наступательным действиям последнего - контратаке и, благодаря удачному исходу своего маневра, уверенно и твердо одерживает верх. Атака с фронта и с тыла, как она под конец сложилась для шведов, естественно представляет более мощную форму и при равенстве сил. Единственный возможный выход для обороняющегося - не быть взятым таким образом в тиски, это - своевременный переход в контрнаступление, разгром одной части нападающих сил, пока другая еще не вступила в дело.

 Этого имперцам не удалось достигнуть, и они в конечном итоге должны были проиграть сражение. В конце концов, их ошибка заключалась в том, что они сами увлеклись второстепенными целями - овладением Бранденбурга, - тогда как им следовало сосредоточить все свои силы и самим принудить противника к решительному бою. Правда, принятие смелых решений значительно затруднялось тем, что верховное командование было одновременно в руках курфюрста Иоганна Георга Саксонского и имперского фельдмаршала Гацфельда. Сверх того, пришлось праздно простоять четыре недели после взятия Магдебурга за недостатком провианта, зарядов и денег; войска, не получив жалования, не хотели выступать в поход.

 В победе Фридриха Великого при Торгау мы встретимся с подобным же ведением сражения.

ИСЧИСЛЕНИЕ СИЛ

 В основе исчисления сил союзной армии Шмидт кладет документ ("Armee liste"), который шведы, говорят, нашли перед сражением при Гавельберге у одного императорского интендантского чиновника (Proviantmeister). Но весьма сомнительно, чтобы этот документ был верен, так, например, не попали ли в него и части армии, находившиеся в отделе; поэтому и дальнейшие расчеты Шмидта, построенные на этом документе, легко могут быть выше действительной численности войска на несколько тысяч человек.

 Шмидт опирает свой расчет, согласно которому шведы располагали 9 150 рейтарами и 7 288 пехотинцами, к которым, пожалуй, надо присоединить и 1 000 человек Бранденбургского гарнизона, на одном указании Хемница. Однако безусловная достоверность последнего - все же под вопросом. Хемниц определяет подошедший отряд Лесли в 4 000 человек, Гроциус же в письме к Бернгарду Веймарскому - в 7 000 (Шмидт, стр. 43).

 Подкрепления из Померании Шмидт исчисляет, основываясь на данных Хемница, в 2 000 человек, а франкфуртская "Rel. sem. continuatio" - в 2 000 человек пехоты ив 24 эскадрона (compagnien) рейтаров. Ввиду некоторой неопределенности в выражениях Хемница, я склонен думать, что не исключена возможность, что последние данные и являются верными.

 Монтекукули (Сочинения, II, 66) полагает, что Баннер под Виттштоком использовал ту выгоду, что неприятельская армия раздробила свои силы.

СРАЖЕНИЕ ПРИ ЯНКАУ 6 марта 1645 г.

Вполне исчерпывающим образом исследованное по первоисточникам Паулем Ганцером в "Известиях общества истории немцев в Богемии" (т. 43, 1905 г.), не представляет в отношении тактики ничего существенного для истории военного искусства. С обеих сторон – по 16 000 человек, у Гацфельда – на 1 000 рейтаров больше, у Торстенсона – перевес в артиллерии, 60 орудий против 26.

                    Пехота Кавалерия

Гацфельд     5 000    10 000

Торстенсон  6 000     9 000

 Шведы одержали победу благодаря более совершенному и уверенному руководству. Имперцы сделали несколько ошибок; они приняли бой на местности, в общем, невыгодной для кавалерии. Генералы имперцев действовали по собственному произволу вразрез с намерениями главнокомандующего.

 Для того чтобы сосредоточить эти 16 000 человек, сражавшихся под Янкау, саксонцы и баварцы должны были послать подмогу императору. Баварцами командовал Иоганн фон Верт.

538
{"b":"154456","o":1}