ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты напрягаешься, — сказал Лар. — Зачем?

— Я стараюсь себя контролировать, — удивленно возразил Ромка. — Чтобы не думать.

— Это — другая техника. На нее требуются годы. Пойми, парень, напряжение здесь вообще ни при чем. Тебе надо расслабиться. И когда появляется мысль, душить ее в зародыше. Не договаривать фразу про себя, понимаешь?

— Да. — Ромка вздохнул. — Хотя я не понимаю зачем.

— Если я тебе объясню, ты будешь знать, чего ждать, и это породит дополнительные мысли. Тебе же надо не думать вообще.

— Я стараюсь.

— Не старайся. Это неправильно по двум причинам. Смотри… Вон видишь соседнее дерево?

— Э… Вижу.

— Маленькая демонстрация. Готов? Сейчас я постараюсь вырвать его с корнем.

— Ты же говорил, что магии у тебя нет? — удивился Ромка.

— Смотри на дерево. Для этой демонстрации магия мне не нужна… — Лар замолчал, и Ромке ничего не оставалось, как уставиться на соседнее, довольно толстое, кстати, — дерево.

— Ну и?.. — подал он наконец голос секунд через двадцать.

— Я старался, — отозвался Лар.

— Но ведь ничего не получилось!

— Вот именно. Говоря «я постараюсь», ты даешь себе разрешение потерпеть неудачу. Дерево целехонько, но я честно старался. Понимаешь?

— Ну… да, — вздохнул Ромка. — А вторая причина? Ты сказал, что их две.

— Он еще считает! Ну ладно, — Лар вздохнул. — Вторая причина сложнее. Дело в том, что есть вещи, для которых… Как бы это сказать… Чем сильнее ты пытаешься это что-то сделать, тем меньше твои шансы.

«Нарисуй круг», — вспомнилось Ромке.

— Например, нельзя изо всех сил попытаться заснуть. Понимаешь?

— Я по… понял.

— Расслабь свои… Ну, короче, то, чем ты ПЫТАЕШЬСЯ думать.

— Угу.

— Сосредоточься на дыхании.

Вдох. Выдох. Ромка сидел на ветке, прислонившись спиной к стволу, и смотрел куда-то в сторону горизонта. Мысли были ленивыми, сонными и…

— Сядь прямо. Я не просил тебя дрыхнуть. Спина прямая, словно тебя тянут вверх за волосы на макушке. И ни в коем случае не опускай голову.

— Угу.

— Отлипни от дерева.

— Угу.

— Дыхание ровное и неглубокое. Ты не нырять собираешься. Вдох. Выдох. Давай дальше сам.

«Вдох. Выдох. Интересно, как там, без меня… Прекратить, не думать. Вдох…»

— Сосредоточься на звуках вокруг. Только не напрягайся. Просто удели звукам часть своего внимания.

— Угу.

— Ты забыл про спину… Теперь про макушку… Теперь про дыхание…

В принципе Ромка знал все, чему сейчас учил его «демон». Техники медитации были важны, их начинали давать в первый же день обучения, но до сих пор они были лишь фоном, небольшим довеском к основным занятиям. А сейчас он не мог двигаться дальше, пока не получит результата. В буквальном смысле не мог двигаться, потому что слезать с дерева было опасно. Медитация была ключом к полету на добытом им вчера «ковре-самолете».

— Не следует анализировать звуки, — говорил Лар. — Просто… Смотри, вот твое ухо. Оно есть не что иное, как орган слуха. Оно что-то чувствует. Любой звук — просто некое раздражение органа слуха, прими к сведению, что он есть, но не цепляйся к нему. Содержание не важно, вибрация — она и есть вибрация.

— А если…

— Слова. Не используй.

— Угу.

Этот трюк Ромка тоже знал и знал, зачем он нужен — одним из важнейших отличий здешних учебников от земных книжек по, скажем, йоге, было то, что здесь рассказывали не только что делать, но и почему так, а не иначе. Сейчас Ромка пытался перегрузить свои мозги.

Объяснение, которое он вычитал в учебнике, было весьма простым. Ты сосредоточен на дыхании. Вдох — выдох. Одновременно — на позе. Спина прямая, макушка тянется к небу. Дальше — на звуках. Дальше…

— Почувствуй свою кожу. Звуки тоже не отпускай. Так, дышать не забывай.

Да, теперь еще и кожа, то есть ветер, солнце и прочие ощущения. Потом должно быть зрение, по крайней мере, так было в учебнике.

