ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Спрошу я: почему?

Не тех, кто оградил щитом тебя, мой враг,

Я спрашиваю: как?..

Народ мой, ты ответствуй мне во имя всех скорбей,

Во имя той, кого звала я матерью своей.

Наш враг в моем дому и весело ему —

Скажи мне: почему?

Надежною стеной он защищен, мой враг, —

Скажи мне: как?

Ответь мне: как и почему

Он весел, он в моем дому,

И гибель матери моей в его шагах,

И не улыбка — кровь моя алеет на губах?!

Как? Почему?!

5. Избитая рифма

Сказал мой друг, добрейший меж людьми:

— Послушай, милая моя, пойми, —

Нет высоты и красоты у неба,

Срифмованного с неизменным «хлеба»,

Ведь это так избито, как вода,

Срифмованная с пресловутым «да».

Ему я отвечала:— Эти строки

Прочти, и ты увидишь, друг мой строгий,

Что отрекаюсь лишь от мутных вод,

Где меркнет отраженный небосвод,

И опасаюсь лишь такого неба,

Которое бомбит посевы хлеба.

Благословенна мирная вода,

В которой небо светится всегда.

И я еще добавила тогда:

— Мне не страшна прозрачная вода,

Во имя той воды с горячим хлебом

Хочу я вечно жить под синим небом.

6. Песнь песней

Я сарронская лилия,

(Мама, память в глазах моих неистребима!)

Я роза долины,

(Мама, жизнь моя плачет, ей больше не петь!)

Черна я,

(Мама, мама, порви сети черного дыма!)

Стройна я.

(Мама, мама! Все кончено, — печь...)

Ты прекрасна, моя подруга, прекрасна.

(Для кого эта песня крылатая спета?)

Горлинки-очи твои, о роза в шипах,

(Как черны твои ужасы, бездна огня!)

Приди, о приди ко мне, моя Суламифь.

(Пепел — память моя, нерушимость обета!)

Воркуют горлицы, зеленеют стебли.

(Я клянусь не забыть до последнего дня!)

Шквал проклятий не стихнет, растет его сила,

В том клянусь вечной сменою дней и ночей,

Гнев проклятий я кровью годов оросила.

Эта песня моя —

песня розы печей.

1955

Перевод А. Ревича

ЗАБАСТОВКА

Забастовщикам текстильной  фабрики  «Ата» — с любовью и преклонением

Я правдой останусь навсегда,

Твоею верностью, твоей любовью.

И днем не отступлю, и ночью не усну,

И подожду зарю у изголовья.

Из тишины машин взметнулся твой призыв,

От веретен, решивших не вертеться.

Я отзвук ярости твоей, когда она

Выхватывает бунт из ножен сердца.

В подушках грабежей врагов твоих найду —

Стократ ускорю сытое удушье.

Я — хлеб твоих торжеств и хлеб твоей нужды,

Я — твой надежный щит, твое оружье.

И если ты меня оставишь вдруг в пути, —

Ни солнце, ни луна не загорятся.

Из самых дальних мест приветствуют тебя

Гудки единомыслия и братства.

Я не устану быть мятежностью твоей,

Твоею клятвою, твоею кровью.

И днем не отступлюсь, и ночью не предам,

И разожгу зарю у изголовья!

1957

Перевод Г. Семенова

ПЕРВОЕ МАЯ В НАЗАРЕТЕ

В 1958 году в Назарете израильская полиция напала на первомайскую демонстрацию арабских коммунистов, жестоко избила их и многих арестовала.

Кто видел, как боролась эта улица

              за  право  быть  свободной,

За то, чтоб Труд шагал по ней,

              одет до неба в праздник?

Да,

Рогами бешеных быков

              она врасплох была забодана,

Но праздник не валился с ног —

              он знал, что подвиг не напрасен.

Знаменам клялся: — Не умру! —

              сражался мужественно, гордо.

Из переулков, с плоских крыш,

              из всех дверей и рам оконных

Его приветствовал народ

              всем существом родного города,

И он, шатаясь, проходил

              сквозь все нагайки и заслоны.

—  Салям! — Не с неба ли? О нет, —

              то с вышки купола церковного

Кричал учитель Ибрагим,

              и слово падало, как камень.

—  Салям и дружба! — и уже,

              избитый, в злую сталь закованный,

Он к сердцу знамя прижимал

              своими честными руками.

Ибрагим, Ибрагим, Ибрагим,

Стало небо над нами другим,

Звезды в море бегут, и не зря

Горьким светом рыдает заря.

Злой гиеной хохочут враги,

Ибрагим, Ибрагим, Ибрагим.

В ногу с маем шагал Назарет,

Солнцем гор галилейских согрет.

И в глазах, словно чудо, красна

Пела песню о дружбе весна.

Так, бесстрашьем сминая запрет,

В ногу с маем шагал Назарет.

Помнишь, друг? На бездушных зверей

Шла бесстрашная песнь матерей:

«Не могилам — цветущим полям

Сыновей наших красный Салям!»

Поскорей бы тебе, поскорей

Снова петь с нами песнь матерей!

Ибрагим, Ибрагим, Ибрагим,

Нашу клятву навек сбереги,

Всей душою в нее окунись

И взойди, как луна, коммунист,

И луной нашу ночь опрокинь,

Ибрагим, Ибрагим, Ибрагим.

Этот день не забыт, не забыт!

Был он всеми неправдами бит,

Пусть избит он от пят до волос,

Стать примером ему довелось.

Черной травлей отравленный быт,

Этот день не забыт, не забыт!..

1958

Перевод автора

АРАБСКИЕ МОТИВЫ

1. Песня согнанных с земли

Пошел колодец к ведру,

Пришла гора к Магомету.

Я бедность свою залатаю мешком

Твоего горячего лета.

Черное солнце в моем дому

Не дарит радости взгляду.

Тебя, что была мое масло и хлеб,

Превратило в бич и досаду.

Ночь заперта на засов.

Дорога моя раскололась.

Ко мне из ограбленной борозды

Тянешь усохший колос.

Обуглились руки мои в огне.

Петух не кричит над забором.

Мои мертвецы колыбельную песнь

Поют замогильным хором.

Колодец потерял водро,

Гора предала Магомета.

Спаси колосья моих полей

От гибели и от навета.

Скрепи распавшийся ком земли.

Верни мне жизнь и обитель.

Где ты, Исаак, где ты, мой брат,

Где ты, Авраам, мой родитель?..

2. Покинутая  деревня

Здесь расплакался дым.

Здесь огонь утвердился.

Здесь малый домишко ждет,

Чтоб смех в него возвратился.

Не квохчут куры в пыли.

Не молится виноградарь.

Сиротство желтых полей

За рухнувшею оградой.

Здесь стоном стонет стена,

Здесь камень лежит, стеная.

Здесь, словно знамя беды,

Оставленная абайя.

14
{"b":"154460","o":1}