ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ромка расстался с Сиалой на пороге медпункта, подождал, пока она скроется из виду, и вышел обратно.

Мы вам честно хотим сказать:
На девчонок нам в общем-то плевать.
Они достали нас своей болтовней,
Своими шмотками и прочей фигней…

Строго говоря, руку себе Ромка уже когда-то ломал, и тогда же его научили этой хитрости — напевать всякую ерунду, чтобы отвлечься от боли. Но похоже, после какого-то предела этот фокус переставал работать. Увы.

Не то чтобы он особо беспокоился, задачка ему предстояла не из сложных, главное — нигде не проколоться. В школе, там, на Земле, они и не такое проделывали. «Ну ладно, Орел, посмотрим, какой ты сокол».

По информации, полученной от Ромкиного органайзера, группа, в которой занимался Катар, работала в это утро на полигоне, так что перехватить его оказалось несложно. Сложности начались, когда он попытался туда дойти — Ромке было по-настоящему плохо, и, если бы не уверенность, что, в случае чего, можно просто позвать, и помощь явится, он бы, пожалуй, сдался. А может, и нет — упрямство всегда было его отличительной чертой, а сломанная рука — чертовски убедительный аргумент в споре… Даже если это твоя рука сломана.

Катар с двумя приятелями шел на занятия, оживленно о чем-то болтая, когда внезапно кусты перед ними расступились, и оттуда, из кустов, вывалился лорд Рыси, больше похожий на ожившего покойника.

— Эй… Кайл? Что это с тобой?

Ромка полежал немного на земле, причем ему совершенно не требовалось для этого играть — рука болела зверски, распухла, наверное, вдвое, а лицо… По крайней мере приятель Катара поинтересовался, почему это Ромка такой синий.

— Сиала… толкнула. — Чистая правда, между прочим. Часть правды.

— Чем?

Ромка потупился. Стыдно. Врать то есть. Хотя нет. Не стыдно. Да и не врет он — все чистая правда.

— Рукой.

* * *

Потом его доставили в медпункт и — наконец-то! — починили руку. Господи, какое это счастье, когда у тебя ничего не болит!

Дальше было занятие по фехтованию, и Ромка едва успел перекинуться парой слов с Векки. Вот на кого действительно можно положиться в любом деле.

— Про Сиалу знаешь? — без обиняков начал он.

— Слышала, — буркнула та. Вздохнула. — Жалко лисенка. Катар ее раздавит. И не заметит.

— Помешаем?

Векки замерла, с интересом глядя на Ромку, затем медленно кивнула:

— Какой у нас план?

План у Ромки складывался по кусочкам, и главного кусочка пока не хватало. Впрочем, в принципе было понятно, в каком направлении двигаться, и он надеялся, что рано или поздно его посетит гениальное озарение, и все, наконец, встанет на свои места. А пока…

Во-первых, пришлось договариваться с Твиром, который в это утро стоял в паре с Сиалой, чтобы он встал с Оми, а Векки чтобы работала с Сиалой вместо Твира. Твира, ясное дело, тоже пришлось посвящать в детали, а затем успокаивать, поскольку Соболь пришел в восторг, в задуманном Ромкой деле совершенно неуместный. Пришлось читать ему коротенькую лекцию по сценическому искусству. Контроль лицевых мышц и все такое.

А потом начался цирк.

Фехтование — школьное фехтование — это отработка техник, если оба ученика слабые или один слабый, а другой сильный, как, например, когда в паре оказывались Ромка и Векки. А вот если силы хоть примерно равны, то отработка заменялась на спарринг, и магический инструктор просто давал советы по улучшению техники.

В паре же «Векки против Сиалы» ситуация была сложнее. С одной стороны, Сиала неплохо владела клинком, и учить ее базовой технике было бы глупо. В группе вообще был только один ученик, который не знал основ фехтования, но Ромка собирался догнать и вроде уже делал успехи.

С другой стороны, Векки владела клинком не «неплохо», а «великолепно», и спарринга бы, пожалуй, тоже не получилось.