— Закрой глаза. Смотри на изнанку век — она красноватая и с узором из кровеносных сосудов. Спина прямая. Дыхание. Голову не опускать… Макушка…

Сколько дел может делать человек одновременно, даже таких простых дел, как тянуть макушку вверх или дышать неглубоко? Всего ничего. И на мысли не остается «процессора», мозг занят другими делами — все равно какими. В учебнике приводился пример хождения по канату — тоже хорошо отвлекает от паразитных мыслей. Или бой на мечах с превосходящим противником. Вариантов была масса.

— Медленно проведи внимание от середины лба, через макушку, вниз по спине…

Это упражнение тоже было в учебнике с пометкой «Не торопиться и не делать без наставника». Опасно, все, что проходит через мозг, может привести к непредсказуемым проблемам с психикой.

— Впрочем, — подумал Ромка, — вот он, наставник. И он же — проблема с психикой, кстати.

— Мысли убрать. Дыхание… Поза… Макушка…

Наставником, между прочим, Лар был хорошим. Куда там школьным учителям. Удобно, когда можно читать мысли ученика, впрочем, как оказалось, демон слышал только внутреннюю речь. Еще одна причина научиться не думать.

— Продолжая упражнение, выведи внимание из области нижней силы, проведи его сквозь ткань на ветке и верни в центр лба…

Нижняя сила — это на ширину ладони ниже пупка. Еще есть огненный вихрь, говоря по-человечески, сердце, и ледяная звезда, то есть, мозг. Точнее, та самая точка в середине лба. А еще верхняя и нижняя воронка, а еще…

— Мысли убрать.

Вдох. Выдох. Ткань на ветке шевелится безо всякого ветра, но мальчишку это совершенно не беспокоит — он занят делом.

Медитация длилась до полудня. К этому времени Ромка устал и клевал носом, а Лар — что ж, демон, по определению, не может охрипнуть. Иначе, конечно, он бы охрип.

— Я бы попил, — сказал Ромка. После нескольких часов борьбы с внутренним диалогом слова казались чем-то чужеродным. Лишним.

— Сегодня ночью я исследовал окрестности, — отозвался Лар. — Метров на триста вокруг — на большее меня не хватает. К югу есть скала, и по ней стекает… Ну, это, конечно, не родник, но сгодится. Тебе ведь усиление ставили?

— Угу.

— Говорить стал меньше, это хорошо, — фыркнул Лар.

— Ставили мне усиление, — вздохнул Ромка. — Кайл ставил на третий или четвертый день. Потому что боялся, что меня в Школе отравят. Так что все в порядке, я могу пить воду из лужи.

— До воды еще нужно добраться, — возразил Лар. — Недели через две, когда я освоюсь у тебя в голове, я смогу наблюдать за окрестностями непрерывно. А пока нет, так что все хищники твои.

— Без воды я долго не протяну.

— Тогда за дело. Сядь ровно.

— Угу.

Теперь, когда Ромка мог отключать внутренний диалог аж на целую минуту, а иногда и на полторы и когда крошечный шарик магической энергии, скорее всего, плод его воображения, научился покидать его тело, проходить сквозь ткань и возвращаться, им предстояло заставить его выполнить там работу.

— Настройка, — объяснил Лар. — Сейчас ты посылаешь сигнал туда. Это невыгодно. Нам нужно, чтобы эта ткань следила за тобой, ожидая приказа.

— Там же нет ассиста.

— Пока нет. Я скажу, что надо делать.

— Ух ты! Я готов!

— Тогда сядь прямо. Вдох… Выдох…

Работа была завершена только к вечеру, причем если Лар еще что-то мог, то Ромка был уже никакой. Он едва держался на ветке и ни медитировать, ни заниматься магией больше не мог.

— Зато ты можешь двигаться, — сказал Лар, выслушав его жалобы. — Физически-то ты не устал. Садись на эту ткань.

Ромка, слабо соображая, чего от него хотят, постелил «ковер-самолет» на ветку и, придерживаясь руками за другую, проходившую рядом, уселся сверху.

— ПРЫГАЙ!!!

Вопль Лара прозвучал столь неожиданно и так не вязался с его обычной манерой говорить, почти не повышая голос, что Ромка прыгнул, благо, до земли было всего метра три.

И повис в воздухе рядом с веткой.

48
{"b":"154471","o":1}