Поэтому магический инструктор предложил компромисс — спарринг до первого прошедшего удара, затем разбор возможных защит и отработка. Однако в этот раз вышло иначе.

Первым же выпадом Сиала обезоружила Векки и отшвырнула ее метра на три. Векки поднялась, потирая бок, изо всех сил изображая удивление, но больше всех, конечно, удивилась сама Сиала. Сбить с ног мастера клинка простой связкой было… Нереально это было. Разве что если на ее месте сражался бы наставник Радир.

Криво усмехнувшись, мол, надо же, как бывает, Векки встала в стойку, и бой возобновился.

И продлился примерно две секунды.

После того, как Векки упала во второй раз, тренировка, считай, прекратилась — все пары смотрели на избиение сильного слабым. К счастью, Радира в этот день не было, и занятие вели магические слуги, в принципе неспособные удивляться.

Третий выпад. Падение. Четвертый. Падение. Пятый…

Затем Векки от души швырнула на землю защитный шлем и направилась прочь. Нервный срыв, ясное дело. Играла она великолепно.

— Чего боятся люди? — размышлял Ромка. — Неизвестности. Силы, превосходящей их, — не возможности, нет. Понимание. Мистики. Люди боятся мистики. Где в волшебном мире взять мистику? Да где угодно — он же вол-шеб-ный! Так что, остается уладить организационные вопросы.

Во-первых, он озадачил библиотечных ассистов на предмет поиска детских страшилок. Да, да — всех этих историй о черной руке, кровавой форточке и прочей дребедени. К его великому огорчению, дети лордов не имели обыкновения сидеть в темной комнате и пугать друг дружку.

Затем он потребовал истории о необъяснимом и опасном, прослушал стандартную отмазку про доступ, необходимый для знакомства с запрещенной литературой. Пообедал. Прослушал лекцию. Провел несколько часов в библиотеке, изучая в соответствии с составленной органайзером программой занятий техники концентрации. Техник было великое множество, и тут Ромку осенило — пещера! Надо снова пойти в пещеру и провести там ночь — глядишь, утро вечера будет мудренее.

После ужина была тренировка по хапти, после тренировки — опять медпункт. «Вы бережете левую руку, лорд Кайл, и это делает вас уязвимым. У вас была травма?» «Да, была. Совсем недавно была. И сейчас еще добавили»). А после медпункта снова имела место библиотека — Ромка изучал ритуальную магию как единственную, для которой вообще не требовалась энергия. Зато для нее требовалась концентрация, и неизвестно, чего у Ромки было меньше. А еще потом был поздний вечер и прогулка к одинокой скале в парке.

Пещера встретила мальчишку гулкой тишиной и разбросанными по полу перед распахнутой дверью лифта инструментами. Снаружи уже стемнело и начал накрапывать дождь, что было хорошо — может быть, сегодня в пещере не будет толпы, как в прошлый раз. Правда, подсветку ступенек тоже отключили… Ну и ладно.

Поправив на плече норовящий сползти сверток с одеялом, Ромка запрыгал по ступенькам, освещая себе дорогу «вечным» магическим фонариком.

Вообще темноты Ромка не боялся. Как-то так сложилось, что темнота всегда, во всех его приключениях, выступала на его стороне. Возможно, это было потому, что он всегда стремился играть в событиях активную роль и гораздо чаще подкрадывался, чем подкрадывались к нему? Например, та история в пионерском лагере… Мальчишка тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Надо сосредоточиться. Магия — это мысль, собранная в точку, это полная концентрация на действии — ничему другому в этом процессе места быть не должно. Ни посторонним мыслям. Ни эмоциям. Ни даже усилиям по концентрации. Так-то вот.

В зале было пусто. Ромка, помня опыт прошлого раза, проверил боковые ответвления и лишь затем уселся на ковер, но, повинуясь неожиданному импульсу, сел не в центре зала, а сбоку, почти у самой стены.

27
{"b":"154471","o":1}